Феникс. Начало (СИ)
— Это что?
— Это, сказали, киоск будет. На магазине висит объявление, что его санэпиднадзор закрыл, пока не будет проведена потрава мышей и тараканов, а эти, видишь, киоск сразу кинулись открывать.
— Ну да. Вадик, а ты где скутер хранишь?
— Так тут же, у подъезда. К оградке цепляю на замок с металлическим тросом, уже два года он так стоит. А что?
— Да нет, ничего. Наверное, надо отсюда укатывать его.
— Почему. Ни разу никто не трогал, ничего не открутил…
— Ну, завтра, наверное, ты его уже не найдешь.
— Почему?
— Посмотри вокруг.
Вадик недоуменно огляделся.
— Видишь этих трудолюбивых ребят вокруг.
— Ну?
— Поверь, сегодня ночью они открутят твой мопед от забора, или отрежут секцию забора, или еще что-нибудь сделают, но сделают обязательно. И не потому что они плохие, просто их сюда привезли, а им делать нехер. Вот они и будут тащить все, что под руку попадется, или портить или ломать. Силы не куда девать, вот они и будут куролесить, а мы здесь жить, пока отсюда не сбежим.
— И что делать?
— Не знаю. Домой утащи.
— Не, не вариант. Мать меня вместе со скутером выгонит.
— Ну тогда можно отогнать в гараж, куда мы кое-что спрятали. Но только ходить часто туда нельзя будет. Увидят нас там, могут попробовать в гараж залезть.
— Ладно, давай в гараж. Садись, поехали, если у тебя ключи с собой.
— Ключи у меня всегда с собой.
Скутер мы благополучно поставили в гаражный бокс. Метки на воротах остались не поврежденными, никто нашим гаражом не интересовался и не пытался его вскрыть. Но на обратном пути, на половине дороги до жилмассива, мы встретили давешних строителей, что с видом экскурсантов, неторопливо шли нам навстречу.
В своих красных жилетах и черных рабочих комбинезонах, они напомнили мне больших рыжих лесных муравьев-разведчиков, что целеустремленно двигались от своего дома, в поисках чего-нибудь, чем можно поживится. Сейчас они просто бегают по окрестностям, никого и ничего не трогая, но потом вернуться в свой муравейник, и оттуда хлынет миллионная армия рыжих, безжалостных и неутомимых муравьев -солдат, хватая все, до чего дотянуться их лапки и оставляя за собой безжизненную пустыню.
— Надо будет сегодня ночью оружие перепрятать?
— Почему? Что случилось? — вскинулся, «залипший» до этого в смартфоне, Вадик.
— Да не нравятся мне эти ребята, что в сторону гаражей пошли. Вот скажи, что им там делать?
— Ну не знаю… Подработку ищут, например…
— Так я тебе, о чем и говорю, что на подработку ребята вышли. Ночью вскроют пару гаражей, если что ценное, то продадут, вот и подработка. А кто им может помешать. Полиция теперь к нам ни днем ни ночью не ездит, хозяева по ночам тоже из дома носа не кажут. Хоть до утра курочь ворота и выноси все, что найдешь.
— Саша, ты извини, но мне кажется, что ты уже совсем…всюду опасность видишь.
— Наверное, ты прав, я в самом деле перебарщиваю в своих подозрениях. Ладно, пошли быстрее, нам еще с Татьяной на рынок ехать.
На рынок мы попали ближе к закрытию, когда большинство продавцов уже мечтает покинуть торговые ряды, распродав остатки товара и готов, по-настоящему, уступать в цене. Набрав полные сумки, мы стали решать, как добираться до дома. В сторону Моста транспорт перестал ходить в связи ремонтными работами, приложение такси, при попытке указать наши дома, как конечную точку поездки, переставало реагировать на любые запросы, а через минуту начинало перегружаться. Ехать на трамвае до железнодорожного путепровода, а потом три километра тащить сумки мимо промзоны и гаражей не хотелось абсолютно. Пришлось звонить отцу. Переговорив с родителем, я подошел к Вадику и Тане, сидящим в объятиях огромных сумок на скамейку, у ворот рынка.
— Папа сказал, что будет через полчаса и довезет нас до дома. Вы пока посидите здесь, а я еще ненадолго пробегусь по рядам, вдруг что интересное увижу.
Мои одноклассники махнули мне рукой и расслаблено растеклись по дереву лавочек — хождение по бесконечным рядам рынка могло утомить любого, я же потопал обратно, в толпу снующих между крытыми рядами торговых точек людей.
Старого каразийца, что сидел на картонке и с асфальта торговал стопкой бело-черных колпаков из войлока, расшитых золотистыми нитями. Как я узнал, что дед каразиец? Так такие белые войлочные шапки, с черным подкладом, носят исключительно каразийцы.
— Отец, сколько стоит?
— Полторы тысячи.
— За тысячу отдашь?
— Все бери по тысяче.
Пять белых колпаков за пять тысяч? Да ну н…
Пришлось отдать упрямому старику полторы тысячи рублей и поспешить к выходу с рынка, куда уже должна была подъехать машина отца.
Подъехав к нашему подъезду, мы обратили внимание, что к входной двери на скотч пришпилен лист бумаги, извещающий, что завтра, в семь часов вечера во дворе дома состоится собрание жильцов, собираемых неведомой инициативной группой для обсуждения насущных вопросов жизни нашего дома. Подробности повестки указано не было.
— Папа, ты пойдешь?
— Надо будет сходить, а то творится черт его знает, что. Может быть хоть кто-то что-то знает.
— Папа, а это что за коробки? — я ткнул пальцев в пакет, с которым отец приехал домой.
— Это сегодня мне мужик один дал под реализацию. Автономная охранная система на грани фантастики, и всего полторы тысячи рублей продажная цена.
Согласно инструкции, небольшая не притязательная коробка вешалась под потолок охраняемого помещения, напротив возможного пути проникновения преступников. В случае появления в зоне действия объемных датчиков системы живого существо крупных габаритов, устройство делало фотографию захватчика и, через установленную заранее сим-карту, отправляло сообщение о тревоге, вместе с изображением злодея, на телефон хозяина.
Я задумался. А ведь это, наверное, решение проблемы, которая не дает мне думать о чем-то другом. Если установить такое устройство в гараже, а оружие перепрятать, завали в его, например, то можно будет успеть среагировать за тот период, пока двери гаражного бокса уже вскрыты, но оружие ворами еще не найдено.
— Папа, а продай мне одну такую штучку.
— Тебе то зачем? — не понял отец: — Так, поиграться и забросить? Мы к тебе в комнату и так не заходим.
— Да это Вадику Стеблову. Он мопед в гараж поставил, а там запоры ненадежные. А так, хоть будем знать, кто украл и сможем найти.
— Забирай за тысячу для своего друга.
— Идет папа, спасибо.
В устройство вставил старую сим-карту, валявшуюся у меня в столе в результате конфликта с сотовым оператором, постоянно подключавшего мне платные пакеты услуг без моего ведома. Сбросив на номер сим-карты минимальный платеж я проверил «сигналку» на своей комнате и остался доволен — фотография Тани, игравшей роль нарушительницы, отправленная мне на смартфон, была вполне пристойного качества.
Когда обитатели нашей квартиры разбрелись по своим комнатам и комнаты погрузились в тишину, я прошмыгнул в прихожую и начал бесшумно одеваться. Я чувствовал, что мне надо установить «сигналку» на тайник с оружием именно сегодня, и если я не сделаю это, то опять проворочаюсь на своей лежанке без сна до самого утра.
. Уходил из дома я конспиративным путем — через чердак здания и крайний подъезд, а на голову, для разнообразия, накинул глубокую белую каразийскую шапку — ни одна видеокамера не позволит опознать меня в таком головном уборе. Выйдя из чужого подъезда я огляделся и тут же шагнул в тень подъездного козырька — напротив моего подъезда, в свете яркого фонаря стояла тонкая девичья фигура, в которой я опознал Таню.
Глава 24
Глава двадцать четвертая. Страшный белый колпак.
— Ну и зачем?
— Я пойду с тобой.
— Таня, это тебе что — игрушки детские?
— Ну пожалуйста, возьми меня! — Таня молитвенно сложила руки на груди, сил противится ее просьбе у меня не было.