Душа Императора (СИ)

— Я сегодня был у того старика. Он сказал, что может научить меня быть счастливым, богатым и властвовать в душах и сердцах людей.
— Научил?
— Нет, я ушел.
— Дурак. — Улыбнулась она и пошла вперед.
— Там же занято. — Пошел я за ней, выворачивая ноги в сандалиях из песка.
— Значит, освободим! — Откликнулась Марго безапелляционно.
— Ты вернулся, мой друг! — Старик махнул курительной трубкой и улыбнулся. — Я знал, что ты вернешься!
Сидевшие на подушках отдыхающие заинтересованно, и недовольно посмотрели на нас.
Это, определенно, был дурной тон — врываться так нагло в курильню для одной компании. Марго, тем временем, тихо устроилась на подушках и накинула на себя плед. Мне ничего не осталось, как присесть рядом с ней.
— Вы не видите, что здесь занято? — Не выдержала туристка нашей наглости.
— Под звездами занято? — Марго патетично повернула ладони к небу и устремила взгляд к звездам. — На берегу этого теплого моря занято? — откинулась на подушки и, взяв горсть песка, пропустила сквозь пальцы. — Или наш общий друг на данный момент приватизирован вашими пятью фунтами, заплаченными за кальян?
— Пошли отсюда. — Вскочила возмущенная девушка, утягивая за руку провожатого.
Мне показалось, провожатый не был против нашей компании. Когда он обернулся к нам пожать плечами, я шевельнул бровями в знак сочувствия.
Когда парочка отошла на десяток шагов, старик тихонько засмеялся и потрепал Марго по щеке. Оказалось, что она сидит на этих подушках уже не впервые. Они тихо беседовали, покуривая кальян, и я все больше удивлялся своей новой знакомой.
Через какое-то время я понял, что обращение «мой друг» изначально относилось к ней. В течение трех дней нашего пребывания на курорте мы с Марго все время наступали друг другу на пятки, так и не встречаясь. Было видно, что старик считал Марго достойнее его внимания, чем я. Они говорили о простых и насущных вещах, в то же время являющихся вечными темами для всех народов. Говорили о языках (араб сносно владел английским, французским и свободно арабским, русским и немецким), их различиях и общих правилах. Даже в пустынных барханах, оказывается, был смысл и цель. Она смеялась, глаза ее горели, без всяких преувеличений, как звезды. Щеки разрумянились от теплого пледа, вина и спора. Я был не то что лишний — Марго облокачивалась на меня спиной, но влиться в разговор у меня не получалось. Через полчаса, обнимая Марго, чувствуя ее тонкое, живое, отзывающееся тело так рядом, а мысли — так далеко, я стал выходить из себя. С ущемленным самолюбием, более того, с пьяным и ущемленным самолюбием, я ввинчивал все более и более едкие замечания в их разговор и, в конце концов, разъярил свою спутницу.
— Да, что с тобой?! — Вскочила Марго с подушек. Щеки ее горели, глаза сверкали.
Она была так же пьяна от вина и кальяна, как я.
Старик тихонько смеялся. Я поднялся за ней. Как я могу ответить ей, что со мной?
Сейчас и здесь это был пустой вопрос с саморазумеющимся отсутствием ответа!
Немного чуткости и он стал бы бессмысленным!
Марго поблагодарила старика. Расплатилась за кальян и пошла к жилому сектору.
Играет она или действительно рассердилась, понять я не мог абсолютно. Лишь, догнав и удержав ее за руку, я встретил взгляд, не оставляющий сомнений. В мозг воткнулась игла. Такая явная агрессия не преминула материализоваться. Беспомощно выронив ее руку, я схватился за виски и зажмурился. Но эта боль — острая и мгновенная — оставила практически сразу.
Марго была в нескольких шагах. Я не собирался отпускать ее ни сейчас, ни потом.
И не дурман во мне говорил, хотя и дурманом тоже было то, что двигало мной и влекло вперед. Я быстро догнал свою худую бледную пассию, подхватил на руки и почти бегом направился в номер. Она замерла. В какой-то момент (я надеялся на это), возможно, испугалась. Легче ребенка, легче пушинки, почти невесомая, притихшая, она из обвинителя превратилась в виноватую, и благоразумно не стала рыпаться.
Войдя в домик, еще совершенно не отойдя от пережитых эмоций, я хотел бросить это невесомое создание на кровать, но, зацепившись ногой за чемодан у тумбочки, полетел вместе с ней, придавив. Она вскрикнула.
 
— Черт! — в сердцах я выругался и отпрянул. — Слушай! — В нескольких сантиметрах от меня все еще горели звездами ее недобрые глаза. Я не знал что сказать. Я хотел ее. Слова мне вряд ли могли помочь. — Не убегай.
Марго чуть улыбнулась: хищно и сладко. На ее губах и во рту остался сладкий вкус кальянного дыма. В глазах — томление и вызов. Я улыбнулся, возвращаясь к ее губам. Какая сладкая и дикая девочка…
Марго была необыкновенной находкой. После этой ночи я был готов пересмотреть свое отношение к вопросу «женщина или компьютер». Хотя, на тот момент это было преждевременно, а после уже не актуально. Впрочем, не посвящая никого в интимные подробности, я удостоверился в правильности предположения, что по настоящему познакомиться можно только в постели. И именно с этого и стоит начинать знакомство. Могу признаться: во мне зацементировались как идеал те ощущения, что я познал в первую ночь с Марго.
Я бы испугался, появись обстоятельства, способные помешать нам быть вместе после Египта. Но почему-то ничего, ровным счетом ничего, не вставало между нами. На следующее утро я проснулся абсолютно счастливым мужчиной.
Она спала. Мой демон с ангельским лицом, абсолютно гладкой, словно шелк, кожей, горячими губами, нескромными руками, пылающим взглядом и острым языком.
Маленькая, худая, все понимающая и отзывающаяся мечта. Через пару минут она тоже проснулась.
— За мной в восемь приедут из дайвинг-клуба.
Я резко сел. Точно! Дайвинг! Черт!
— Сколько время?
— Шесть.
— Шесть? Так рано? Откуда ты знаешь? — Я вытряхивал из шорт мобильный телефон, чтобы посмотреть на часы.
— У меня будильник… — Марго с усмешкой наблюдала за моими потугами вытащить застрявший мобильник.
— Где будильник? Я не слышал. — Шорты сдались и мобила засветилась в моих руках.
Циферки показывали четыре минуты седьмого. Марго тем временем указательным пальцем постукивала по виску. Означало это «вот будильник» или «дурной малый» я так и не понял. Успокоившись, я все же позволил себе упасть обратно на подушки.
— Ты здесь, в отеле заказываешь?
— Да.
— Значит, вместе поедем.
Марго хищно улыбнулась и придвинулась ко мне ближе.
— А, разве, могло быть иначе? — Тихо проговорил ее голос у меня в голове, пока зубы впились в кожу.
— Ай!
Через секунду она слетела с постели и, потянувшись, начала одеваться. А где утренние ласки? Неужели, она при дневном свете всегда будет кусачей стервой?
Будто прочитав мои мысли худышка обернулась и вскинула брови.
— Завтракать не идешь?
Ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть и начать вылезать из постели. Плавки весели на сушилке на террассе, полотенце там же. Но, прежде всего, нужно было принять душ.
— Душ?
— Нет, спасибо… — Марго поморщилась и вышла на улицу. Мне же ничего не оставалось, как идти в душ в гордом одиночестве. Теплые струи воды быстро смыли недоумение, оставшееся от Марго и привели в боевую готовность мысли, тело и желания. Перед глазами вырисовывался процесс погружения под воду, стаи рыбок и кораллы, дремлющие крылатки и, возможно, дельфины. Вчера обещали дельфинов… А на смену этим картинкам приходили воспоминания прошедшей ночи, необыкновенно гибкая и горячая Марго. Пришлось оставить лишь ледяную воду, чтобы снова прийти в себя.
Выйдя из душа, я обнаружил свои плавки и полотенце на постели. Собравшись и выйдя на террасу, увидел дожидающуюся за поеданием вчерашних фисташек Марго. Ее отстраненный вид, серьезное, сосредоточенное выражение лица не предполагали нежности с моей стороны. Для меня же было бы странным не обнять ее. Она не отстранилась, но и не ответила, и это напрягло.
— Завтрак. — Тихо напомнили ее губы. На какой-то момент мне показалось, что это слово-прощание. Мы, вроде, собирались вместе на дайвинг?