Долг Лорда (СИ)

— Вот, что значит «раствориться в пустоте», да…?
Дарих не врал. Некоторые души действительно существуют какое-то время после смерти тела, а это значит, что мне лучше поторопиться.
Ориентируясь лишь на свои ощущения и на то, куда меня вёл зов мироздания, я с невероятной скоростью перемещался из одной точки в другую, пытаясь как можно точнее «услышать» местонахождение конечного пункта. А спустя сотню перелётов в этой пустоте я, наконец, отыскал канал.
Его нельзя было увидеть со стороны, ведь ни глубиной, ни шириной он не обладал. Обычная точка, в которую на самом деле могли поместиться десятки таких миров, как тот, что находился где-то неподалёку. Бесконечно маленький — и настолько же большой, канал был буквально свёрнут, и снаружи исправить это было действительно невозможно.
Но самым ироничным было то, что для его восстановления не нужна была ни великая сила, ни, с недавних пор, драконья кровь. Дарих наглядно показал, что ходить через порталы может кто угодно — достаточно было лишь что-то сделать с этим пространством.
Что-то, до чего ни Доу, ни Марек не додумались, и теперь я вынужден жертвовать собой. Сколько раз называл себя не-героем, сколько боролся с желанием помочь всем и сразу — а что толку, если сейчас я здесь?
Вздохнув, я сунул руку за пазуху и снял с шеи талисман — три четверти монетки, в которых были запечатаны эмоции Гессы. Я предполагал, какие именно, но решил удостовериться лично. Кто знает, не лишусь ли я всех вещей в самом канале, а память со мной будет всегда.
Или, по крайней мере, её сложнее всего у меня отнять.
Хрустнул металл, и в моё сознание устремился такой родной и приятный поток любви, ожидания и надежды, что нежелание переступать черту заполнило всё сознание. Жаль только, что я слишком ответственный идиот, чтобы вот так послать всё и всех в тартар и вернуться домой. Таким образом я подведу не только себя, но и семью. К сожалению, вечного во вселенной в принципе не существует.
— Зол! Зол, мать твою! — Знакомый голос. Очень, очень знакомый. Я обернулся — но не увидел никого и ничего, принявшись в панике обшаривать окружающую пустоту восприятием и совершенно позабыв о том, что здесь это работает не так, как в обычном мире. Вдруг мимо кто-то пронёсся, а я даже не рассмотрел, кто именно — приходилось целиком и полностью полагаться на свои глаза, которые без поддержки магии не поспевали за этим изменчивым измерением. — Ты не серчай, друг, но из нас двоих меньше всего потеряю именно я.
Ещё один разворот — и я успеваю заметить запыхавшегося, отчего-то улыбающегося и салютующего мне Кэла, слишком близко подошедшего к каналу. Я успел лишь открыть рот, но не издать звук: попаданца, которого я сначала обманывал ради собственной выгоды, и только спустя несколько лет стал считать другом, засосало в канал.
Ступор.
Только так можно описать то состояние, в котором я, дочерта старый, проживший триста лет идиот впал, когда один из тех немногих, ради кого я решил пожертвовать собой — исчез. Покинул этот мир навсегда, сгинув в канале и, я надеюсь, получив возможность реинкарнировать вместе со всеми душами, что практически сразу медленно, но уверенно начали тянуться в моём направлении. Их скорость увеличивалась вместе с тем как точка приобретала объём: сначала плоская линия, после — треугольник, а теперь почти круг, ведущий в залитый белым светом тоннель.
И если туда летели души, часть которых уже ушла на перерождение, перейдя через границу, то в обратную сторону лилась мана и прана в таких объёмах, что даже самый лютый скептик, увидев такую картину, поверил бы в рассказы про великое прошлое этого мира.
А поток душ тем временем возрастал, и я заметил, как меня тоже начало подталкивать к каналу. Этот момент стал тем самым ледяным душем, который вернул мне способность здраво мыслить.
Но просто так уйти я не смог — вновь повернулся к каналу и глубоко поклонился…
— Спасибо, Кэл.
… после чего как мог быстро отправился на поиски места, из которого пришёл.
Идеальным вариантом стало бы открытие портала, ведущего прямиком домой, но я очень сомневался в том, что мне удастся настолько конкретная телепортация. Не просто так Дарих использовал маячки — ориентироваться в этом измерении было слишком сложно даже для всех моих закалённых магией потоков сознания. А с учётом того, что я был немного не в себе, задача переходила в разряд невыполнимых.
 
Лишь через час с небольшим мне удалось найти более-менее подходящее для открытия портала место, которое гарантировало, что я, по крайней мере, окажусь не не в другой стране. В руках затрепетала мана — и спустя пару секунд в пустоте раскрылся чёрный провал, в который я тут же и шагнул.
Вот только вместо степи, леса или, на худой конец, скал, я оказался в подозрительно знакомом, навевающем чувство ностальгии месте.
Белокаменные стены, высокие потолки, монструозные колонны и лепнина — а посреди этого пара диванов и несколько гигантских плазм, подвешенных прямо в воздухе. И разговор, в котором принимали участие те, кого я уже и не надеялся встретить живыми.
— Всевышний, какого…?
Он сидел за своим излюбленным столом, крутил между пальцев вилку с насаженной на ней тефтелей — и травил собравшимся байку, в главном действующем лице которой я без особого труда узнал себя. А тем временем на многочисленных дисплеях, временами дублирующих друг друга, отображался Великий Дом с высоты птичьего полёта, приближённо — вершина моей башни, на которой стояла всё ещё плачущая Гесса, и одна из комнат всё той же башни, в которой мама суетилась над израненным отцом, а Амстер в это время играл с Астрой. Дядя жив, что плюс.
А я в условном «раю», что минус.
— О! Как тебе сюжет? — Бог поправил очки вместе со сползшей на глазах шерстяной шапкой. — И никакие аниматоры не нужны, согласись.
— Ты в конец ……ся? — Мысленно махнув на любителя экзотических развлечений рукой, я повернулся к над чем-то смеющимся друзьям. Я, понимаешь, по ним убиваюсь — а они за всем этим смотрят, наворачивая попкорн. Но… Проклятье, как же я рад, что они живы! Или, что вернее — остались собой, а не очистились от воспоминаний. — Кэл, Дигон… Кей.
— Да мы это, мы. — Кэл первым взял слово, опередив успевшего только оторваться от своей женщины Дигона. — И почему ты так невежлив со своим покровителем, про которого ничегошеньки нам не рассказывал?
— Потому что всё, что было там… — Я неопределённо махнул рукой. — Очередное его шоу. Или это не так?
— Не так. Ты сам просил мир, в котором боги не имеют власти — и ты его получил. — Всевышний плавно откатился от стола, посмотрев на меня с, кажется, укором во взгляде. — Ну а твоих друзей я спас уже после того, как твой напарник восстановил связующий канал. Или тебе они на самом деле не нравились? Мне их обратно выкинуть?
— … - Я поражённо молчал, глядя на и не думающих вмешиваться в наш диалог Дигона и Кей, о чём-то друг с другом шепчущихся. Отвык от манеры общения всевышнего — или всё это просто меня шокировало, и сейчас я толком и соображать-то не могу? Лишь одно я знал, знаю и буду знать — смертные в руках богов всего лишь игрушки, и Всевышний даже сейчас сполна наслаждается устроенным шоу. Наконец извилины в моём мозгу встали на место, и я обработал ранее услышанное. — Про напарника я бы послушал поподробнее.
— Я так подозреваю, что в ближайшие лет так двести ты обратно не собираешься, верно? — Я кивнул, начав потихоньку понимать, к чему он клонит. Да и улыбающаяся рожа Кэла на это как бы намекала — вот уж кому тут всё было привычным, так это японцу, наверняка не раз сталкивавшимся со старым-добрым исекаем. — Значит, вместо тебя пока поработает Кэл. Так что твой отпуск продлевается, и, в принципе, я прямо сейчас отправлю тебя обратно. Живи как хочешь, и, так сказать, наслаждайся.
 
— А… Дигон? Кей?
— Мы мертвы. — Красноволосый наконец поймал момент, вместе с вампиршей встав со своего места. — И обратно нам дороги нет. Но твой покровитель позволил нам на какое-то время остаться тут…