Мои Снежные монстры (СИ)
«Эти тираны погибли», - напоминаю себе. – «Я это видела».
- Все в порядке, - отвечаю.
Да. Все в порядке. Это я внушаю себе уже дней пять. С того дня, как дядя уехал, а я потеряла кулон, со мной происходит что-то странное. И эта паранойя, что за мной следят… А я повторяю себе как мантру, что все в порядке. Что еще остается делать? Если я ни в чем не уверена…
Незнакомец распахивает дверь переднего сидения. Пассажирского. Глубоко вдохнув, ныряю внутрь. Он садится рядом, на водительское, и интересуется, протягивая свой смартфон:
- А опаздываешь куда?
- На Калининградке в бизнес-центр. Я там работаю.
Рассеянно верчу телефон. Кому первому звонить? На работу, в такси, эвакуаторщикам? Решаю начать с последнего. Надо зайти в интернет и найти эвакуатор в поисковике, но шариться по чужому телефону неловко. И торопиться же надо, время уходит.
- У вас, случайно, нет контакта эвакуатора?
- Есть. И, ты не поверишь, даже неслучайно, - он забирает телефон обратно и кому-то звонит.
Не обращая внимания на двойственное построение фразы, я откидываюсь на спинку и сажусь поудобней. В машине тепло, нагрето. А ведь я слышала, что кабриолеты, даже с функцией закрытия крыши холодные. Вранье. И запах в машине приятный. Пахнет цитрусовыми, напоминая, что скоро Новый год, и чем-то терпким, мужским.
Перебираю в сумочке вещи и думаю, что же сказать на работе про опоздание, чтобы меня не уволили. Одна надежда, что Ксюша прикроет, мы с ней неплохо сдружились за два месяца. А Элины Вячеславовны, начальницы моего отдела, сегодня нет на месте, насколько я помню график.
- Эвакуаторщик поблизости, повезло тебе. Он твою машинку куда надо доставит.
Машинка не моя, а дядина, и очень уж не хочется его подводить. Я до сих пор не знаю, как сказать ему про потерю кулона, который он мне велел больше целомудрия беречь, а если к этому прибавится еще и сломанная машина… Ох, даже не хочу представлять…
- Спасибо большое.
- Поблагодаришь позже, милашка. А пока прокатимся.
- В смысле?
Я поворачиваюсь к нему всем корпусом. Его лицо близко-близко к моему оказывается, я чувствую горячее дыхание на губах. Он к ремню безопасности тянется и пристегивает меня так быстро, что я дергаюсь от неожиданности, ему рукой по шляпе попадаю и кричу:
- Стой!
- Тихо, девочка, - он строго смотрит на меня поверх очков…
… и все несказанные слова дохнут у меня на языке, а воздух резко становится вязким.
Я в дверцу вжимаюсь, отшатнувшись, как обожжённая.
Эти глаза…
Расплавленный янтарь во всю радужку. С алым блеском. Весь мир сужается до этой искры в океане янтарном.
Я дышать забываю, смотрю и оторваться не могу.
Загипнотизированная.
Не. Может. Быть.
Только у НЕГО такие глаза были.
У Антона Снежного.
Младшего из братьев, преследовавших меня три года назад.
Мужчина разрывает зрительный контакт, надевает очки. Пользуясь моим замешательством, кладет руку на руль и коробку передач. Машина с визгом стартует.
Вжимаюсь в спинку, цепляюсь руками за подлокотник. Очуметь просто, так быстро все происходит.
Смотрю на него распахнутыми глазами, а он, посмеиваясь, виртуозно объезжает машины, еще больше ускоряясь.
Всматриваюсь в каждую черточку идеального профиля. Я в шоке, еду на огромной скорости, но я должна понять, кто он такой.
Хищное, красивое, но абсолютно незнакомое лицо.
Это не младший из братьев. Это не Антон Снежный.
Нет ведь?
Сердце колотится в бешеном ритме, я не понимаю, что делать.
Выхватываю из сумочки перцовый баллончик, сжимаю его в кулаке. Но пользоваться им в машине – безумие.
Блин… Мысли вихрем проносятся, быстрей, чем мы по шоссе едем. Сердце сдавливает тисками.
Что за…?
Он похитил меня? Кто он такой? Еще один родственник Снежных? Или…
- Осторожней, блин! – кричу, когда мы проносимся в сантиметре от фуры.
В ответ смех раздается:
- Расслабься, милашка. Я виртуоз. И не только в вождении.
Я слишком шокирована, чтобы реагировать. А у самой на языке если что и вертится, то только абсолютно нецензурное.
Проезжаем перекресток на оранжевый сигнал светофора. Сжимаюсь. Зажмуриваюсь. Не могу это видеть! Капец просто!
Спустя короткое время машина резко тормозит.
- Приехали.
Открываю глаза. Мы перед офисным зданием моего места работы. Перевожу дыхание, отпускаю ручку, в которую все это время вцеплялась. Рука немного подрагивает.
Поворачиваюсь, смотрю на ухмыляющегося…кого?
- Ты! Ты! – тяжело дышу я, но лишь возмущённо спрашиваю: - Ты кто такой?!
- Прекрасный незнакомец, который помог леди, попавшей в беду, и теперь требует за это благодарность.
Он снимает очки. Красные точки в его глазах виднеются отчетливей. Его ладонь мне на ногу чуть повыше колена ложится. Через колготоки я чувствую, какой от его руки жар исходит. А меня снова дрожью продирает… Отщелкиваю ремень и дергаю ручку. Стремительно выхожу, с силой хлопаю дверью. Мне вдогонку летит насмешливое:
- Я избавил девушку от проблем, а она мне даже спасибо не скажет? Ай-яй-яй, и где же ее манеры?
Смотрю на большой циферблат на здании. Без двух минут. Ух. И ведь действительно. Я успею.
Он уже успел обойти машину и теперь стоит напротив меня, проход загораживает.
Обострившиеся за последние дни чувства и инстинкты кричат мне, что он опасен. Он - хищник, который играет с добычей, чтобы потом ее сожрать. Только вот… Не добыча я. Не на ту напал!
- Спасибо, - нахохлившись и глядя исподлобья, отвечаю. – Но я не просила…
Вокруг проходят люди, косятся на нас. Окна моего отдела выходят на парковку. Мне абсолютно не хочется всеобщего внимания, не для того я столько времени незаметной старалась быть. Пытаюсь обойти нахала, чтобы в офис убежать, но он хватает меня за руку и тянет на себя.
- И это вся благодарность? – тот, кто не назвал своего имени прижимает меня к себе.
- Пусти, - вырываюсь, а он только крепче сжимает.
Смотрю в его лицо, лицо порочного английского лорда. Слишком идеальное, слишком красивое и слишком нахальное. И еще и глаза эти, гипнотические, кошмарные. Те, которые я три года забыть пытаюсь.
Трогаю языком трещинку на губе, и ему это будто сигналом служит. Он шумно втягивает воздух, глаза загораются ярче.
Наклоняется и своими губами мои накрывает.
Языком таранит мой рот, грубо, жестко и подавляюще. Я дергаюсь, но хватка мощная, какого черта он делает?
Я в возмущении, небывалом. Я злюсь и я…слабею под его ласковым напором. Коленки сами по себе подгибаются. Его язык требовательно мой находит, и я позволяю. Он целует меня, как в бездну кидает. Ощущение те же – бесконечный полет в невесомости.
На меня накатывается. То самое.
Безумие.
Наваждение.
Далекое. Давно забытое. Казалось, что несуществующее. Все то, от чего я бежала.
В голове слайд шоу из воспоминаний.
Вот я семнадцатилетняя девчонка, гуляю в лесу, нарушив запрет отца, и теряю дорогу.
Блуждаю кругами, затем обессиленная засыпаю на теплом изумрудном мху, а когда просыпаюсь и вскакиваю… Вижу их. Двух красавцев-дикарей с обнаженными рельефными торсами. Один лохматый блондин, похожий на викинга, а второй бурый бородатый брутал.
Вспышка. Новое воспоминание.
Вот светловолосый викинг Антон держит меня за подбородок бережно, двумя пальцами, восторженно в глаза глядя, будто я самое диковинное сокровище для него. Он откидывает буйную гриву волос назад, чтобы получше рассмотреть. А сзади Яр сжимает мои плечи. Я чувствую его хриплое дыхание, а в межягодичную ложбинку втыкается его каменный стояк. Даже через одежду чувствуется. Я полностью зажата между ними. «Ты теперь наша, малышка. Навсегда наша». Это Яр тогда сказал. А Антон, сверкая алыми искрами в глазах, поцеловал. Как точку поставил. Как приговор.
Вспышка.
Вот и сейчас, незнакомец меня точно так же целует.
Вокруг больше нет никаких людей и машин. Мира вообще нет. Я в нирвану попала. В небытие.