Ключ от мира (СИ)

— Мне конечно хорошо объяснили, что девочек обижать не хорошо, — сказал Тим с усмешкой — но я тебе сейчас медленно переломаю руки, а потом ноги и обрею налысо, пока ты будешь лежать и корчиться от боли. А куратор отвернется на пять минут.
— Ты так не сделаешь! — сказала в шоке.
— Я пошел, чтобы приемы отработали.
Куратор мигом исчез.
— Защищайся.
Сказал парень со злой усмешкой. У самого все сжималось внутри от этой наигранности. Но он понимал, чтобы сломать зажимы нужно действовать решительно. И либо она сейчас сломается и вернется домой, либо даст отпор. Напал Тим резко, я быстро ушла от удара и попыталась защититься, меня играючи швырнули на землю. Быстро откатилась в сторону и поднялась. Он нападал стремительно я едва успевала уклоняться. Когда он выхватил нож и стал им поигрывать испугалась не на шутку.
— Ты думаешь я шутил? Я обрежу твою шикарную косу, а потом обрею тебя налысо.
Что-то внутри надломилось. Когда я сказала себе: «ну в конечном итоге я же совсем не сдохну. Потому могу хотя бы попытаться защитить свою внешность. Лучше пусть прирежет, чем обреет или отрежет мою косу».
Когда он напал снова, легко отбила нож и даже не обратила внимание что он вошел в руку. Я вырвала нож у него из руки или он сам его отпустил уже внимание не обратила. Я уже смогла сама провести нападение и даже достать его.
— Быстрей нападай! — рявкнул куратор — Иначе ты сдохнешь раньше, чем сможешь его одолеть. Не останавливайся Тим.
Мой напарник убрал растерянность и стал агрессивней нападать. Я откатилась после его броска и быстро поднялась на ноги.
— Хватит, — сказал спокойно куратор и быстро подошел ко мне, осмотрел руку и пережал рану. — Оба молодцы. Вечером продолжим.
— Вы уверены? — спросил Тим кивнув на меня.
— Если Кристина хочет остаться в школе, она должна это доказать. Или хочешь вылететь за неуспеваемость?
— Нет, сэр.
— Вот и хорошо. Сейчас руку тебе полечат и вечером продолжим обучение.
Этот случай надломил внутренние барьеры и каждая последующая тренировка их доламывала. Со мной занимались отдельно и со слов одноклассников куда более жестко, чем с ними. В одном из вечеров призналась куратору о своей особенности, выживать.
— Я знаю, Трой рассказал. Но в твоих интересах, чтобы ты выживала и выходила победителем. А этот дар использовала только когда по другому в принципе невозможно и это единственный выход.
Он меня обнял и погладил по спине.
— Ты молодец кнопка. Слышишь? Ты молодец! Но гонять я тебя буду сильней, чем ребят.
— Заметила.
— Ничего, это даст свои плоды и потом тебе будет много даваться легко. Как говорится тяжело в ученье, легко в бою.
Тренировки у меня были адовые, по другому я описать их не могу. Сил на слезы уже не было. Одноклассники подбадривали и поддерживали. Находили где-то конфеты и угощали меня. Делали все возможное, чтобы поднять мне настроение. Когда летом улетали домой куратор каждый раз переживал, он допускал мысль, что я могу не вернуться. Он сам понимал на сколько здесь мне тяжело и больно.
— Раз болит, значит ты живая, — говорил он мне часто.
И я каждый раз его удивляла и возвращалась в школу. В шестьдесят моя фигура начала меняться. Мальчишки стали дружно зависать смотря на меня. А я перед ними никогда голой и не ходила. Но даже спортивная форма, что облегала почти как вторая кожа давала им возможность для любования.
— И что, залюбуетесь на какую-то красотку и помрете? — спросила у них с усмешкой на тренировке. — А это у меня грудь только начала расти и немного обозначилась.
Весь класс дружно сглотнул. А куратор тихо смеялся со своих подопечных.
— Куратор, — позвала я — они же погибнут?
Ребята мигом ожили и не поняли, чего это я такое говорю.
— Засмотрятся на какую-нибудь девчонку и не заметят как их убили.
— А Кристина права, — хищно улыбнулся куратор — девочки бывают весьма опасны.
На то чтобы они не засматривались на меня или вообще на женские прелести, а думали головой, куратору и преподавателям пришлось убить много времени. А я с годами только расцветала. Появилась тонкая талия и высокая грудь. Как один из ребят сказал:
 
— Как две дыньки, — вздохнул он — наверное такие же сладкие.
— Там что пониже тоже ничего так, — сказал другой — не могу глаз оторвать.
Я улыбнулась ребятам и сказала:
— Вы б хоть щитом накрылись, чтобы я вас не слышала.
— А смысл? Мы правду говорим, ты красавица Кристина. И все в школе хотят с тобой встречаться.
— Скорей сексом заняться, — съязвила я.
— И им тоже. Ты же такая красивая.
Фыркнула и отвернулась от друзей. Нам уже по сто с небольшим и мальчишки сейчас только об интиме и могут думать. Брат уже учиться тут же. Даже пришлось за младшенького заступаться. Из-за чего подралась немного со старшим братом обидчика моего братишки. В итоге два шалопая стояли смотрели на короткую разборку. А потом я еще и лечила задиру. Потому что после удара в нос он перехотел со мной драться.
— Горячая девочка, — ляпнул парень который пришел тоже заступаться за своего брата.
— Ну и какой повод для драки? — подоспел куратор. — Понятно, — сказал он заметив двоих мальчишек — Лучше бы дали мелким подраться.
Мы с парнем обиженно посмотрели на моего куратора.
— Что? Им бы на пользу пошло. И старшая сестра с братом не всегда рядом будут. Ты ему нос вправила?
— Конечно сэр, он же младше меня, а туда же наезжать.
Ко мне подбежал племянник, Ланс поступил в школу вместе с Ником в один год. Разница у них всего семь лет и они как братья. Дома у Троя осталось еще двое мальчишек чуть помладше, как раз к следующему набору будет чуть больше пятидесяти. Обняв Ланса поняла, что сама с трудом верю, что я здесь уже пятьдесят лет отучилась. Еще столько же и выпуск… Сказать, чтобы тренировки для меня стали легче, нет. Куратор до сих пор находит возможность сделать их невыносимо сложными. Так что хочется выть и рыдать, уже радует, что не только мне.
В этом году нас в школу провожала бабушка с дедушкой. Они остались здесь на год, чтобы помочь по своим профилям. Но появление в школе было фееричным. Кирилл ослушался дедушку и он поймал этого шалопая за хвост и с последней стоянки тащил в лапах держа за хвост и задние лапы. Куратор увидев это накрыл лицо руками и тихо ржал.
— Интересно, что он учудил?
Мы быстро приземлились и обращаясь отходили в сторону. Дедушка скинул моего одноклассника. Тот спланировал на землю и отряхнувшись обернулся.
— И что ты натворил?
— Охотился, — шаркнул друг ножкой.
— Охотился, бестолочь, на кабана. Шкура еще мягкая, а туда же задирать животинку в половину себя размером. Едва успел поймать.
— Так вы ж кабанчика хвостом зашибли, — сглотнул Кирилл.
— Ну, — сказал дедушка с вызовом — не насмерть, так, немного оглушил, чтобы тебя дурня не порвали.
Я только сейчас смогла оценить, что дедушка у меня крупный мужчина. Как-то когда я была помладше мне казалось нормально, что он такой высокий и широкий в плечах. Одноклассники на его фоне тощие подростки. Мы с бабушкой, дедушкой и еще тремя старшеклассниками даже летали на сбор трав. Парни любят со мной выбраться. Знают, что я покажу, что вкусненького растет на природе и лишний повод погулять. А последние пару десятков лет пытаются меня склонить к интиму. Куратор сначала переживал, что не отобьюсь от них. А когда мы вернулись несколько раз и парни были в синяках и смотрели на меня с содроганием, успокоился.
— Чем ты их? — только и спросил. — Притом всех троих.
— Палкой одного и еще двоих об дерево. А потом не останавливала если ели то, что не стоит.
Ума ребятам это не сильно добавило, но хотя бы перестали тянуть в рот все что кажется немного съедобным. И лишний раз переспрашивали, а можно ли это есть. Я им говорила спокойно. А вот за попытки поприставать лупила нещадно.
— Кристи, а чего у мальчишек такие довольные рожи? — насторожилась бабушка.