Галактика Алфавит - дом лысых обезьян (СИ)

Янтарь наконец-то оторвала свой взор от окна, от космоса и с брезгливой жалостью взглянула на свою собеседницу:
— Лада, ты слишком долго жила за пределами старых, обитаемых планет — сказала она — Тебе кажется что человек и человеческое стадо это что-то типа обыкновенной игрушки, которую если сломать то можно легко починить или сделать новую. Но так не бывает! Человек, человеческий социум настолько хрупок, что стеклянные, хрустальные снежинки на его фоне кажутся металлическими кубами! Не всем подряд в этой жизни можно играть, не всё можно ломать…
— Люди крепче чем ты думаешь…
— Лада не перебивай. Уф! Мне тяжело с тобой говорить, но позволь закончить. Пасынок холодная планета. По правде говоря уютных мест на ней не так уж и много. Холодные океаны, неприступные скалы. Нет ни одного агроэдема. Население скудное, но видимо от суровости климата люди здесь добродушные, отзывчивые, наивные. Здесь по настоящему гордятся тем что Пасынок помещён в Бета-облако планет, и с воодушевлением ждут Первый Общегалактический плебисцит.
— Но…
— И вдруг как ураган появляешься ты. Тебя приняли тепло, словно родную дочь. Подарили тебе много ласковых эмоций и слов. Сколько времени ты провела на планетах класса Дельта?
— Мало. В основном классы Эпсилон или Тета…
— Эпсилон и Тета? Серьёзно? Тогда тем более! Ты там жила как корова среди моржей!
— Там…
— Знать не хочу про это твоё там… Знать не хочу что это были за планеты и какие люди там обитают! Отщепенцы… Ты прибыла к нам, холодным, диким, лишённым эмпатии и сочувствия человеком. И сразу же создала религию! Увлекла молодежь!
— Легальную религию.
— Я знаю. Но обычно религии создают по шаблонам ятыони, но ты создала сам шаблон.
— Это не редкость.
— Конечно не редкость. Но как правили стандартные, религиозные шаблоны для ятыони создают добрые, милосердные специалисты. Ты первое и пока единственное исключение. Колючая, свирепая как ёрш, какую веру ты бы привила местному социуму?! Думаешь, благую?
— Ты уверена, что Пасынок не смог меня отогреть?
— Уверена. И Валькирия считает также.
— Валькирия?! Она волнуется за меня?
— Конечно! Веришь, нет, но мне до сих пор не понятно как она смогла тебя полюбить.
— Верю что тебе непонятно. Любовь для вас мамочек что-то недоступное.
— Какая ты пакость! — воскликнула Янтарь — От тебя у меня мигрень. Ты и в детстве была несносной… Ты бы знала, как мы замучились тебя воспитывать… Пакость и есть пакость. Когда вернёмся на Пасынок, пускай тобой занимается Валькирия у неё то точно голова болеть не будет… Пакость…
— Забудь это слово… Хотя бы ради Пасынка — холодно сказала Лада и покинула отсек.
Янтарь в расстроенных чувствах всплеснула руками. Кошка вырвалась из её объятий и скрылась под креслом.
***
Звездолёт Красный карандаш, гигантская конусовидная махина, начал разворот корпуса, для возвращения на планетарную орбиту.
Большую часть своей службы Красный карандаш провёл в автономном режиме. Его обитатели, устаревшие дроиды, предыдущего поколения, выращивали съедобных улиток, производили фаэтоны-батискафы, чистили космос от мусора и следили за музеем Космических объектов.
Музей пополнялся за счёт утилизации разного орбитального хлама. Старинные спутники и челноки складировались прямо на палубах. Сортировка космического мусора с орбиты и отбор из него музейных экспонатов требовал от дроидов значительного интеллектуального труда.
До ужина, а это около десять часов, Лада и Янтарь больше не виделись. Янтарь всё это время дремала. Она горячо жалела себя, вздыхала и плакала. Кошки сочувствовали своей хозяйке. Они мурлыкали и слизывали слёзы сожаления с её розовых щёк.
Лада занялась музеем. Она поменяла расстановку экспонатов и удалила часть раскуроченных аппаратов в утиль. Искусственный интеллект исполнял все её желания. Более того хотя формальным капитаном корабля была Янтарь, фактически если бы пришлось выбирать между противоположными приказами Красный карандаш повиновался бы Ладе. Так работают протоколы ятыони. Так создаётся социальное доверие среди людей.
 
Ужин прошёл замечательно. На камбузе был запас мяса и грибов. Чудесный улитковый суп и трюфельный соус утолил голод всех важных живых существ на борту, а именно кошек.
Янтарь ела мало, она присутствовала на ужине только ради пушистых питомцев. Ведь для мурлык приём человеком еды был самым важным временем суток — одновременно и зрелищем, и добычей и поводом помяукать.
Лада ела много, на аппетит и обмен веществ у неё жалоб никогда не было.
Столовая помимо стеклянной стандартной мебели была украшена флорентийской мозаикой. Это был портрет Лепчи Ру. Известный биохимик растений, он первым, ещё на излёте Последней войны, создал жизнеспособную клетку из хромосом которой были удалены все участки эгоистичной ДНК. И он первый уловил связь между эгоистичной ДНК и посмертным электромагнитным последышем.
Лада залюбовалась блеском сапфировых глаз, базальтовой бороды и бирюзового лба.
— Мне казалось твое поколение не любит этого человека — сказала Янтарь — Вроде бы его даже сейчас объявили злодеем? Разве нет?
— Лепчи Ру злодей? Гм… Разве это то утверждение Яликризо не устарело?! — сказала Лада — Мне кажется ты более информировано о всяких таких делах.
— Заново объявили — миролюбиво сказала Янтарь — вот недавно объявили. Яликризо здесь не причём.
— И что, люди поверили? — сказала Лада и положила улитку в рот.
— Пока не успели.
— Равнодушие тяжело сковырнуть, тем более когда в этом нет надобности.
— Странный он был — сказала Янтарь.
— Ну он же не виноват, что игрек хромосома лишённая эгоистичной ДНК оказалась токсичной. Он же людьми не занимался. И не он подарил иллюзию свободной воли несчастным девочкам.
— Так уж и иллюзию? Так уж и несчастным?
— Да — сказала Лада и положила в рот двух улиток — О какой свободе воли можно говорить при невозвратном выборе? Да и что это за выбор такой? Или будь гениальной, или будь возможно бессмертной. Или то, или то, и никак иначе. Если это и свобода то очень странная, не так ли? И точно не для детей.
Остальное время пассажирки ели молча. Говорили, спорили и дрались только кошки.
В конце трапезы Янтарь, развеселившись, проговорила:
— Дело сделано! Пасынок очищен. Выборы теперь точно состоятся.
— Так весь сыр бор из-за выборов? — Лада искренне в изумлении захлопала ресницами — Выборы? Серьёзно?
— Да — сказала Янтарь и щёлкнула заколкой, выпуская волосы на волю — Теперь плебисцит будет справедливым. Люди в него поверят.
— Да уж — Лада не стала скрывать своё разочарование.
— Да же не пытайся меня расстроить! Я всё знаю и я всем довольна!
— Ну раз ты всё знаешь — улыбнулась Лада — я задам тебе загадку. В каком случае галактике Алфавит дадут новое имя? Галактика Азбука например, или галактика Арбуз. Нормально звучит? Галактика Арбуз! Ха-ха! Отгадай, зачем давать галактике новое имя, чей это будет дом?
— Потом, всё потом — рассеяно махнула рукой Янтарь — Мне пора спать, а кошкам в спорт зал.
Ночь не может наступить в космосе, но Лада и Янтарь отошли ко сну. Кошки бегали по стенам и потолку. Отец пылал, его фотосфера переливалась от лучистого пурпурного до слепящего золотого. Контейнеры, грациозно, как лебеди, плыли по направлению к звезде. Пиратам были известные точные их координаты.
Пасынок, третья от звезды планета, тихо шёл по своей орбите. Это был аквамариновый, яркий шар.
  
2. Человек и космос
 
Взрослые мало интересуются космосом, так же как дети мало интересуются игрушками которые невозможно сломать или разобрать на части.
Считается что космос сломать невозможно. Лысая обезьяна не в состоянии изменить эволюцию звёзд или нарушить физические законы. Вот уже четыреста миллионов лет в галактике всё течёт своим чередом. Ни быстро, ни медленно, а так как должно быть на самом деле.