Тренер (ЛП)

— Все было просто хорошо. — Она вздохнула. — У меня был только один оргазм.
— Что ж, ты меня превзошла. — Единственные оргазмы, которые я испытывала в последнее время, были благодаря моему вибратору. — Я вешаю трубку. Пытаюсь уйти отсюда пораньше. Перезвоню тебе позже.
— Ладно, хорошо. Пока.
— Пока. — Я закончила разговор, вытащила сумочку из нижнего ящика стола, затем сунула туда телефон, прежде чем перекинуть ее через плечо. Оно казалась тяжелее, чем утром, хотя я не прикасалась к ней с тех пор, как убрала ее около половины седьмого.
Этим утром я пришла пораньше, чтобы поработать с несколькими электронными письмами. Затем я с трудом ходила на собрание за собранием. Большинство из них проходило в конференц-залах полевого дома, но два были проведены в здании студенческого союза, а еще одно в библиотеке, что вынудило меня тащиться через весь кампус.
У меня не только мозги поджарились, но и ноги просто убивали меня. Я совершила ошибку, надев каблуки вместо теннисных туфель, и теперь расплачивалась за это.
Как только я сяду в машину, эти туфли станут историей. Я поеду домой босиком. Затем натяну спортивные штаны и проведу остаток вечера за чтением книги. Если повезет, я смогу отвлечься от мыслей о Форде.
Почему он так настаивал на этом? Не похоже, что десять лет назад он был тем, кого унизили. Нет, это была я. И если я не хотела вновь переживать те ужасные воспоминания, кто он такой, чтобы навязывать их мне?
Неа. Этого не произойдет.
Если только ему не нужно было обсудить расписание занятий в тренажерном зале, нам больше не о чем было говорить. Что бы ни случилось в прошлом, это больше не имело значения. Нам нужно было найти способ сосуществовать здесь, потому что я не собиралась уходить. И уж тем более уступать.
Моя работа была не просто работой, это была моя карьера. Это был мой заработок. Работать в университете, работать со студентами-спортсменами было моей мечтой.
Я любила спорт. Я любила соревнования. И мне нравились победы, даже если они и не были моими собственными.
В течение многих лет я участвовала в соревнованиях по бегу на длинные дистанции, сначала в старшей школе, а затем здесь, в УШС. Некоторые из моих самых приятных воспоминаний были связаны с соревнованиями или поездками на автобусе. Мои друзья были моими товарищами по команде. И на последнем курсе, после ухода Форда, бег дал мне цель. Отдушину.
Моя стипендия помогла мне оплатить обучение, потому что иначе я не смогла бы позволить себе университет. Несмотря на это, я только что закончила выплачивать свои студенческие ссуды.
Легкая атлетика в колледже была вершиной моих беговых дней. Мне все еще нравилось заниматься этим ради развлечения. Буквально вчера я пробежала десять миль. Но мне не суждено было участвовать в Олимпийских играх, и у меня не было желания продолжать профессиональную карьеру.
Спортивное администрирование было очевидным выбором после окончания школы. Я не была заинтересована в том, чтобы стать тренером. Я не хотела преподавать физкультуру в старших классах. Но это, внутренняя работа программы колледжа, идеально подходила. Что еще лучше, я все еще была «Дикой кошкой».
Форд Эллис не испортит все это. Мы преодолеем этот неловкий этап, и, в конце концов, он поймет, что все, что нужно было сказать, уже было сказано. Зачем ворошить древнюю историю?
Тем не менее, Форд был столь же упрям, сколь и великолепен. Он настаивал на разговоре, и, если бы я отказалась, он бы забаррикадировался в моем кабинете. Этот человек не оставил мне другого выбора, кроме как поступить трусливо и уйти пораньше.
Я рылась в сумочке в поисках ключей, когда вышла в коридор и наткнулась на твердую стену мужской груди.
— Ого. — Руки Адриана легли мне на плечи, поддерживая меня, когда я покачнулась на каблуках.
— О, ты напугал меня. — Я прижала руку к своему бешено колотящемуся сердцу.
— Прости. И привет. — Он поцеловал меня в лоб.
— Адриан, — выругалась я и отступила на шаг.
— Прости. — Он поднял руки. — Привычка.
 
Привычка, от которой ему нужно было избавиться. Тринадцать месяцев назад.
Адриан и я встречались два года. Мы начинали медленно, не торопясь узнавать друг друга. Поскольку он не работал в спортивном департаменте, отношения не были запрещены. Он был новичком в ассоциации выпускников (прим. ред.: ассоциация выпускников — это объединение выпускников или, в более широком смысле, бывших студентов. В Соединенном Королевстве и Соединенных Штатах выпускники университетов, колледжей, школ, братств и женских клубов часто формируют группы с выпускниками из одной организации. Эти ассоциации часто организуют общественные мероприятия, публикуют информационные бюллетени или журналы и собирают средства для организации. Многие из них предоставляют разнообразные льготы и услуги, которые помогают выпускникам поддерживать связи со своим учебным заведением и другими выпускниками), и мы несколько раз пересекались на мероприятиях кампуса, прежде чем он пригласил меня на первое свидание.
Следующие пару лет пролетели быстро, и когда он предложил мне переехать к нему, я задумалась об этом. Я действительно, честно думала об этом.
Но я не любила Адриана. Я произнесла эти слова ошибочно, на самом деле не чувствуя этого.
Был только один мужчина, который засел в уголках моего сердца. Который так глубоко залез мне под кожу, что его имя стало как невидимые чернила. Часть меня желала, особенно в последние две недели, чтобы это имя было Адриан. Было бы намного легче отделаться от Форда, если бы я была влюблена в другого мужчину.
Расставание с Адрианом было неприятным. После двух лет отношений у нас появились общие друзья, которые в итоге встали на его сторону. Официально мы не жили вместе, но наши жизни были переплетены. Мы оба были сотрудниками УШС. Возможно, мы не работали вместе каждый день, но наши пути пересекались достаточно часто, чтобы первые шесть месяцев после разрыва были мучительными.
К счастью, примерно через полгода он начал с кем-то встречаться. Эта женщина была учительницей средней школы в городе, и, хотя они встречались недолго, это была перезагрузка, в которой мы с Адрианом нуждались.
Я по глупости думала, что мы могли бы стать друзьями, которые общаются и время от времени обедают вместе. Месяц назад у нас был один такой обед, и с тех пор Адриан вел себя так, будто мы на пути к примирению.
Ночные сообщения «Спокойной ночи, детка». Внезапные визиты в мой офис. Поцелуи в лоб.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я.
— Хотел узнать, что ты готовишь на ужин.
— У нее планы. — От глубокого, звучного голоса у меня по спине пробежали мурашки.
Дерьмо. Вот тебе и ранний побег.
Форд вышел из-за спины Адриана, остановившись рядом со мной.
Я вытянула шею, осмеливаясь бросить быстрый взгляд в ясные голубые глаза Форда. Глаза в данный момент были прикованы к моему лбу, впиваясь взглядом в то место, которое поцеловал Адриан.
— Какие планы? — Адриан переводил взгляд с Форда на меня, наморщив лоб. Он был высоким и широкоплечим, сам бывший студент-спортсмен. Он играл в бейсбол в «Уэйк-Форест», но у него не было ничего общего с фигурой Форда в шесть футов четыре дюйма (прим. ред.: примерно 193 см.), покрытой рельефными мышцами.
— Собирались пойти выпить, — ответил Форд, когда я сказала:
— Никаких планов.
Боже, у меня не было на это сил.
— Миллс. — Руки Форда сжались в кулаки на его узких бедрах.
— Миллс? — Адриан моргнул. Он несколько раз называл меня Миллс, пока мы встречались. Я солгала и сказала ему, что ненавижу это прозвище.
Правда в том, что Форд начал называть меня так первым.
— Адриан Аллен, познакомься с тренером Фордом Эллисом. — Я указывала на них пальцем. — Форд, познакомься с Адрианом.
— Новый тренер. — Адриан смерил Форда хмурым взглядом, затем натянуто улыбнулся и протянул руку. Нравится ему это или нет, но Адриан тоже будет работать с Фордом. — Приятно познакомиться. Я работаю в ассоциации выпускников через дорогу.