Мои Снежные монстры (СИ)

- Аккуратней с колкостями, милая. Иначе я перестану сдерживаться и покажу, как хочу тебя. Традиционно. И не очень.
Мое лицо полыхает, я и забываю, что минуту назад мне холодно было. Кожа члена горячая и бархатистая, я чувствую подушечками переплетения вен. По пальцам, как по проводникам, электрический ток проникает в меня быстрее скорости света, до сердца доходит, отчего оно ритм ускоряет. В глазах Яра плещется неутолимый голод. Я не могу оторваться от них, и не могу вырвать руку. Все происходит так быстро. Вот он прикрывает глаза, выдыхая сквозь сжатые зубы, когда я веду большим пальцем по его стволу, сжимаю сильней, не зная, что с этим делать. На сжатие член реагирует мягкой пульсацией, и точно такая же в унисон отзывается у меня в низу живота.
Неосознанно облизываю пересохшие губы. У Яра не глаза – две черные дыры, и меня засасывает в эту пучину порока и страсти, животных желаний, туда, где вместо музыки - крики и стоны. Я как наяву чувствую, как сильно он жаждет…
…меня.
Через секунду он кинется, таким диким стал его взгляд, ничего человеческого там больше нет…
- Эй, вы чего там? – подозрительный баритон Тони разрывает пелену.
Он оборачивается в тот момент, когда я выдёргиваю руку. Яр мигает и тихо чертыхается, встряхивает головой. Я же дышу слишком шумно, прячу глаза.
Тони ничего не заметил? Наверное, нет. Машина заводится.
- Время есть, - слышу Яра. - Так вот. Мы необычные мужчины, Ника. Потому что мы – оборотни. Полноценные. Со звериной сущностью.
Непонимающе перевожу взгляд с Тони на Яра. Они очень внимательно смотрят на меня, ожидая реакции. Я даже смущаюсь. Неловко ерзаю на сидении. Яр быстро переключился на деловой разговор, а ведь у меня до сих пор ладошка горит и щеки пунцовые.
Они вздыхают, синхронно, понимая, что я невдупляю. Морщу лоб, вспоминая, что когда-то давно в первую встречу, Тони уже сообщал что-то такое. Неуверенно говорю:
- Оборотни, которым нужна истинная, наделенная магической силой и всякое такое. Вы снова про это? Слушайте, ну в семнадцать лет мне такое действительно заходило, сказки всякие, магия, сумерки, лес, но сейчас… Мне кажется, женщин этим уже не…
Яр перебивает:
- Прежде, чем мы продолжим, вспомни, Ника. Что тогда, три года назад, было в лесу? Почему ты убежала? Ты же нам поверила и чувствовала это притяжение к нам. Ты хотела остаться, но не вернулась. Вместо тебя пришли охотники.
Обхватываю себя руками, отворачиваюсь к окну, рисую пальцем на стекле узор.
Вспоминаю. Тот злосчастный день. Лес, деревня. Как было дело.
…Старший брат – Яр ударил первый. Драка завязалась нешуточная, они рвали друг друга в кровь, решая, кому я буду принадлежать. Я тогда отбежала подальше, в ужасе. Встала на пригорок, высматривая, чем всё это закончится. И чуть не завизжала, когда мне со спины закрыли рот ладонью. Оказывается, меня уже искали. Мамин брат – дядя Егор.
Дальше все как в тумане. Вроде дядя Егор надел на меня кулон, сказав, что это семейная реликвия, и отвел меня в поселок. По дороге я захотела вернуться обратно к Снежным. Помню это странное чувство, будто мне место там, среди этих… дикарей. Меня тянуло к ним магнитом. Но дядя Егор всучил мне бинокль…
И я увидела. Братья пропали... На их месте оказались животные, рвущие оленя. Волк и медведь. Кровь. Ярость. Мне было так страшно…
Дядя рассказал, что это звери Снежных, что это не просто животные, а настоящие людоеды. Как в сказках, но только в реальности. И что нужна я Снежным для того, чтобы мной наиграться, а потом этим животным скормить. Он напомнил, что моя мама пропала в этом же лесу, когда мне было пять лет. И добавил, очень проникновенным и грустным тоном, что никогда мне никто не рассказывал… Но ее кости нашли рядом с охотничьими угодьями Снежных. Яр с Антоном, конечно же, ни причем. Но, мол, у всего их богатого клана такая традиция и развлечения эти длятся веками. А деревенские ничего не могут с этим сделать – только не ходить в лес.
Помню, как после этого я плакала, а дядя утащил меня чуть ли не силой, нашептывая, что теперь все будет хорошо.
 
Когда мы вернулись в поселок, нас встретил староста. С ним был еще какой-то мужчина, не из наших, весь в черном. Меня попросили пересказать, все что было в лесу. Мысли путались. Я не хотела. За меня пересказал все дядя. Они долго о чем-то спорили и перешептывались. Пришел мой отец и брат. Их разговор длился долго, и я успела заснуть. А когда проснулась – никого не было. Лишь отец, сильно пьяный и очень довольный. А брат сказал мне, что на Снежных вышли охотники.
Что было потом, я знала лишь по рассказам дяди...
Отец меня чет-то накачал, устроил торги... Ужас, в общем...
Воспоминания снова оживляют старые раны. Эта семейка Снежных – они все чокнутые. Сколько лет мне это внушали, но рядом с ними я все время забываюсь. А сейчас – очередное озарение. Чувствую вспышку ненависти и страха, сжимаю кулаки, поворачиваюсь, смотрю на Яра.
Тони снимает машину с ручника, но еще не трогается.
Говорю:
- Потому что вы монстры! И ваше место в аду! Я уже написала дяде, пока была в туалете! Он знает, где я. Он снова позовет охотников. Вас убьют окончательно, если вы меня не отпустите!
От полыхнувшей ярости Яра меня вжимает в противоположную дверцу. Ох мамочки…
Яр не шевелится, застыл, живут лишь его глаза, демонстрируя весь спектр чувств. Там и боль, и недоверие, и желание, и еще много чего, непонятного для меня.
И мне становится еще страшнее. Я трясусь. Его мои слова зацепили сильней, чем я думала.
- Твой дядя…, - рычит Яр, но осекается, глядя перед собой в окно.
Наперерез к машине, смешно задирая колени, бежит Ксюшка.
С облегчением выдыхаю. Она успела.
Пока я была в туалете, то до дяди не дозвонилась, у него телефон вообще отключен. Зато я написала сообщение Ксюшке и пригласила с нами в закрытый клуб. Если нас будет двое - я надеюсь, что мужчины не будут настолько нагло и распущенно себя вести. Я ей все расскажу, и мы вместе придумаем, как сбежать. У Ксюшки очень много знакомых и она знает почти все клубы.
Теперь осталось уговорить мужчин взять ее с собой.
Глава 9
- Возьмем Ксюшу с собой? – прошу я, обращаясь к Тони.
- Ты просишь взять с собой подругу, - Яр смеряет меня насмешливым взглядом. Он уже успокоился. – Хотя только что посылала нас в ад и требовала отпустить.
- А вы отпустите?
- Нет, конечно.
Тони оборачивается ко мне:
- Ника. В клубе очень строгий фейсконтроль. Это не танцульки. Там опасно. Вход только по приглашениям. И мы едем туда по делам, а не тусить. Это понятно?
- Ну пожалуйста! – я заламываю руки. – Я так… боюсь… одна… с вами.
Мужчины переглядываются.
Ксюшка уже у двери, дергает ручку. Дверь закрыта изнутри и не поддается.
Я смотрю попеременно то на одного, то на другого. У Яра выражение лица такое, что он готов всех убить, а Тони пожимает плечами:
- Мы можем подкинуть ее до метро. Но с собой не возьмем. Это исключено.
Яр полурычит, обращаясь к Тони:
- Мы теряем время. При посторонних мы не сможем поговорить. А Ника опять попытается вычудить какую-нибудь хрень, раз ничего не понимает.
- Эй, я вас вообще-то слышу! Я ничего не буду чудить, обещаю! Просто… Ну давайте хотя бы докинем до метро, а то я ее позвала, мне неловко… Я буду вам очень благодарна.
Ксюшка стучится в окно.
- Отблагодаришь ночью, - Яр смотрит на меня так прожигающе, что я примерзаю к месту.
Тони хмыкает:
- Не пугай ты ее.
- Я и не пугаю. Предупреждаю.
Тони нажатием на кнопку открывает дверь, и Ксюшка с возмущением заваливается на сидение:
- Я думала, вы меня заморозить решили. Здасти-и-и…
***
Едем уже минут сорок. Залихватский стиль вождения Тони остается неизменным – он нарушает все правила и гонит, как хочет. Я неосознанно вцепляюсь в ладонь Яра и с остекленевшими глазами смотрю вперед. Яр наклоняется к моему уху и шепотом делится какими-то наставлениями. Но из-за переживаний о дикой скорости я больше половины прослушиваю.