Последний суд

«Подумай о моих словах, Инпу. И прежде чем отдавать божественность – поговори с Царицей. Выбор за тобой. Отдашь силы, и Осирис останется совсем слаб. Ослушаешься, и сможешь помочь отцу спастись».
Глупо было вспоминать слова дяди. Он был предателем, убийцей. Анубис этого не забыл. Но он также был семьёй, и позабыть вечность, проведённую плечом к плечу с Сетом, было не менее сложно, чем выкинуть из головы его последнее наставление.
Входя в исполинские двери Зала Судилища, Каратель не знал, как поступит, и потому малодушно обрадовался, увидев, что троны богов пустовали.
– Инпу.
Радость бога сменилась напряжением, когда он услышал голос из теней.
– Моя Царица.
Исида вышла из-за трона супруга. Царственная и прекрасная, как всегда.
– Отрадно видеть тебя. Ты пришёл к отцу?
– Я… – Анубис устало опёрся на посох.
Интриги и тайны были ему противны. С правдой, пусть порой и жестокой, справляться было намного проще, поэтому он не стал скрывать и умалчивать – то был удел иного божества.
– Я говорил с Сетом, – признался он.
С мягкой улыбкой Исида кивнула.
– Продолжай.
– Вас это не удивляет, моя Царица?
– Ничуть. Я лишь жду, пока ты скажешь всё, что хочешь. А после настанет и мой черёд говорить.
– Отцу что-то угрожает?
– Да, – кивнула богиня.
– Он знает об этом?
– Не хочет знать.
В одном сомнений у Анубиса не было никогда – Исида любила Осириса. Эта любовь была больше, чем могли описать слова, известные смертным и богам. Царица могла совершать разные поступки, но все во благо Царя.
– Я хочу помочь, – тихо сказал бог.
– Хорошо. Но тебе придётся нарушить слово, данное отцу. Ты не сможешь привести к нему души аментет и хекау. Пока нет.
Решение, которое принимал Анубис, входя в зал, было принято за него. Разговор с Царицей, как того и хотел Сет. И единственное, что оставалось Карателю, – это хотя бы попытаться установить свои правила.
– Мне нужно знать больше, – тихо сказал он, недоверчиво глядя на мачеху.
– И я расскажу тебе то, что могу. Ты дашь свой ответ: готов ли помочь мне или нет. Но затем я сотру часть твоих воспоминаний.
– Зачем?
– Селкет уже обрела силу, которой не место в нашем мире. Ей нельзя знать о наших планах. Она может дотянуться до мыслей каждого, – богиня гневно сжала руки на золоте платья. – Даже я не знаю всего. Мы разделили мысли с Сетхом, чтобы ей было сложнее найти ответы.
– При чём тут Селкет? – тихо спросил Анубис. – Я не понимаю…
– Сейчас поймёшь.
Тот разговор между Царицей и Карателем занял много времени даже по меркам Дуата. Покидая Зал Судилища, Анубис не помнил и десятой части того, о чём они говорили – Исида исполнила обещание стереть всё, что могло попасть не в те мысли, – но он чувствовал цепи божественной клятвы, связавшей его. Он по своей воле дал обет помочь грешникам получить артефакты силы богов.
«Почему я это сделал?» Анубис помнил начало разговора. Если он дал клятву, значит, поверил в слова Царицы. Но что же она поведала ему?..
Вслед Карателю долетел её голос.
– Царь будет недоволен твоим непослушанием. Чтобы исполнить клятву, держись подальше от Дуата. И усмири своих гончих. Возможно, муж мой отправит их по твоему следу.
«Что же я сделал?.. – думал Каратель, покидая Зал Судилища. – Почему поверил?»
Единственное, что удерживало его от порыва немедленно найти отца, была уверенность в том, что он бы никогда не пошёл против Осириса, и если дал клятву, значит, поверил Исиде в те мгновения, когда его воспоминания об их разговоре были ещё при нём.
«Но ты уже был обманут, и не раз», – подсказывал ему голос разума. Однако Анубис старался заглушить его верой. Верой в то, что он всё-таки был хоть иногда мудрым богом.
ТА-КЕМЕТ. ГЛАВНЫЙ ХРАМ В СЕПАТЕ ИНПУТ. СЕЙЧАС
– Мне не следует появляться в Дуате, – спокойно сказал Каратель, возвращаясь из воспоминаний.
 
– Что?
– Почему?
Если на лицах Кейфла и Атсу было удивление, то Сет позволил себе ухмыльнуться:
– Всё-таки поговорил с Царицей, да?
Анубис не ответил, смерив дядю недоверчивым взглядом. Пусть его объяснения смерти Ифе и совпадали с тем немногим, что он помнил из разговора с Исидой, доверять предателю было слишком сложно.
– Знаешь, я ведь могу показать тебе тайные ходы. Никто и не узнает, что ты вернулся, – улыбнулся Сет. – Один как раз откроется за миг до восхода Ра. Я жду его, чтобы отдать волосы нашей аментет.
– Нет! – закричал Атсу. – Ты не можешь! Это твоя вина!
Кейфл молчал. В отличие от вора, он понимал, что Сета не остановят их слова. Его ничего не остановит на пути к его цели, правду о которой он им явно так и не открыл.
– Подумай над моим предложением, Инпу. Хекау и вору будет спокойнее, если ты пойдёшь со мной, – с этими словами грешный бог направился к выходу из зала мумификации, в достаточной мере не ответив почти ни на один вопрос.
До рассвета – восхода Ра – было ещё много времени.
Кейфл поднял взгляд на Карателя.
– А если я проведу расчёты нужной для ритуала смерти, вы сможете связать мою душу?
– Наши, – быстро добавил Атсу.
Останавливать его принц не стал и просто продолжил свою мысль:
– В конце концов, вы сказали, что будете с нами, пока мы идём за артефактами для Царя. И если наши предположения верны, копьё Анхура должно быть именно в Дуате.
– Пытаешься манипулировать богом, смертный? – спокойно спросил Каратель.
– Я пытаюсь защитить женщину, которая мне дорога.
Зал погрузился в тишину.
Атсу уже подозревал об отношении Кейфла к Ифе. Да что уж, подозревал… Он знал, что их связывал взаимный интерес. Это было видно в каждом взгляде, сквозило в каждом жесте. Вор не врал себе – девушка была дорога и ему, могла стать кем-то большим, чем другом. Но Атсу видел, что её внимание было отдано принцу. Она, пусть и явно не знала почти ничего о человеческих отношениях, никогда не смотрела на него так, как на Кейфла.
«Стань её героем, твоё царейшество. А я помогу». Грусть мужчины на тот краткий миг стала светлой.
Чего вор не заметил, так это реакции Анубиса на слова принца. В глазах бога появились зелёные яростные отсветы. Кейфл видел их и решил, что так Каратель гневается на попытку им манипулировать. Однако причина злости была иной.
Анубисом овладело одно непреодолимое желание убить хекау. Прямо сейчас отправить его в пасть Амт, прямиком в небытие. «Он хочет умереть? Я могу сделать это быстро», – думал бог, подпуская свою силу к посоху. Это было бы так легко – смертному достаточно одного удара холодом Дуата, чтобы перестать существовать во плоти.
«Почему я хочу убить его? Потому что он – грешник?» Каратель не был глупцом, и, пусть и научился лгать самому себе, не хотел этого делать. Он прекрасно осознавал, что грехи Кейфла не были причиной ярости – только его слова. «Она дорога ему, но дорог ли он ей?» Чего Анубис не мог ещё осознать, так это то, почему ему было важно узнать ответ на этот вопрос.
Смирив гнев, он холодно сказал:
– Библиотека находится в другом крыле. Доступ туда открыт для всех, и служители моего храма помогут найти нужные для расчётов тексты, хекау.
– Спасибо, – кивнул Кейфл.
Было бы так легко посоветовать ему заведомо неверный способ попасть в Дуат, но Анубис смог справиться и с этим порывом.
– Рекомендую начать изучение с ядов. Они умеют убивать медленно, в отличие от кинжала.
Ещё раз кивнув, принц направился к дверям, но Атсу не сдвинулся с места.
– Я останусь с Ифе.
– Нет, – резче, чем собирался, возразил Анубис. – Помоги хекау. Текстов много, а времени мало.