Добыча принца

– Хочешь, чтобы я его освободил? – прищурил глаза Арвинский, а у меня руки зачесались подправить его фамильный профиль. – Ты же все понимаешь…
Шагнул он ко мне, ухватив за подбородок и заглядывая в глаза. При этом вид был такой, как будто что-то решает для себя.
– Сейчас тебя переоденут, и ты пойдешь со мной, – чеканя каждое слово, произнес Велиан. – И все это время ты молчишь. Молчишь! Без твоего мычания и ы-ы-ы-ы. И когда я потребую, утвердительно кивнешь головой. Поняла?
От такого требования мои глаза стали как блюдца.
– Поняла? – с нажимом повторил принц.
Я медленно кивнула.
– И тогда я освобожу твоего волка, – довольным тоном закончил он и погладил меня по щеке.
Со злостью отбросила его руку. Я ему не собачка дрессированная! А еще взбесил хозяйский взгляд, как будто я вещь, которую он только что решил приобрести.
Мой жест не разозлил, а как будто доставил еще большее удовольствия принцу.
– Идем.
«Не нравится мне это», – услышала я от Верного.
Мне тоже не нравилось, но, бросив на него взгляд, мысленно произнесла: «Я вернусь. Потерпи».
Когда мы вышли, Велиан приказал дожидавшейся нас служанке привести меня в порядок и переодеть в доставленное платье. И ушел, гад, довольно насвистывая. Покорно идя за служанкой, я очень хотела понять, что он задумал и во что же я ввязалась.
Меня переодели в нарядное платье, волосы уложили в сложную прическу, как для приема. Позволяя делать все это, в который раз спрашивала себя, правильно ли поступаю? Душило чувство вины за Верного. Это же по моему приказу он так близко подобрался к людям. Если бы вчера не заснула… Но я же не планировала спать! Если бы не Арвинский, со своим нежданным вмешательством…
А теперь я застряла здесь до вечера, но и тогда мне нужно будет найти ключи от клетки или раздобыть оружие, чтобы взломать замок. Уйти без Верного я не могу, но мое собственное положение шатко. По своему капризу принц поселил меня в покои, но с таким же успехом может переселить в подземелье до выяснения личности. Это он еще не знает, что я со служанками разговаривала, иначе взялся бы за меня всерьез. Понять не могу, что же он задумал?!
Предмет моих раздумий вскоре явился собственной персоной и оглядел меня одобрительным взглядом. Отпустив служанок, подошел к картине на стене и, нажав там что-то, открыл потайную дверцу, из которой достал ларец. Недолго порывшись в нем, вернулся ко мне с колье и сережками.
– Думаю, это сюда подойдет. Давай помогу.
Не спрашивая разрешения, зашел за спину и застегнул на шее украшение, а потом встал напротив и с сосредоточенным видом вдел в уши сережки. Отступил, любуясь блеском топазов и бриллиантов, и заключил:
– Ты рождена, чтобы носить драгоценности.
Спорить не стала, так как положение обязывает и приходится, но даже папенька знает, что мне лучше древний манускрипт подарить, чем украшения. Принц же смотрел на меня, как художник на холст, нанеся последний штрих. Кстати, о картинах. Хорошо, что я картину, где на мне парюра с фамильными розовыми бриллиантами, запихнула обратно за кресло.
«Лучше быть подальше, когда он решит на нее посмотреть», – подумала, от волнения облизав губы, и вздрогнула, когда к ним прикоснулся Арвинский.
Не уловила тот миг, когда пальцы сменили губы. Его лицо оказалось близко слишком быстро. Я приглушенно ахнула, чем он и воспользовался, углубляя поцелуй. Меня никогда так не целовали! Не то чтобы я имела большой опыт, но позволила пару раз кавалерам сорвать с моих губ поцелуй. Мне совсем не понравилось, и я прекратила глупые эксперименты, не понимая, что все в этом находят. Просто видела много раз целующиеся парочки, и разыгралось любопытство.
На этот раз все было по-другому. Он как будто пил меня, изучал. И от движений его губ и языка мое тело охватила странная слабость, от которой подкашивались ноги. Внутри зарождался жар, но я дрожала, как от холода.
«Что со мной?!» – потрясенно подумала, когда все прекратилось и он отстранился. И испытала странное сожаление, что все закончилось.
 
Велиан же с каким-то напряжением заглядывал мне в глаза.
– Не понимаешь? – разочарованно выдохнул он, отпуская меня.
Понимаю? Что я должна понять?! Он меня поцеловал. Поцеловал! В мозгах прояснилось, и вспыхнул гнев. Да как он смеет!!!
Рука сама собой взмыла вверх, но он ее перехватил в последний момент, не дав залепить пощечину.
– А вот это лишнее, – расплылся в счастливой улыбке этот ненормальный, затем, поцеловав мне руку, положил ее на сгиб своей и повел к выходу. – Нам пора.
Даже разреши он мне говорить, я бы все равно ничего сказать не смогла, от такой наглости потеряв дар речи. Внутри разгорался пожар от его выходки. Что это все значит?! Смятение пополам с возмущением клокотало в груди, и я чувствовала, как порозовели щеки.
– Если будешь так сопеть, я не выдержу и еще раз тебя поцелую, – склонившись ко мне, шепнул Арвинский.
Он издевается?! В ответ я его убила и расчленила взглядом. Этот же гад лишь довольно усмехнулся. Мне пришлось стиснуть зубы, распрямить плечи и задрать подбородок, с высокомерным видом игнорируя его дальнейшие взгляды.
Эх, знала бы я, куда идем, – бежала бы без оглядки! Я почему-то думала, что принц решил продемонстрировать меня своим друзьям, и собиралась стоически терпеть их компанию, ведь недаром он требовал молчания, но лакеи распахнули перед нами двери зала, и мы оказались на приеме.
Не ожидала увидеть столько придворных. Хуже всего, что при виде нас голоса стали смолкать, а люди расступались. Когда же я увидела, куда мы направляемся, сбилась с шага, обмерев от страха. Меня накрыло паникой, я сделала попытку вырвать руку и убежать, пока не поздно, но ее сжали, как в тисках.
– Помни, что я говорил: молчишь и киваешь. Ни слова! Иначе больше никогда не увидишь своего волка, – тихо пообещал Велиан с таким милым выражением на лице, как будто говорил нежности.
Он еще не понимал, что это катастрофа! Впереди стоял мой брат Мейн и уже поворачивал в нашу сторону голову. Я знала, что он уехал с делегацией в Сарогосс, именно это и последующая ссора с папенькой подвигли меня на авантюру, но и не представляла, что они так быстро сюда доберутся. Да я подумать не могла, что мы с ним здесь встретимся! Судя по тому, как расширились от удивления глаза брата, он тоже.
Бежать поздно. Остается благодарить своих учителей, твердящих, что необходимо всегда помнить о своем положении и уметь держать лицо в любой ситуации. Сейчас это тяжело, ведь рядом с Мейном, судя по фамильному профилю и возрасту, стоит король, а я могу лишь играть навязанную молчаливую роль в спектакле, задуманном Арвинским. Абсурдная постановка! Сама бы автора повесила.
Король увидел нас последним и нахмурился. Догадываясь, что вот-вот разразится скандал и меня заставят в нем участвовать, но не в силах уже ничего изменить, я заученно присела в реверансе.
– Велиан, я рад, что ты закончил дела. Можешь уже оставить свою спутницу. Подойди и поприветствуй наших дорогих гостей, – демонстративно не замечая меня, произнес король.
– Я не могу ее оставить, отец. Я должен сделать заявление, которое касается нас всех.
– Сейчас не время и не место, – с нажимом произнес его величество, стараясь сохранить контроль над ситуацией.
– Поспорю! Это напрямую касается причины визита наших дорогих гостей.
– Велиан! – властно рыкнул король в последней попытке образумить сына.
– Отец, позволь представить тебе эту девушку. Я заявил на нее права! Она моя по праву добычи, – громко и четко объявил принц.
Короля едва не хватил удар, Мейн нахмурился, сверля меня взглядом и как будто что-то усиленно вспоминая. Он самый начитанный из нас и имеет феноменальную память – мне бы такую, я вот что-то читала о праве добычи, но никак не могла вспомнить что. А брат отвечает за внешнеэкономическое направление и досконально знает законы разных стран. Не зря отец его послал, чтобы наряду с подписанием брачного договора заключить и выгодные торговые соглашения.