Непокорная для боссов (СИ)

Симон же принялся целовать грубыми поцелуями мою шею, ключицы, острые вершинки. Он покусывать нежную кожу, заставляя меня извиваться в руках Сабира и пропускать его ласки ещё глубже.
Сабир проник в меня двумя пальцами, а Симон стал ещё грубее. Он все чаще заменял губы зубами, доставляя мне уже неприятную боль.
— Не надо! — взмолилась я, пытаясь избавиться от внимания обоих. — Мне больно!
Симон зажал пальцами мои щеки и едко проговорил мне в губы:
— Твое мнение здесь никто не спрашивает.
Паника ещё больше накрыла меня, но спасительный голос Сабира снова пришёл на помощь.
— Тебе больно, потому что ты напряжена. Успокойся. Расслабься. Ты же мне доверяешь.
И в подтверждение своим словам он вошёл в меня ещё глубже.
— Ну вот теперь ты чистенькая там, где надо, — заключил он, и Симон с предвкушением его словам. — Продолжим в спальне.
После душа Симон подхватил меня на руки и понес в спальню. Прямо так — мокрую. Я тут же сжалась в его руках и задрожала от холода. Но в следующую секунду он буквально швырнул меня на огромную кровать.
Такое неожиданное приземление выбило из меня весь воздух, но мужчина тут же склонился над моими губами и набросился на меня с голодным поцелуем. Симон завел мои руки над головой, пока его губы беспощадно терзали мой рот.
Я замычала и замотала головой, чтобы глотнуть хоть каплю воздуха, но Симон лишь до боли сжал мою грудь, призывая меня к повиновению.
В этот же момент широкие ладони Сабира прошлись по моим бёдрам и максимально развели их в стороны. А затем я почувствовала властные губы мужчины на своей промежности.
Я снова застонала, задыхаясь от поцелуя Симона, и вместе с этим выгнулась навстречу ласкам Сабира. Руки мужчин прохаживались по моему телу, так по-собственнически хватая меня.
Ладони Сабира были грубоватыми, но зато так чувственно заводили, исследуя мои изгибы. Руки Симона, напротив, имели мягкую бархатистую кожу, зато хватали меня абсолютно по-варварски, словно изучая мои пределы.
Но, даже добираясь до моих пределов боли и негодования, они нисколько не останавливали свой путь.
Тем временем и Сабир уже не был так нежен. Он с упоением доводил меня до крайнего возбуждения, заставляя мои бедра двигаться в одном с ним ритме. Он поглощал ртом мои складочки, то полностью вбирая их в себя, то запуская между ними язык и добираясь до моей чувствительной кнопочки. Сабир пускал по мне парализующий ток, заставляя меня кричать в рот Симону, который не собирался дать мне отдышаться.
Наконец, когда Сабир натянул мою кожу руками и принялся с силой надавливать на мою кнопочку все ниже оттягивая ее от центра, я забилась руками в хватке Симона, и он чуть отстранился от моих губ.
От наступившего очень острого, режущего все нервы удовольствия, я громко заскулила, жалобно сдвинув брови. Сексуальное удовольствие лавиной обрушилось на меня, но Сабир продолжал свои неистовые ласки. Слишком резкие движения языком по нежной, в данной момент такой сверхчувствительной коже, не дали мне расслабиться, а наоборот довели до какого-то остервенелого бешеного желания.
— С ума сойти! — неожиданно заговорил Симон. — Ты бы видел ее эмоции сейчас. Наша похотливая сучка готова к приключению пожестче.
Я сжала зубы от того, словно по моим венам текло раскалённое железо. Впервые я испытывала такую ненасытную страсть. Не знаю, как Сабир сделал это, но теперь я испытывала возбуждение даже от слов Симона.
Тогда Сабир наконец прекратил свою пытку, вырвав из меня вздох разочарования, и лег рядом. Затем он заставил меня развернуться и усадил меня за бедра на его разгоряченный пах.
Я закусила губу и заерзала на нем, пытаясь хоть немного унять эту непонятную агрессивную страсть.
— Не так быстро, сучка, — Симон схватил меня за волосы на затылке, больно стянул их и запрокинул мою голову. — Покажи себя. То, как ты хочешь, чтобы тебя сейчас грубо поимели.
Я замотала головой, но Симон уже поставил меня на четвереньки прямо над Сабиром. Он просунул свое колено между моим животом и телом Сабира, чтобы я не имела возможности сесть. А затем резко, без предупреждения, вошёл в меня двумя пальцами.
 
Я закусила губу и зашипела от тянущих ощущений внизу живота. Мужчина принялся описывать пальцами круг, заставляя меня задохнуться и вильнуть бедрами. Он делал это, применяя силу, чтобы буквально обездвижить мышцы моего таза.
— Не кусай губы, — Сабир зажал мои вершинки пальцами и потянул их вниз. — Кричи, не сдерживайся.
В этот момент Симон вошёл в меня тремя пальцами, и я задышала часто и рвано.
— Маленькая узенькая сучка, — рыкнул он. — У тебя муж вообще полноценный был? Ты как девочка.
Я не сдержала своей улыбки.
Мужчины думают, что, когда тебе за тридцать можно без проблем сохранять подтянутые мышцы? Да ещё и после одиннадцати лет насилия в браке? Слава Вселенной, что на свете есть упражнения Кегеля!
Симон полностью вышел из меня, растерев влагу по всей промежности и попке. А затем вроде чуть отдалился. В этот же момент, Сабир без подготовки опустил меня за бедра на свою каменную плоть, и я громко вскрикнула.
Теперь понятно, к чему меня готовил Симон. Первые несколько мгновений для меня заполнились тянущей болью от резкого проникновения. Сабир притянул меня к своим губам и с жадностью проник в меня языком. Плавно насаживая меня, Сабир углублял поцелуй и ловил мои громкие стоны.
Руками он раздвинул мои ягодицы и в этот же момент Симон коснулся пальцами моей попки, нанося на нее интимный гель.
В этот момент я испугалась, что не смогу. Конечно, у меня был опыт анального секса, но не в момент, когда я уже принимаю в себя другого мужчину. Мне казалось таким опытом они меня просто разорвут на части.
— Не надо! — взмолилась я, разорвав поцелуй. — Я не смогу!
Но мужчины только улыбнулись моей мольбе. Сабир сильнее прогнул меня в пояснице, вынуждая максимально отставить попку назад, и Симон тут же скользнул в меня. Совсем неглубоко.
Но даже этого мне хватило, чтобы убедиться в своей правоте. Я не выдержу их обоих одновременно.
— Не надо! — на моих глазах выступили слезы.
— Тише, Искорка, — Сабир притянул меня к себе и проговорил мне в губы. — Мы не сделаем тебе больно. Просто расслабься. Мы дадим тебе привыкнуть.
Он прошёлся губами по контуру моих губ, возвращая нежность в нашу близость, а Симон принялся совершать короткие и все более резкие толчки. Сабир также вновь начал двигаться во мне, подстраиваясь под ритм друга так, чтобы они оба входили и выходили из меня одновременно.
Первую минуту мне казалось, что у меня просто отнялось все ниже пояса. Но попытавшись расслабиться, я поняла, что в таком варианте и правда нужно просто отдаться своим партнёрам.
Оба партнёра ускорились, и я закрыла глаза от удовольствия. Мне действительно было хорошо. Так постыдно, стихийно и запретно.
Широко раскрыв рот, я хватала воздух и выдыхала громкие стоны. Симон все резче входил в меня, разнося по комнате сдавленные стоны. Его ладони вернулись к моей груди, вновь скручивая в пальцах вершинки, пока Сабир с таким же остервенением входил в меня и сминал в ладонях мои ягодицы.
Понимая, что больше не продержусь, я выгнулась дугой и протяжно застонала, принимая в себя все усиливающиеся толчки. Чувство наполненности выбило меня из границ, и я заскребла коготками по постельному белью, а затем умолкла от наступившего удовольствия.
Следом я почувствовала пульсацию Симона внутри себя. Он совершил ещё пару неритмичных толчков и замер во мне. В то время как Сабир, наоборот ускорил ритм и входил в меня на всю длину.
 
Но наконец и он замер во мне, а сам запрокинул голову от нахлынувшего удовольствия.
Я обессилено упала мужчине на грудь, с трудом борясь с сонливостью, но Сабир четко озвучил их планы.
— Нет, малышка Искра, — улыбнулся он мне в волосы. — Даже не думай расслабляться.
Глава 9.
Мужчины пользовались мной до изнеможения, словно у них до этого никогда не было женщины. Неистово, страстно, как голодные звери. Пользовались даже тогда, когда у меня напрочь закончились все силы и я еле двигалась. К счастью для моих боссов у них был интимный гель и очень опытные руки, которые могли возбудить меня вновь даже из практически бессознательного положения.