Тайная сторона (ЛП)

— Это мы еще посмотрим, — говорю.
Я закрепляю ее руки в наручники над головой. Расстегиваю молнию ее платья и опускаю его к ногам. Она выходит из него. Замечаю, что на ней нет ни трусиков, ни лифчика.
— Вау, я не был к этому готов, — признаюсь я.
Мой член стал таким твердым, что кажется, превратился в камень. Широко развожу ее ноги в стороны и связываю веревкой, чтобы они оставались раздвинутыми после того, как я начну.
Я смотрю на нее и облизываю губы.
Кристина пытается придать своему лицу испуганное выражение, но ей это не очень удается. Вместо этого она выглядит так, словно ей требуется вся ее энергия, чтобы сдержать волнение и предвкушение.
И затем, внезапно, события прошлых выходных всплывают в моей голове. И не только минувший уикенд, но и Элли, если быть точным. Ее мягкие губы, роскошная грудь. Ее неповиновение мне и то, что она кончила без моего разрешения.
Я пытаюсь отбросить эти мысли и переключить все свое внимание на Кристину, но мой разум отказывается подчиняться. И на ее месте я представляю Элли. Все, что я хочу это Элли.
— Что так долго? — спрашивает Кристина. — Ты собираешься начать или что?
Я смотрю на нее. Ее бледная кожа на оттенок или два светлее, чем у Элли. Ее глаза неправильной формы. Даже ее тело, вдруг, кажется мне очень худым.
Нет, проблема не в том, что с Кристиной что-то не так. Просто она не Элли.
— Прости. Я не могу этого сделать, — говорю я и развязываю ее ноги.
Когда я опускаю качели обратно на пол и отстегиваю ее руки, она дает мне пощечину.
— Что ты имеешь в виду, говоря, что ты не можешь этого сделать? — спрашивает Кристина. — Кем, черт побери, ты себя возомнил?
— Извини, но моя голова сегодня забита не этим.
— Тогда забей этим!
Она отводит руку, чтобы снова меня ударить, но я ловлю ее за запястье, прежде чем ее ладонь достигает моего лица.
— Пожалуйста, больше не делай так. Никогда, — шепчу я своим самым серьезным тоном.
— Ты такой мудак, ты знаешь это?! — кричит Кристина, хватая свое платье и обувь и выходя из комнаты.
ГЛАВА 17
Когда я снова вижу свою лучшую подругу…
Элли
Я люблю осенний Нью-Йорк.
Прошло всего несколько дней после моего возвращения с яхты, но осень, кажется, обрушилась на Нью-Йорк с удвоенной силой. На улице мокро и скользко, и деревья уже почти сменили цвет.
Когда я открываю окно в своей комнате, влюбляюсь в этот запах свежего дождя на прохладном асфальте. Большой дуб напротив нашей квартиры уже перекрасился в золотые оттенки. Есть что-то в этой поре года, что заставляет меня желать купить канцелярские принадлежности, хоть я больше и не учусь. Пожалуй, все-таки я позволю себе такое удовольствие — куплю новый блокнот для писателя и пару ручек.
Не вылезая из постели, я зеваю и потягиваюсь, поджимая пальцы на ногах.
Внезапно воспоминаю оргазм, от которого пальцы на ногах поджимались, и его подарил мне всего несколько дней назад мистер Блэк. Я не знаю, увижу ли его снова, но уверена, что ту ночь с ним я еще очень долго не забуду.
Выскальзываю из кровати, и все мое тело дрожит от воспоминаний об удовольствии, которое он мне доставил.
Меня можно назвать феминисткой, так как я считаю, что мужчины и женщины заслуживают одинаковой оплаты за одинаковую работу и равные права. Я, определенно, не была самым подходящим кандидатом на аукцион, в котором мне пришлось поучаствовать на той роскошной яхте в прошлые выходные.
Если бы кто-то сказал мне об этом раньше, я бы отклонила это, не подумав дважды. Но когда наступило время, это показалось захватывающим и веселым приключением, в которое можно отправиться. Захватывающе, потому что я не знала чего ожидать, или что получу. Но никогда, даже в своих самых смелых мечтах, я и ожидать не могла, что это будет кто-то как мистер Блэк.
— Привет, сучка, — вваливается в мою комнату Кэролайн.
Сейчас только шесть утра и нам обеим нужно на работу, но она только вернулась домой.
— Еще одна веселая ночка? — спрашиваю я, указывая на ее короткое вечернее платье, и туфли на каблуке, которые больше подходят для похода в клуб, чем для элитной художественной галереи в Сохо, где она работает.
 
— Вообще-то, я встретила очень горячего парня. Он работает на Уолл-Стрит, — говорит она, расстегивая платье, и машет мне рукой, чтобы я последовала за ней в другую комнату.
— Он из того типа парней, с которыми ты обычно встречаешься? — спрашиваю.
— Я не знаю, что сказать; в здешних эксклюзивных клубах таких парней полно, — говорит подруга, пожимая плечами. — Но он действительно был очень милым. И очень хорош в постели. А он был очень пьян, так что я могу только представить, как бы он был хорош, если бы не выпил так много.
Я киваю и иду в ванную, чтобы почистить зубы.
— На самом деле, он хотел, чтобы я осталась ночевать, — кричит Кэролайн из комнаты.
— Ого, это что-то значит, — бормочу я, полным пасты ртом.
— Я знаю, хорошо? — Кэролайн появляется в дверном проеме. — Я не собиралась оставаться, но затем, угадай что? Я просто уснула. Как унизительно, правда?
Я пожимаю плечами. Вообще-то, это не звучит так уж и унизительно.
— О, да ладно тебе. Я не хочу, чтобы он подумал, будто я какая-то неудачница-прилипала. Мне действительно понравился этот парень. А парни любят вызовы.
У Кэролайн есть много опыта в отношениях с мужчинами, весь ее опыт, похоже, проявился в широкой теоретической интерпретации того, как не следует поступать с мужчинами. Можно было бы подумать, что у этих теорий есть какая-то цель, например, если бы она искала для себя подходящего жениха. Но нет, Кэролайн это совсем не интересует. Она думает о свиданиях как об одной сложной игре, из которой, она должна выйти победителем любой ценой.
Кэролайн исчезает в своей комнате на несколько мгновений, давая, мне достаточно времени для того, чтобы помыть лицо и нанести сухой шампунь на волосы. Обычно я принимаю душ поздно вечером, потому что не выношу теплого душа, а горячая вода оставляет на моем лице пятна, которые еще долго не сходят.
К сожалению, большую часть времени, мои волосы жирнеют только от сна на них и уже на следующее утро мне требуется применять сухой шампунь.
— Боже мой! — орет Кэролайн изо всех сил, почти доводя меня до инфаркта. — Я чуть не забыла!
Я смотрю на нее, волосы собраны сзади в слабый конский хвост, а рукой отчаянно ищу резинку. Куда, черт побери, они постоянно исчезают? Я только на прошлой неделе купила упаковку в магазине, а сейчас, почти половина уже куда-то пропала!
— Ты должна рассказать мне все, что случилось на яхте! И про аукцион!
Кэролайн подпрыгивает на месте.
Часть меня думала, что подруга будет настолько поглощена своим собственным свиданием, что полностью забудет о моих выходных. Но, очевидно, не такая я и везучая.
— На самом деле, это было весело, — говорю я. — Очень весело.
— Та-ак, ты не отвертишься так легко.
— Хорошо, но если только ты платишь завтрак, — сдаюсь я.
Она издает еще один вопль и соглашается.
Мы идем в местное кафе за омлетом из авокадо и тостом с бриоши. Несмотря на то, что она высокая, стройная и у нее фигура модели, Кэролайн снова сидит на диете, избегая всех углеводов, словно это яд. И хоть мое тело гораздо более округлое, и я вешу на пять килограмм больше, чем хочу, я получаю огромное удовольствие, поедая свой тост. Когда официант возвращается со второй чашкой чая для меня и третьей кофе для Кэролайн, я, наконец, заканчиваю свой рассказ.
Сначала, когда я согласилась рассказать ей все, я думала, что оставлю все грязные детали того, что случилось, в тайне. Но когда я начала говорить и действительно начала заново переживать то, что произошло в этот уик-энд, я не сделала этого. Я хотела описать все именно так, как это и случилось. И если я не могу поделиться этой историей с Кэролайн — своей самой близкой подругой — то кому, черт побери, я смогу это рассказать?