Всё что он пожелает (ЛП)

Дрю нахмурился, ему не нравился ход этого разговора.
— Нет ничего плохого в том, чтобы быть человеком.
— Я и не говорю, что это плохо. Один из моих лучших друзей — человек. Я просто говорю, что взгляд Гаррета на вещи немного отличается от твоего. Он видит жизнь со своей анамхарой с точки зрения вечности. В паранормальном мире нет разводов.
— Но…
— И если Гаррет еще не заявил на тебя права, то только потому, что считает это лучшим для тебя, потому что ему точно неприятно отказывать себе в самом большом желании в жизни. Он пожертвовал бы своей жизнью, чтобы увидеть тебя в безопасности и счастливым… в основном в безопасности. — Роуэн покачал головой. — Они немного помешаны на всем, что касается безопасности.
— Он выгнал меня после того, как потерял ногу во время неудачного рейда.
— Да, я что-то слышал об этом. — Когда Роуэн взглянул на экран, Дрю обнаружил, что делает то же самое. — Трудно сказать, что он вообще был ранен, да?
Дрю пришлось согласиться. Только потому, что он так давно знал Гаррета и привык наблюдать за ним, он обратил внимание на неровность его легкой, уверенной походки. Кто-то, кто не знал Гаррета, вероятно, никогда бы этого не заметил.
— Он не выглядит калекой.
— Насколько я понимаю, в тот момент, когда Гаррет узнал, что тебя похитили, он стал пытаться ходить, чтобы найти тебя и организовать спасательную операцию. Электусу Эверсону пришлось приказать ему оставаться в постели, пока его рана не заживет до такой степени, чтоб он мог использовать протез.
Дрю почувствовал, как что-то шевельнулось в его груди, когда он протянул руку и провел пальцами по экрану над изображением Гаррета.
— Он научился ходить из-за меня?
— Дрю, я не думаю, что есть что-то, что этот человек не сделал бы для тебя.
Дрю начинал верить в это. Он еще не знал, что это значит для их отношений, но, возможно, стоило бы это выяснить. Жить без Гаррета было не так уж хорошо. На самом деле, это было совершенно ужасно.
— Я могу где-нибудь поговорить с Гарретом наедине? — Дрю снова взглянул на экран, потом на Роуэна. — Где-нибудь, где нет камер?
— Нет, но мы можем выключить камеры в одной из гостевых спален. — Роуэн усмехнулся, протянул руку и набрал что-то на клавиатуре перед монитором безопасности. — Ну вот, это должно сработать.
— Что теперь?
Улыбка, появившаяся на лице Роуэна, была такой, какой Дрю больше никогда в жизни не хотел видеть. Она была коварной, совсем не злобной, но все же она чертовски пугала Дрю. — Следуй за мной.
Опасение замедлило шаги Дрю, когда он последовал за Роуэном и его телохранителем из комнаты охраны в коридор. Он молился, что поступает правильно, доверяя совершенно незнакомому человеку.
Ему было все равно, что Роуэн — оборотень. В грандиозном списке штук, которые изменили мир Дрю за последний месяц, кто-то, не являющийся человеком, был наименьшей из его забот.
Роуэн остановился у открытой двери и обернулся.
— Я пришлю Гаррета поговорить с тобой.
— Спасибо.
— Ужин в шесть.
Дрю смотрел, как мужчина проскочил мимо него. Он был почти уверен, что знает ответ, учитывая, что он жил с Гарретом в течение нескольких месяцев, но просто должен был убедиться. — Вампиры ведь едят настоящую пищу, верно?
 
— О да. — Роуэн кивнул. — Они просто предпочитают непрожаренное мясо.
— Насколько непрожаренное?
На этот раз ответил телохранитель Роуэна.
— Просто зафиксируйте пластырем и подержите в тепле.
Всю дорогу, пока они шли по коридору, Дрю смотрел им вслед с некоторым опасением. Он не был уверен, что когда-нибудь привыкнет к некоторым аспектам жизни в паранормальном мире.
Дрю смотрел, пока Роуэн и Джексон не завернули за угол, а затем повернулся и вошел в комнату. Как и все гостевые спальни, эта была чертовски милой. Черт, она была больше и лучше, чем его квартира.
Справа у стены стояла большая кровать с узорчатым покрывалом от матраса до пола и четырьмя плюшевыми подушками по обеим сторонам тумбочки из черного дерева. Красивый черно-белый изразцовый камин находился на левой стене прямо напротив кровати, телевизор был прикреплен к стене над камином.
Рядом с дверью стоял письменный стол с канцелярским набором, ручкой, телефоном, пультом от телевизора и справочником по обслуживанию номеров. Прямо напротив двери была небольшая ниша со встроенной стойкой, кофеваркой с кофе, чаем, сахаром, порошкообразными сливками, кружкой, графином воды, ведерком со льдом и мини-баром.
Дрю хотелось повесить на дверь табличку «Не беспокоить» и наслаждаться роскошной обстановкой, но у него были и другие дела, с которыми он должен был справиться. Но он был бы не прочь провести здесь отпуск. Он мог только мечтать о том, чтобы остаться в таком месте. Все выглядело так, как будто было высочайшего качества.
Дрю подошел к шторам длиной до пола и раздвинул их, глядя на город за окном. На улице было темно, и вид расплывался в каплях дождя. Но огни города заставляли здания искриться в лунном свете.
Это было прекрасно, и в то же время Дрю было грустно, потому что он смотрел на это прекрасное зрелище совсем один. У него не было никого, к кому он мог бы обратиться и сказать: «Иди взгляни на это».
Только он.
И это было очень одинокое существование.
Дрю напрягся, услышав, как открылась и закрылась дверь за его спиной. Не оборачиваясь, он понял, что это Гаррет. Он не знал, откуда ему это известно. Он просто знал.
Помимо их общего тяжелого дыхания, в комнате надолго воцарилась тишина. Дрю чувствовал, что Гаррет наблюдает за ним, чувствовал, что глаза мужчины следят за каждым его движением вплоть до груди, поднимающейся и опускающейся при дыхании.
— Ты действительно имел в виду то, что сказал? — спросил Дрю боясь услышать ответ, каким бы он ни был. Если Гаррет признает свои слова, то как он сможет отказать ему в исполнении его величайшего желания? Если Гаррет откажется от своих слов, то как Дрю сможет отказать себе в исполнении своего величайшего желания?
— Я имел в виду каждое слово.
В следующее мгновение Дрю почувствовал, как теплое дыхание Гаррета коснулось его шеи. Руки Гаррета обвились вокруг него, пока они раскачивались взад и вперед, танцуя под тихую музыку, которую могли слышать только они вдвоем.
Дрю никогда не узнает, как этот человек бесшумно пересек комнату. Это было немного жутко. Но потом Дрю стало все равно.