Всевидящая Нэя (СИ)

– Скажи, девочка, что ты забыла в мужском баре? – спросил один из ребят.
– Нашла бы приторно розовый пошла туда. А так по близости был только этот. Но видимо пока они имидж не сменят больше не вернусь. А что так? Мешаю?
– Нет, - сказал другой мужчина, пристально смотря на меня. – Но ты очень внимательно смотрела в ту стену. Почему?
– Нельзя что ли? Ну смотрела и что с того. Вы вообще сидите нервные и вокруг вас люди нервничают.
– Мы ищем одного человека.
– Труп что ли ищите?
Мой вопрос их озадачил.
– Почему же труп? Вполне живого. Он просто не пришел.
– И судя по трупному газу и не придет.
– Да! Я же говорил воняет, - посмотрела на оживившегося мужчину, крупный мускулистый, и оборотень. – Ты тоже чуешь?
– Вижу, - сказала спокойно.
С меня стащили очки. И удивленно посмотрели в мои глаза.
– Неожиданно, - сказал один из мужчин.
– Нет, я не слепая, опережаю вопрос. Просто вижу по-другому.
– Хм, правду говорит, - сказал до сих пор молчавший мужчина. – А зачем очки?
– Чтобы меньше шарахались и не пялились. Если что газ идет из-за той стены. Там внизу вентиляционное отверстие, наверно, идет с низу.
Меня потащили к стене. Я с трудом могла идти из-за официантов. Взгляд сам собой опускался вниз. А когда подошли к стене оказалось, что газ идет по низу и из-за поворота. Куда я и указала. Пришлось пройти вип зал, в котором собиралась группа мужчин в белом. Я впала в ступор. Офицеры меня взяли под локти и буквально понесли сквозь зал.
– Ты чего застыла, мужчин не видела?
– Они все в белом, - прошипела я. – А для меня белый отсутствует. Я его не вижу, особенно в одежде.
Парни застыли и, кажется, до них дошла моя зажатость.
– Он для тебя прозрачный?
– Да.
– Жесть. Влипла ты девочка.
Вывила их по коридорам к подвалам и там к канализации. И снова застыла.
– Что такое?
– Страшно, там крысы большие.
– Ничего не чую, - сказал оборотень.
Посмотрела на него раздраженно. Парни переглянулись, и оборотень подхватил меня на руки и понес дальше на руках и шел первым. Собственно моя помощь моя уже была и не нужна, впереди уже было слышно даже моим обонянием вонь разложения.
– Он сегодня был еще жив!
Я хоть и цеплялась за оборотная вывернулась посмотреть в низ.
– Что скажешь глазастенькая?
– На пол не стану, обувь разъест. Вашу только попортит.
Парни переглянулись.
– Можешь идентифицировать что это?
– Обычная кислота с толикой магии. В школьном наборе химика продается. Правда там в малой дозе и только пару ожогов сделать. А тут много литров взрослого мужчину растворить практически полностью вон даже крысы обожгись и не лезут. Ну не живьем и то хорошо. Зазубрины на костях все еще видны, ножик армейский с зубцами как у вас на голенище, такая же модель. Только ваш чист и практически идеален. А тот с маленьким дефектом есть небольшой скол, и он оставил отметины на подъязычной кости.
– Ты это все видишь в такой темноте.
– Я в темноте лучше вижу, чем при свете, это моя особенность.
Спасибо оборотню они меня не спускал с рук все время их тут исследования места преступления. Я на сколько могла описывала что вижу и физически, и энергетически.
– У меня такое чувство что с нами толпа экспертов в одном флаконе.
– Я не флакон, - тихо огрызнулась.
Я уже устала и хотела домой.
– Это образное сравнение крошка. Ты такая сладкая со своим запахом невинности.
Покраснела, ощутила это по жару на щеках и ушах.
– Маркус не порти девочку. Она еще слишком юна.
– Я домой хочу.
– Пока рано. Мы еще не закончили, а криминалистов и своих экспертов вызвать не можем. И нам нужно закончить нашу работу.
– Я устала, хочу есть и меня ждет моя работа. Я вообще-то сегодня не ела ничего кроме одно десерта после экзаменов.
– И на кого ты учишься прелесть моя легчайшая? – решил отвлечь меня Маркус.
– Дизайнер полиграфии. А как рисую много чего. И за меня мою работу никто не сделает. И учебу мне не оплатит.
– А родители?
– Я сирота, наверное. Нет у меня никого.
– Так, это ты сиротка, которой наш мер квартиру подарил. И ты спасла школу интернат от газа взрыва трижды. Говорили ты учуяла газ.
 
– Воспитатели сказали не говорить, что вижу, и исправляли меня что не вижу, а чую. И часто выставляли меня вообще почти полностью слепой.
– Зачем Нэя?
– Не знаю. Когда мы уйдем? Или подождем пока нас тоже убьют?
– Не шутишь. Обоснуй.
– Газ, не имеет запаха, не воспламениться. Только удушение, последняя разработка военных. Последнее время смотрю военные передачи по вечерам. В общем если до вас не дошло, пустили именно этот газ. Или максимально похожий. Заполнил пока вам до пояса. Идет оттуда от куда мы пришли.
Парни быстро пошли на выход. А выход был закрыт и стояли баллоны с газом.
– Хм, ошиблась это горючий. А цвет почти такой же едва заметное отличие в оттенке. И только в большой концентрации. У нас минут пять до потери сознания. И быстро помрем от искры.
Вынесли они дверь тихо без искр. И предварительно закрутив баллоны. А потом пошли разбираться с владельцем заведения. Меня Маркус как нянька таскал на руках по всюду. Сейчас вид хозяина заведения в белой одежде меня не смутил. Смотреть было особо не на что. И Маркус пытался закрыть мне глаза.
– Было бы на что смотреть, - сказала ему. – И я пытаюсь разобрать рисунок у него на ноге и что у него в кармане за пульт.
Мужчину быстро скрутили достали пульт от взрывчатки, прикрепленной к баллонам с газом. И после этого он быстро сознался в соучастии и то, что согласился убрать тех, кто придет в туннель. И подстроить под взрыв бытового газа.
– Так в вашем заведении им уже давно не пользуются, – вставила я свой комментарий. – Нет остаточного следа после сгорания газа. Значит плиты на артефактах.
– От куда знаешь? – тихо спросил оборотень.
– Дома старая плитка, когда газ горит видно остатки от сгорания газа, как едва заметный дымок. А когда артефакт работает просто движение теплого воздуха.
Домой я попала после полуночи. Меня доставили на ручках в квартиру. А когда увидели мои разукрашенные стены зависли в восхищении.
– Вау, красотища! Ты рисовала?
– Я.
– Хм, я тут живу неподалеку, – сказал Дмитрий, он редко говорит и чувствует лож. – И моя дочка ходит в детский сад. Ты там ничего не рисовала.
– Я в трех садах стены разрисовывала с мультяшными историями.
– Я ее от этой стены отодрать каждый день не могу. Можешь нарисовать одного персонажа на куске фанеры, я потом вырежу по фигуре и дочке подарю.
– Будет типа плоской куклы?
– Да.
– Может тогда всех персонажей сделать в небольшом размере, сантиметров по двадцать высотой? Мне просто это уже родители предлагали.
Показала ему наброски.
– Точно в нашей группе обсуждали. Будет здорово.
– Ну, когда будут заготовки начну рисовать. Было бы на чем, а так дело не хитрое.
Рисовала персонажи для детей я месяц, с утра и до вечера. Мне эту работу нормально оплатили и отдельно оплатили расходные материалы. Потому я не жалела что ввязалась в это дело. Воспитатели потом сами приходил забирали комплекты в свои группы. А мне потом прислали фотографии счастливых ребят. Стоило закончить рисовать позвонил Дмитрий.
– Не отвлекаю?
– Не особо, говорить могу.
– Во-первых спасибо за персонажей. Дочка с ними спит и играет почти все время, - услышала на заднем фоне кого-то из его коллег
– Давай по делу уже!
– В общем нужно чтобы ты в участок приехала и помогла нам в одном деле. Поедешь с нами и криминалистами. Машину за тобой уже отправили.
– С мигалками?
– Нет конечно, обычная.
– И то хорошо.
– Через пятнадцать минут будет у тебя, собирайся.
– Угу, - сказала со вздохом.
Не хотелось вылазить из квартиры. Вчера не очень удачно сходила в магазин. Точнее меня подловили уже после магазина, хотели ограбить. Но налички у меня не было от слова совсем. Я привыкла расплачиваться картой. А ее прячу так чтобы не нашли. И от вчерашней прогулки остался синяк на скуле от удара об стену.