Тайная сторона (ЛП)

— Я не знаю, получила ли ты все предыдущие мои сообщения, но я просто хотел снова извиниться. Мне жаль, что я взял тебя туда. Я честно не думал, то это может быть проблемой. Но я должен был знать.
— Хорошо, — медленно говорю я.
— Могу я загладить свою вину?
— Послушай, Эйден, я могу вернуть тебе твои деньги.
— К черту эти деньги, Элли.
— Я просто не думаю, что весь этот образ жизни для меня. На яхте было весело, но вчерашнее — было слишком.
— Я полностью понял тебя. Мы двигаемся слишком быстро.
— Не знаю, захочу ли я когда-то такое сделать. Думаю, мы просто хотим разные вещи.
На другом конце повисает долгое молчание.
— Элли, я просто хочу узнать тебя лучше. И все. Этот клуб был слишком. Теперь я это знаю. Но могу я тебя пригласить на обычное свидание? Ужин? И ничего больше? Просто чтобы мы могли узнать друг друга получше?
— Только ужин? — спрашиваю. — Никаких обязательств. Никакого мистера Блэка?
— Нет, никакого мистера Блэка. Просто ужин со мной, Эйденом Блэком.
Я мгновение обдумываю это. Мне, определенно, нравится, как это звучит. У нас с Эйденом потрясающая сексуальная химия, но та ночь на яхте заставила меня захотеть узнать его чуть лучше.
Кто это — настоящий Эйден Блэк?
— Хорошо, — соглашаюсь я через мгновенье. — Хорошо.
— Хорошо? Отлично. Как насчет завтрашнего вечера в семь? Я заберу тебя из твоего дома.
— Ого, это будет традиционным свиданием, да?
— Это именно то, что я обещал. А я держу свои обещания.
***
День проходит, словно в тумане, когда я пытаюсь выбрать, что же мне следует надеть. Мой гардероб не такой большой или разнообразный как у Кэролайн, поэтому я совершаю набег на ее шкаф. Как и у многих друзей и соседей по комнате, наши шкафы имеют тенденцию иногда объединяться и становиться одним целым, за исключением того, что моя одежда, как правило, намного дешевле ее.
Я примеряю три разные маленькие черные платья и четыре разных пары туфлей. Никогда не была фанаткой обуви на каблуке, но не могу лгать — мне нравится то, как в них выглядят мои ноги. Примеряю пару узких джинсов в паре с модными блузками. Я всегда чувствую себя гораздо удобнее в штанах, чем в платье, и с красивым, струящимся верхом джинсы не выглядят такими повседневными. Кроме того, в них моя задница выглядит довольно хорошо.
Наконец, я останавливаю свой выбор на джинсах в обтяжку, десятисантиметровых каблуках и ярко-красной блузке, в которой моя грудь выглядит очень выгодно.
А сейчас, что, черт побери, мне делать с волосами?
Я смотрю на свои прямые, соломенные локоны длиной до плеч, которые обычно просто спадают вдоль моего лица. Утром я помыла голову и позволила им высохнуть естественным путем, отчего некоторые прядки завились очень странным образом. Провожу по ним расческой и достаю выпрямитель. Немного выпрямив у корней и завив кончики, чтобы смягчить их вид, я решаю, что с суетой вокруг волос покончено. Вот в чем вся прелесть — если не очень много напрягаться над ними, люди подумают, что ты стремишься к пляжным локонам — что мне вполне подходит.
Делаю себе легкий макияж: наношу на лицо тональный крем, немного консилера под глаза, рисую стрелку, прокрашиваю ресницы, и брови. Закончив, смотрю на себя в зеркало.
Да, все выглядит хорошо. Красивая, но не слишком нарядная. Просто на случай, если все это будет бесполезным, я не приложила слишком много усилий, чтобы выглядеть на миллион баксов.
Это всегда было моим мотто насчет ряженья. Я никогда не хотела быть самым нарядным человеком в комнате. В отличие от Кэролайн, которая пользуется каждой возможностью, чтобы надеть самое модное платье, я предпочитаю выглядеть немного недоодетой.
Я ненавижу выглядеть так, будто слишком сильно старалась. Это моя броня против всего мира — всегда быть немного недоработанной.
Ровно в семь в мою дверь звонят.
Я включаю домофон и жду, когда он поднимется наверх. Стоя у двери, я начинаю трястись. Я окаменела. Мы больше не играем в игры. Это не какой-то таинственный незнакомец направляется увидеться со мной. Это Эйден, не мистер Блэк.
 
По какой-то причине образ мистера Блэка заставляет меня чувствовать себя в безопасности. С ним, я ощущала, что играла роль, и он тоже, и пока мы играем эти роли, мы не можем причинить друг другу боль. Не по-настоящему. Потому что мир был нашей сценой и наши отношения были просто притворством. Тщательно продуманный спектакль, в котором у нас были главные роли.
Я открываю дверь, когда слышу стук.
Мои руки холодные как лед, и я дрожу, хотя в квартире довольно-таки тепло.
— Привет, — мягко говорит Эйден, немного опуская подбородок и позволяя прядям своих черных волос упасть на его великолепные миндалевидные глаза.
— Привет, — шепчу я в ответ. Я так нервничаю, что сердце, кажется, сейчас выпрыгнет из груди.
— Ты готова?
Я киваю, хватаю сумочку и закрываю дверь.
Пока мы ждем лифт, Эйден берет меня за руку и нежно сжимает ее. Когда я поднимаю на него глаза, он ярко и широко мне улыбается. Его кожа загорелая, угловатое лицо с сильной челюстью и пухлыми розовыми губами. Когда Эйден облизывает их, по моей коже пробегают мурашки.
— Не очень приятно вспоминать то, что произошло снова, но я просто опять хотел извиниться. Лично, — говорит он. — Я вышел за рамки дозволенного, взяв тебя в клуб.
— Все хорошо, — бормочу я и следую за ним в лифт. — Извини, что так разозлилась.
— У тебя было полное право сделать это.
Когда мы спускаемся вниз, он ведет меня к новенькой «Тесле» и открывает для меня дверь. Интерьер салона его машины самый роскошный, в котором мне удавалось быть. Внутри пахнет новой машиной, да и выглядит она также.
Когда мы отъезжаем от тротуара, я вижу, как люди пялятся на нас. Вы подумаете, что люди в этой части Манхеттена и, Манхеттена в целом, привыкли видеть автомобили стоимостью сто двадцать пять тысяч долларов разъезжающих в округе, но она все равно привлекает взгляды. Окна затемненные, поэтому я пялюсь на них в ответ, не волнуясь, что встречусь с ними взглядом.
— Куда мы направляемся? — я спрашиваю.
— Увидишь, — говорит Эйден, подмигивая мне.
Он выглядит превосходно за рулем автомобиля. Его идеальный, сшитый на заказ костюм облегает каждый изгиб и мускул, не собираясь в складки и не заставляя его выглядеть старомодно.
На мгновение, пока мы несемся по нескольким пустынным улицам, совершенно неуязвимым для того, что происходит в мире и вокруг нас, я чувствую себя так, будто мы снимаемся в рекламе автомобилей.
Все в нем идеально и я не хочу издать хотя бы звук, чтобы разрушить магию этого момента.
Мы сворачиваем на Пятую Авеню и подъезжаем к ступенькам здания, которое я знаю очень хорошо. Это Нью-Йоркская публичная библиотека.
— Что мы здесь делаем? — спрашиваю.
Мы остановились не на парковочном месте, но Эйден глушит двигатель и вылезает из машины. Я смотрю в окно и вижу ярко-красный ковер, спускающийся по величественным ступенькам, и ведущий к нашей машине. Эйден протягивает мне свою руку, помогая выбраться из «Теслы».
— Нет, серьезно, — снова начинаю я. — Что мы здесь делаем? У тебя есть какая-то книга, которую уже давно пора вернуть в библиотеку?
Он застенчиво улыбается.
— Мы будем здесь ужинать.
— Здесь? — переспрашиваю, пока он ведет меня по красному ковру к мраморной лестнице. Он ведет меня мимо двух огромных статуй львов, прозванных «Терпение» и «Стойкость» бывшим мэром Нью-Йорка, Фьорелло Ла Гуардия. Они охраняют главную дверь так, будто делают это ценой собственных жизней.
— Это мое самое любимое место в Нью-Йорке, — признаюсь я.
 
— Правда?
— Я всегда любила библиотеки и эта… она просто самая лучшая. Я была здесь миллион раз. Провела несчитанное количество часов в книгохранилище и читальном зале, особенно, когда в жизни у меня был трудный период.
— Ну, это место тоже одно из моих любимых, — говорит он, к моему собственному удивлению. Я не думала, что у генерального директора технологической компании будет время, чтобы читать ради своего удовольствия. — Она прекрасна и величественна, не так ли? Вот почему я хотел тебя сюда взять.