Его проклятая Любовь (СИ)

— Рассказывай… — настойчиво потребовал я.
— Что рассказывать? — испуганно подалась назад и широко раскрыла глаза.
— Случилось что, рассказывай…
— Я просто… потерялась, — снова зарыдала она. Опять двадцать пять… И как с этой девушкой общаться, если любое сказанное ею предложение сопровождается литром слез? Закатил глаза, но почему-то инстинктивно приобнял перепуганное существо за плечи. Она дернулась, пытаясь меня оттолкнуть.
— Вы что себе позволяете? Вы что себе напридумывали! — слезы, как метлой смело… Зато зареванная девчонка встала в петушино-индюковскую позу, хыкая на меня, словно дикая кошка.
— Тшш, тшшш… — в защитном жесте расположил перед собой руки. — Ты неправильно меня поняла. Я просто успокоить тебя хотел.
— Не надо меня успокаивать, так! — растерянно развела руки, а потом быстро спохватилась, прижав рюкзак к своей груди.
— Рррр, — услышал я из ее рюкзака.
— А там у тебя что? — спросил с усмешкой, хотя было интересно, что за дикий зверь издает такие звуки.
— Ничего… Это… Живот, — снова опустила глаза, печально о чем-то думая. — Я сегодня в Москве во второй раз… — начала она, и я снова обнаружил, что ее губы дрожат, словно она сейчас не разговаривает, а грызет орехи.
— Тааак… — резко хлопнул ладонями друг о друга. Девушка испугалась, зато реветь перестала. — Говоришь, потерялась? — она кивнула. — А адрес знаешь, куда тебе надо? Если хочешь, я тебя отвезу… — она замотала головой.
— Я с незнакомыми мужчинами в машину не сажусь… — прыснул. Что за особа странная?
— А по-твоему лучше потеряться окончательно и провести ночь на улице? — она тоже мотнула головой. — Ладно, сама решай… В кой-то веке решил сделать доброе дело, а меня в маньяки записали.
Достал из кармана пачку сигарет и закурил еще одну сигарету. Докурил ее до конца, периодически поглядывая на девчонку. Она стояла напротив, так же прижимая к себе свой огромный рюкзак.
— Не передумала?
— Нет… — попятилась назад, «споткнувшись» о кованую лавочку.
— Ладно, как знаешь! — пожал плечами я. — Если надумаешь еще кому-то позвонить, найдешь меня внутри. — Улыбнулся я… Девочка сначала кивнула, а потом мотнула головой.
В дневное время в зале почти нет посетителей, основной наплыв приходится на вечернее время и на выходные, когда люди в свободное от работы время продолжают изнурять свой организм, но только уже с положительными эмоциями.
Поэтому я сидел без дела, шастая по залу и проверяя тренажеры. Периодически почему-то подходил к входной двери, проверяя, по-прежнему ли сидит моя новая знакомая на лавке возле входа. И каждый раз я находил ее на том же месте с небольшим черным блокнотиком в руках, в котором она делала какие-то записи.
А потом появился один из постоянных клиентов, поэтому лишнего времени не было. Только после тренировки я опять подошел к стеклянной двери. На этот раз лавочка была совершенно пустой. Я почему-то с грустью для себя отметил, что хотел бы еще раз взглянуть на это патлатое недоразумение.
И совершенно случайно окинул взглядом параллельную сторону улицы. Надо же, вот она… Идет медленно, с трудом переплетая ноги. И что она делает? Опять ревет!!!
Серьезно, девочка походу не знает, что такое обезвоживание? Не уверен, возможно ли оно от избытка слез, но мало ли…
Окинул взглядом зал… Вроде как никого не было. А если появится кто-то из клиентов, за него возьмется мой напарник. Поэтому выбежал на улицу.
— Эй, ты! — громко свистнул я, перебегая дорогу через пешеходный переход на красный, рискуя собственной жизнью. Машины издали сигналили, но я благополучно успел.
— Чего Вы ко мне пристали? — захлебываясь собственными слезами, жалобно спросила она.
— Сам не знаю… Жалко мне тебя. — Поняв, что ее кто-то пожалел, девчонка еще более жалобно всхлипнула.
— Я не знаю, что мне теперь делать… Денег нет, телефон разрядился, сумку с вещами в автобусе забыла. И потеряяяяялась! — пропищала она.
— Ну-ну, я же говорю, давай я тебя отвезу по нужному адресу.
— Да не помню я адрес… Он у меня в телефоне записан был. А телефон разрядился…
 
— Ладно, пошли… Сейчас что-нибудь придумаем…
— Нет, никуда я с Вами не пойду.
— Ты совсем дикая… Откуда приехала?
— Не Ваше дело! — оттолкнула меня она. Диагноз — Дикая плакса со странностями поведения.
Тащил ее в сторону зала… Просто так отпустить ее я не мог. Молоденькая еще совсем, не дай Бог попадет в какую-то историю. На свете много плохих людей. А я сегодня побуду ее волшебником.
Посадил девушку на скамейку в зале. Она опять крепко прижимала рюкзак к груди.
— Зовут тебя хоть как, горе луковое?
— Я… Люба! — сквозь слезы произнесла она. Мои брови машинально вздернулись вверх и нахмурились. Этого мне еще не хватало!
— Люба, значит, Любава? — с надеждой переспросил я.
— Нет, Люба, значит, Любовь! — изо рта за секунду испарилась вся влага, и я кашлянул, чтобы прочистить горло.
Уверен, это просто дурацкое совпадение! И то, что гадалка нагадала мне встретить любовь, еще ничего не значит… У меня ведь свадьба скоро, между прочим!
— Надеюсь, над тобой хотя бы не висит страшное проклятье! — иронично произнес я, медленно протягивая последние 2 слова.
— А… как Вы узнали? — буркнула она, а единственное, что осталось мне — накрыть лицо своими ладонями. Вот так попал!
Нет, это точно дурацкое совпадение… СОВ-ПА-ДЕ-НИЕ…
— Тяв-Тяв! — послышалось из ее рюкзака.
— Это еще что такое? — выпучил глаза, скрипя зубами. Нееееееет, только не собака… Кусачая.
— Это щенок. Бездомный… — виновато протянула она.
Таааааак. Осталось только испытать резкую зубную боль, и все предсказания гадалки сбудутся. Что за фигня?
Глава 5
Люба
Вот так всегда! В моей жизни просто не может быть иначе! Все, за что я берусь, обязательно проходит через одно место, сделав остановку на неопределенное время…
За 20 лет жизни я так много раз побывала в неприятных ситуациях, что их не сосчитать не то, что на пальцах, а даже по звездам на небе… Все потому, что род семьи Деминых проклят. А я, похоже, проклята вдвойне.
Нет, я не дура, чтобы верить в глупые сказочки. Но когда изучаешь семейную статистику, волей неволей понимаешь, что разговоры в деревне правдивы. По крайней мере, процентов на 50.
Все началось примерно 100 лет назад. Тогда моя пра-прабабушка, которую, кстати, тоже звали Любой, вышла замуж за богатого предпринимателя. Это было огромным счастьем для семьи — простушка без приданного вышла замуж за богача… Это сулило ей безбедное будущее и счастливую старость. Ее родители надеялись, что и их тяготы на этом будут закончены.
Только баба Люба оказалась не такой простой… От семьи она отвернулась, забыв, откуда начался ее путь в этом мире. И моя пра-пра-прабабушка Евдокия смирились с этим, простила ее и отпустила в самостоятельную жизнь.
Правда, в те годы было особенно тяжко. Большая семья, суровый межвоенный период, голод. Словом, из 8 детей (все они были младше Любы) осталось только трое. И даже это не причина нашего семейного проклятья…
Все дело в том, что моей пра-прабабке очень быстро осточертела семейная жизнь, и она, что было в то время непринято да и очень постыдно, загуляла. Ее муж об этом узнал и не смог простить блудную жену. Прогнал ее восвояси, а деваться ей было некуда. Вот и пришлось возвращаться домой…
Принять еще один голодный рот, ниоткуда свалившийся, ее мать не могла. Вот поэтому она отвернулась от родной дочери точно так же, как и та отвернулась от семьи всего несколько лет назад. Пожалуй, это было огромной ошибкой, потому что уже через несколько месяцев Евдокия сильно об этом пожалела.
 
Люба начала сожительствовать с вдовцом, который потерял жену и остался с двухлетним сыном на руках. И все бы ничего, только девушка скучала по дорогим одеждам, вкусной еде, изысканным алкогольным напиткам, сигарам…
Вот и стала, что называется, прыгать из койки в койку в надежде найти мужчину, который сможет ее обеспечивать всем необходимым. Люба просто искала свое счастье, а в деревне о ней уже слыла дурная слава. Слава, которая через несколько месяцев дошла и до ушей ее родной матери.