Невеста Безумного Ястреба

– Вам… не нужно приданое? – поразилась матушка.
– Мне не нужно ждать несколько месяцев, – ответил Андор. Повернулся ко мне и уточнил: – Вы ведь тоже не желаете промедлений, Кларелия?
Я смотрела в светлые глаза Ястреба и, кажется, теряла дар речи. Представляю, что чувствовала бы на моём месте малышка-Клара! Да он бы сожрал её с потрохами и не подавился.
– Я… не знаю, – пожала плечами, намеренно ставя паузу и понуждая всех сосредоточить своё внимание на мне. – Не то чтобы я очень торопилась под венец, мне ведь всего двадцать.
Физически чувствовала, как напряжение в гостиной нарастает. Клара, где бы ты там ни была сейчас, в обиду я тебя точно не даю, знай это!
– Но, так и быть, – наконец выдала я. – Устроим свадьбу пораньше, – согласилась со словами будущего мужа.
Он вскинул брови, и на губах его расцвела мрачная улыбка, которая так и сквозила предупреждением.
– Через неделю я заступаю на полугодовую службу в королевском дворце. До этого момента я хотел бы уже обзавестись женой, – буквально процедил Ястреб, глядя на притихших тётушек.
Всё ясно – инициаторы скорой свадьбы племянника – вот они. Сидят напротив живописной клумбой.
– Это очень верное решение, – церемонно склонила голову одна из них, по виду – самая старшая.
На изборождённом морщинами лице было выражение полнейшего удовлетворения происходящим. А вот матушка, кажется, уверенности тётушки не разделяла.
– У нас что – всего несколько дней?! – в ужасе схватилась она за голову. – Но я думала, что это будет пышное торжество! Мы просто не успеем всё подготовить! А моя девочка…
– Что с ней? – перебил матушку Ястреб.
– Она ведь тоже не готова!
Мирогаст вновь повернулся ко мне и совершенно спокойно уточнил:
– Вы не готовы к тому, чтобы стать моей женой, Клара?
Казалось, скажи я то, что ему совсем не понравится, и свадьбе не бывать. Но я же уже решила сходить за Ястреба замуж. Во-первых, это вообще может быть единственное моё замужество, учитывая невезучесть в данном вопросе. Во-вторых, я покину отчий дом, Мирогаст отправится на свою службу, следовательно, у меня будут более-менее развязаны руки для поисков путей на возвращение домой.
– Конечно, готова, – заверила я его в ответ. – Не вижу смысла тянуть с этим вопросом. Свадьбу можно сыграть и скромную.
Ястреб усмехнулся и, кивнув мне, вновь повернулся к матери, видимо, безошибочно понимая, что если кто и сможет противостоять нашим планам, так это она. Хотя, казалось бы, у моего семейства должно было возникнуть лишь желание как можно быстрее сбыть Кларелию с рук.
– Вот видите, Флорелия. Клара считает так же, как и я. И нет, свадьба не будет слишком уж скромной, если вы переживаете об этом.
По виду маман было понятно – именно это её и тревожило. Видимо, раз уж её дочери досталась такая удачная партия, упускать возможность пустить всем пыль в глаза – последнее, что желалось бы маме.
– Я не переживаю, – соврала она, чуть передёрнув плечами. – Но мы не успеем…
– Успеем. Организацию свадьбы я беру на себя.
Чёрт побери! А Мирогаст продолжал набирать очки в моих глазах. И у короля служит, и красив, ещё и свадьбу организует. Герой.
– Тогда думаю, что самое время подписать предбрачный договор, – вступила одна из Ястребиных тётушек.
– Да-да, – поддержала её вторая. – Давайте уже приступим к этому делу.
Они ловко выудили из ридикюля, прихваченного с собой, какие-то бумаги. Вот тебе раз… и как там должна подписываться Кларелия? Я же ведь могу попасть впросак в этом вопросе!
– Королевская печать! – выдохнула мама, неверяще прижимая пальцы к губам.
– Именно так, – спокойно ответил Ястреб, ставя на бумагах размашистую, но довольно красивую подпись. – Король будет присутствовать на этой свадьбе.
Кажется, матушке сделалось дурно. Видимо, от радости, которая зажглась в её взоре. Ну, в какой-то мере я разделяла восторги родительницы. На моей свадьбе будет целый монарх. Даром, что о стране, которой он управлял, я не знала ничего.
– Теперь я! – возвестила, ставя подпись на документах.
 
Так и написала – Кларелия Оугуст. И на этом всё. Впрочем, кажется, сделала я всё совершенно правильно – никто даже слова не сказал, что что-то не так.
– Теперь вы, Клара, невеста нашего Мирогаста, – степенно проговорила одна из тётушек.
Надо будет выяснить и попытаться запомнить, как какую из них зовут. Чай, теперь это не просто незнакомки, а практически семья.
– В знак заключённого предварительного союза я дарю вам это кольцо. К сожалению, не знаю вашего размера…
– Третий, – выпалила я и тут же ужаснулась от собственных слов.
Конечно, у Клары размер был никакой не третий, да и говорил Ястреб вовсе не о моих прелестях. Он нахмурил брови и, буквально всучив мне коробочку с кольцом, поднялся на ноги.
– До встречи, Кларелия, – поклонился мне. – Я пришлю вам указания относительно нашей свадьбы.
Ох, ты. Да он властный властелин!
– Я буду ждать, Мир, – ответила ему и когда он удалился, по-военному расправив плечи и едва ли не маршируя к выходу из гостиной, а тётушки засеменили следом колоритной вереницей, я повернулась к родным и улыбнулась.
А в мыслях моих бились четыре слова. Теперь я невеста Мирогаста.
Чуть позже, правда, улыбка больше на лице моём не появлялась. Потому что я вдруг испытала все ужасы… абстинентного синдрома. То, что по всей симптоматике это был именно он, я поняла не сразу. Сначала меня затошнило, причём так, что я начала метаться по комнате в поисках ночного горшка. Его из покоев, видимо, на день уносили, ибо в особняке было аж целых три уборных.
Потом стали трястись руки, в горле пересохло. Следом я захотела есть, но при мыслях о пище меня замутило так, что я снова помчалась в туалет.
Дошло до меня, что организм Кларелии требует выпить, когда за обедом папенька смаковал порцию то ли ликёра, то ли мальвазии. Тогда сухость в горле стала напрочь нестерпимой, а желание потребовать наконец шампанского – адским.
Ну уж нет! Я, всю жизнь голосовавшая руками и ногами за ЗОЖ, просто не могла допустить власти Клариных привычек над моими собственными устоями! Надо будет расспросить у Кати, есть ли здесь что-то вроде абсорбентов. И пропить их курсом.
– Мы станем родственницами Андора, – донеслось до меня со стороны стола, за которой сидели сестрицы.
Теперь уже в их голосах было в основном подобострастие, о том, какими взглядами они награждали меня до сего момента, Аура и Мира как-то позабыли.
– Это просто великолепно! Перед нами теперь открыты даже те собрания, куда раньше было невозможно попасть!
Они зашушукались, а меня замутило снова. Конечно, по-хорошему мне нужно было бы наладить с сёстрами контакт. Во-первых, как-никак родственнички. Во-вторых, можно было добывать у них полезную информацию. Но сейчас я мечтала лишь о том, чтобы прилечь и попытаться влить себя стакан воды. По глоточку, потихоньку… как это делала бабуля, когда я болела какой-нибудь сезонной ерундой, вроде гриппа.
– Я, пожалуй, к себе, – подала слабый голос, и маменька тут же вскочила из-за стола и засуетилась вокруг меня.
– Ты вообще не притронулась к еде! Кларелия, святой Оливер! Это просто ужасно! Так ты скоро превратишься в тень!
Я скептически хмыкнула. В тень Клара если и превратится, то на это уйдут годы диет и активных физических тренировок. А отсутствие обеда уж никак не скажется даже на одном лишнем сантиметре.
– Мамулечка, – сказала в ответ устало, и она удивлённо моргнула. – Я поем за ужином, обещаю. А вообще, как я и говорила, теперь я должна соответствовать Андору. Значит – диета!
Объявив это нарочито бодрым тоном, я поднялась из-за стола и удалилась к себе под звенящую тишину, нарушаемую лишь причмокиванием папеньки, который наслаждался чёртовой мальвазией.
Господи, помоги!
Пришла в себя я вынужденно. Маменька организовала вокруг болеющей меня такую бурную деятельность, что я начала опасаться, как бы моя свадьба с Ястребом не накрылась медным тазом. За то время, что я лежала в постели не в силах подняться, я узнала несколько важных вещей и пришла к весьма определённым выводам.