Ванька 12 (СИ)

После мужика на телеге дорога как вымерла. Час — никого. Второй — та же картина. Нет, надо было мне того мужика остановить, хлебушком хотя бы разжиться. Причем, не за даром. Заплатил бы я ему — деньги у меня имеются.
Вот ведь, штука какая. Есть деньги, а в лесу толку от них — ноль целых ноль десятых, не с кем здесь устанавливать товарно-денежные отношения.
Я уже хотел по кустам вдоль трассы в сторону Вятки двинуться, похоже, что тут я так ничего и не высижу, как на дороге со стороны Слободского красный шар на своих трёх суставчатых ногах-опорах показался.
Походочка у него была как у особи, которую я в разряд невозвратных потерь прикладом своей винтовки перевёл. Кидало его туда-сюда не только вправо-влево, временами он останавливался, даже назад шаг делал, но затем опять начинал вперёд неуверенно двигаться.
Так, так, так… Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд… То приходют, то уходют, встанут к стенке и стоят…
Что это с ним такое? Испортился боевой механизм неизвестного происхождения? Не климат ему здесь оказался?
Я только-только так подумал, как шар на своих ногах-опорах опять качнуло и он на дорогу назад-переды грохнулся. Суставчатая нога, что сзади была, у него подломилась, передние две от дорожного полотна оторвались и только в воздухе мелькнули.
Хе-хе… Недаром, оказывается, мне частушка про канкан-то вспомнилась.
Авария, однако…
Шар лежал и не двигался, а ведь только что такие кренделя выделывал!
Я решил подойти и посмотреть, интересно же. Может, и внутрь его проникнуть за трофеями удастся.
То и дело останавливаясь, береженого — Бог бережет, я не выходя на саму дорогу подкрался по обочине к шару.
Опа-па! А в нём, оказывается, ещё и дверца имеется! Причем, то ли от падения, то ли ещё от чего, но она сейчас находится в совершенно распахнутом виде!
Эх, мне бы сейчас гранату! Забросил бы я её в открытую дверцу, а потом и заглянуть внутрь можно. Без этого туда голову совать как-то совсем не желательно…
Гранаты у меня не было. Никакой, даже самой плохонькой.
Камень кинуть? Да, вот хоть этот?
Как по заказу сейчас у моих ног булыжник лежал в два хороших мужских кулака.
Выбирать мне было больше не из чего и внутрь шара полетело всем известное оружие пролетариата.
Немедленной реакции на мой бросок не последовало. Никто из шара не выскочил, не выпрыгнул, следовательно — не полетели от меня клочки по закоулочкам.
Ещё один булыжник бросить? Тем более, он — имеется. Только наклонись, возьми его и метни в темноту за открытой дверцей.
Я решил, что от такого повторения хуже не будет. Может, враг затаился, только и ждёт, когда я внутрь сам сунусь.
После второго камня внутри шара как бы что-то и пискнуло.
Показалось? Нет? Вроде — опять слабенько-слабенько кто-то звук подал.
Ну, где наша не пропадала…
  
Глава 25
 
Глава 25 Ещё одна умершая особь
Ну, где наша не пропадала…
А, везде пропадала, но как-то я жив пока остался.
Я заглянул в овальное отверстие, которое ранее скрывала теперь распахнутая дверца.
Кстати, не так там и темно, внутри шара. Кроме солнечного света, что через отверстие сейчас попадал, назовем это условно — в кабину, там ещё и на стенках красненькие огоньки горели. Это мне даже стоя на дороге видно, без всякого засовывания туда головы. Правда, могу я отсюда рассмотреть только малую часть внутренней стенки кабины с этими самыми огоньками.
Неудобно мне в шар снизу заглядывать, а ещё и в руках у меня винтовка.
А, если так?
Я взобрался на левую переднюю ногу-опору военной машины, лег животом на шар. Сейчас если на цыпочки на ноге-опоре привстать, шею вытянуть, то чуть-чуть побольше заглянуть внутрь кабины получится. Из своей головы мишень изобразить.
Нет, так дело не пойдет…
Мне бы хотелось в направлении взгляда нацеленную винтовку иметь. Ну, не только видеть, что в кабине, но и быть готовым в любой момент выстрелить, если какая-то опасность мне угрожать будет.
 
Что-то я туплю, наверное — не выспался на кладбище.
Шар-то не ровный, на нем какие-то выступы имеются. Вот за них я уцеплюсь и на него влезу. Обойду справа отверстие и загляну внутрь. Стоя на ногах я и целиться, и смотреть внутрь кабины могу.
Дуракам, как говорится — везет. Пока я по шару ползал, меня уж десять раз убить было можно. Пусть я и с отверстия в его стенке глаз не сводил, готов был в любой момент вниз на дорогу спрыгнуть, но ведь как-то из него же во все стороны шух-шухали. Причем, весьма эффективно. Вот так и меня могли как козявочку-букашечку с поверхности шара сбить.
Не сбили.
Внутри кабины к креслицу широкими лентами была особь прихвачена. От двух её верхних и трёх нижних конечностей в стены кабины поблёскивающие штырики уходили.
Ага, понятно. Через эти штырики особь машиной и управляет. Двигает их, или нажимает на что-то, а шар на опорах-ногах движется и прицельно шух-шухает.
Сейчас особи не до шух-шуханья.
Я наблюдал уже знакомую картину. Из щелевидного рта пена пузырилась, в тусклых глазах-бусинках задор отсутствовал. Глазки были мертвые. Почему-то так мне показалось.
— Что, и эта съела что-то не то? — задал я риторический вопрос в окружающее меня пространство. Рядом никого не было, но кого-то я спросить всё же был должен?
— Или местные вирусы-бактерии вам не по нраву? — опять нарушил я тишину.
— Водичка наша колом в кишках встала? — продолжал я выдвигать гипотезы одну за одной.
Тут и вспомнился мне густой дым в районе бывшего губернского земского бактериологического института. Сейчас он не земский, а совсем даже государственный. Причем, не из последних. Работая в Париже я здесь серьезные заказы для Армии Мировой Социалистической Революции размещал. Исполняло их государственное специальное закрытое заведение в лучшем виде и в кратчайшие сроки.
Всё это не помешало институту после бомбардировки Вятки особями, как теперь я уже знал, очень даже весело гореть.
Эх… Какие там коллекции микроорганизмов пропали! Какое оборудование, столь необходимое молодой советской державе!
Ну, я думаю сгорело не всё. Кое-что и разлетелось по прилегающей территории, а потом его ветерком и раздуло…
Не там ли, в Вятке, хватанули двумя горстями смертушки особи? Понятно, и населению губернского центра досталось, но в последние годы там вакцинация активно велась, может наши, хоть не все, а как-то сдюжили, особи же сейчас пеной исходят.
Или, что тоже вероятно, земное условно-патогенное для них смертельным оказалось?
Второй вариант был гораздо предпочтительней, но будем готовиться к худшему. Меня в институте Пастера таким накололи, что сейчас мне чёрт не брат. Всё что нового армейского было мой организм в себя принял. Ломало и крутило после этого меня здорово, но сам понимал — надо. Сейчас вот и пригодится мне комплексная вакцинопрофилактика…
С техникой особей кому положено — разберутся. Мне же сейчас надо в Вятку. Будем надеяться, что особи там уже все передохли. Лаборатория губернской больницы сейчас отлично оборудована, там я трупы особей и исследую. Поищу то, что их убило. Кстати, напичкивали всем, чем можно и нельзя, лабораторию губбольницы не просто так, как раз имели в виду наличие в городе бактериологического института. Мало ли, произойдет утечка микроорганизмов, а мы без штанов… Вот и расконсервируем, что сейчас мне надобно. Вот главный врач-то больницы обрадуется! Он даже и не подозревает, что у него на складе в опломбированных ящиках хранится. Сейчас-то их врач-бактериолог далеко не всем пользуется, что в Вятскую губбольницу по разнарядке свыше было отправлено.
  
Глава 26
 
Глава 26 Трофеи
Стоп, стоп, стоп… А, трофеи? Святое же дело…
Я встал на колени и стволом трёхлинейки потыкал особь. Оставаясь стоя на ногах, винтовкой мне её было не достать.