Божественная семейка. Книга 2 (СИ)

Инриль понимала Мальфиуса в каком-то смысле. Его брат выглядел неважно уже в самом начале, все это время не приходил в сознание, сколько бы сил и энергии ни тратили на его лечение, а уж сейчас… Надежда, что… Ариус — кажется, так звали раненого — поправится блекла с каждым часом.
Богиня представляла себя на месте Мальфиуса и ей хотелось выть от отчаяния.
— Я захватила несколько успокаивающих сборов от Эльве, — прошептала Ниривиль, обнимая Лиру за плечи. — Кому-нибудь нужно?
— Мне завари, — донеслось сразу от троих.
— Такой бешеной особе как ты успокоительное не поможет, — тут же отозвалась Смерть.
— А на тебя вообще успокоительные не действуют, как и яды! — вскинула голову Амара.
— Матушка… — осторожно позвал Мальфиус, закономерно опасаясь, что грянет очередной вооруженный конфликт.
— Бабушка, — устало вздохнула Инриль.
Литориэль дернул ухом. Судя по сопению, эльф еле удерживал себя от того, чтобы прогнать посторонних из комнаты окровавленными тряпками. Единственное, что мешало Литориэлю осуществить желаемое — божественный статус этих самых «посторонних».
— Очень прошу соблюдать тишину, — все же сделал замечание целитель сквозь зубы.
Фрейль притихли. Темные — тоже вернули все внимание Ариусу. А тот… тот дышал все легче и легче. Перламутровая субстанция, над созданием которой Литориэль трудился несколько часов без передышки, впитывалась в раны, оставляя после себя темную дымку. А раны затягивались — кровоточили все меньше и меньше, после чего постепенно закрывались к облегчению Амары и Мальфиуса.
Темную дымку Литориэль каким-то образом заталкивал в зачарованный флакон с брезгливой гримасой.
— Эту дрянь выбросите куда-нибудь, а лучше — уничтожьте, — сунул флакон в руку Тейрона эльф. — Нечего энергии Хаоса здесь делать…
Амара — темная богиня, что в буквальном смысле распространяла Хаос вокруг одним своим присутствием — поперхнулась. Мальфиус пробурчал под нос пару ругательств. Смерть хмыкнула и со значением так повернулась в сторону Амары. Та зашипела рассерженной змеей. Мальфиус на всякий случай придержал мать за локоть, чтобы глупостей не натворила.
К счастью, драки не случилось.
— Брат?.. — донеслось хриплое со стороны кровати.
Боги вздрогнули.
— Ариус! — воскликнул Мальфиус, склоняясь над божеством. — Как ты?
— Мальчик мой! — всхлипнула Амара, позабыв о Смерти, Фрейль и прочих посторонних личностях. — Наконец-то ты очнулся!
— Матушка? — дернулся Ариус удивленно.
Литориэль со смачным хлопком приложил бога по лбу:
— Лежа-ать! Раны еще не до конца затянулись, опять кровью истекать начнешь — лечить не буду!
— Что ты себе позволяешь, остроухий?! — возмутился Мальфиус.
— Побольше уважения к целителям, хэй, — заступился за эльфа Тейрон.
— Что происходит? — болезненно скривился Ариус, вновь попытавшись приподняться. — Почему здесь светлые? Где… где отец?
Боги переглянулись.
— Ну, вам явно есть, о чем друг с другом пообщаться, — хлопнула в ладоши Инриль, привлекая всеобщее внимание. — А мы пока пойдем, пожалуй…
***
— Астарота нужно уничтожить, — озвучила очевидное Смерть, когда темные боги закончили с радостными рыданиями и просвещением Ариуса, что тот пропустил.
 
Ариус выглядел слегка пришибленным, но соображал быстро.
— Он еще безумнее, чем про него говорят, — понурил он голову. — Зря мы легендам не поверили. Прости, брат. Это я втянул тебя в опасную авантюру, из-за меня ты пострадал…
— Не говори так, я тоже не лучше, — отозвался недовольно Мальфиус.
— Это все я винова-ата! — завыла на одной ноте Амара, вцепившись в волосы.
Прическа — и так не отличающаяся аккуратностью после поединков со Смертью — окончательно растрепалась.
— Матушка… — судя по виду, у Мальфиуса будто разом заныли все зубы.
— Отставить слезы, — строго сказал Ариус, нахмурившись.
Инриль так и не поняла, откуда бог в его-то состоянии вытащил белоснежный платочек с кружевами, но факт оставался фактом. Ариус удивительно ловким жестом, выдавшим многолетнюю привычку, вытер соленые дорожки с лица матери. Та шмыгнула покрасневшим носом, разом успокоившись.
Что ж… Это было странно.
Чем дольше Инриль наблюдала за темными богами, тем больше понимала, что без отточено-кровожадных ухмылок, картинно-злодейских жестов и прочих прелестей злодейского зла, они были очень похожи на самих Фрейль. Любовью к семье, пусть гиперболизированной и слегка безумной, преданностью и заботой… Один раз увидев отражение собственных эмоций в глазах Мальфиуса, Инриль уже не могла развидеть схожесть в дальнейшем.
Судьба столкнула врагов, но смогут ли они сохранить подобие перемирия в будущем? Когда Ариус поправится и темных уже ничего не будет задерживать в доме Фрейль, что они сделают? Что сделает Инриль? Сможет ли она сражаться с ними, как и прежде, если потребуется?
— Я… согласен с решением, — через силу произнес Ариус и горько усмехнулся: — Хотя не думаю, что вам есть дело до нашего мнения.
— До мнения — нет, а вот до помощи очень даже, — оперлась на древко косы бабушка.
Амара ощерилась, мгновенно преобразившись. Слезы и беспокойство за жизнь сына оказались позабыты, на смену переживаниям пришло что-то темное, кровавое и очень опасное. За бесконечной чередой истерик и ссор со Смертью, Инриль даже позабыла, что Амара — темная богиня. И нрав у нее соответствующий — бесчеловечный.
— Не будет никакого толка, если мы накинемся на него толпой, — с болезненной гримасой приподнявшись на подушках, проговорил Ариус. — Он слишком силен. Даже для нас противник за гранью возможного. Если только у вас, светлых, нет никакой тайной техники на этот случай…
Фрейль переглянулись с раздражением.
Вот как так получается? Темные — они, а подвох подозревают именно со стороны светлых!
— Есть. Как не быть? — подтвердила Смерть.
Амара понимающе хмыкнула.
— Нам понадобится сок Священного Древа, — просто заявила Смерть и покосилась в сторону прикроватного столика, разрушив тем самым пусть и слабую, но все же тайну личности одного эльфа.
Целитель, перебирающий флакончики с лечебными зельями и греющий самым наглым образом уши, замер на середине движения. Оглянулся. Осознал, что на его царственной — в прямом смысле — особе скрестились взгляды всех присутствующих в комнате богов, и инстинктивно попятился за спину Тейрона.