Двуногое всесилие (СИ)

Поглядывая в щель не закрывающейся до конца двери, Нелла разве что зубами не скрежетала, глядя на полумертвый город. Или на почти мертвый. Если бы эта проклятая инициатива по превращению Стакомска в международный центр неосапиантики прошла в мирное время, то почти все бы остались на своих местах. Но из-за недавно произошедших событий, терактов, необходимости эвакуировать Районы, а когда еще и ограничители сдохли…
Нет, сейчас люди попросту бросали Стакомск. Массово.
Это был настоящий Исход.
Сколько они ехали, столько Окалина старшая сквозь щели и видела людей, идущих по тротуарам и проезжей части. С сумками и чемоданами в руках, с колясками, с детьми. Марки немногочисленных машин, обгоняющих мусоровоз, нельзя было разобрать из-за количества тюков, навьюченных на них. Одинокий милиционер, разъезжающий туда-сюда на «Урале», выглядел вымотанным донельзя. Нелле, при виде всего этого зрелища, остро хотелось кого-нибудь убить. Но она молчала, лишь втягивая ноздрями зловоние, вышибающее у неё из головы всё ненужное.
Ребята молчали. Она знала, что у них есть вопросы, причем, часть из них Изотов обязательно задаст в ближайшее время, но пока никто ничего не говорил. Даже Васе было понятно, что их компания сначала должна найти себе убежище. Вечно горящие люди редки и среди неосапиантов, а уж про китайцев сейчас и говорить не приходилось. Окалина была уверена на все сто процентов, что исход, подобный тому, что они наблюдают здесь и сейчас, происходит и в другой половине мегаполиса. Только в куда больших масштабах. Если почти половина славян и оставалась еще в Стакомске, то вот китайцы уходили полностью.
Одно из убежищ Неллы, неизвестных никому, кроме неё, представляло из себя замаскированное под подстанцию здание, притулившееся на пустыре, который так и не преобразовали в парковую зону. Вполне в стиле Стакомска, пустырь прилегал к Стене, разделяющей Третий и Четвертый районы. Сама ухоронка, правда, слабо предназначалась для хранения живого контингента, но это сейчас Неллу волновало мало. Схорониться они смогут, сухпайки есть, место жопу уронить — тоже. А главное, тут есть связь…
…и танк. Зачем ей полностью снаряженный и боеготовый «Т-72Н» в черте города, Окалина понятия не имела, но, как и все военные, всегда гребла под себя всё, что можно загрести. Танку просто повезло оказаться в нужное время и в нужном месте, чтобы она смогла без проблем его «исчезнуть».
— Лучше бы тут душ был… — пробурчал Симулянт, брезгливо скидывая с себя одежду. Окружающие, за исключением покрасневшего Васи, занимались тем же.
— У нас есть ты, — отрывисто бросила Нелла, подходя к Изотову, — Это лучше. Давай меня первую!
— Я не собираюсь стоять и лить на каждую из вас свою слизь, — состроил мрачную рожу молодой человек, а затем, моментально превратившись в туманное облако, стремительно облепил их всех, вместе с только что вошедшей Кладышевой. Под общий дружный визг серый тугой туман моментально и интенсивно растёр каждого из присутствующих, нанося и собирая с них слизь со скоростью пару раз в секунду. Спустя десяток этих крошечных отрезков времени все члены маленькой команды оказались вымытыми до скрипа, а довольный как бегемот Изотов бросил сероватый ком собранной со всех грязи и слизи под танк.
— Сука… — обреченно выдавила майор, садясь на задницу там, где стояла. Перед глазами у неё цвела радуга, на которой отчаянно сношались феи. Патронами калибра семь шестьдесят два. В животе стало крайне тесно от бабочек.
Он протёр везде.
— Витя, твою мать! — моментально всё понявшие девушки насели на голого парня, поливая его разными некрасивыми словами, на что тот невозмутимо ответил, что либо так, либо никак, да и вообще, вон, на Васю посмотрите, мол, чудеснейший оттенок ярко-красного на лице. Не горел бы пацан постоянно, сейчас бы точно загорелся. А так — суровые времена требуют суровых решений, а от нас всех, товарищи женщины и дети, пасло так, что мухи б сдохли. Так что прекратите вот это вот всё и давайте, наконец, узнаем, за каким мужским половым органом мы в Стакомске.
 
Очень хороший вопрос, старлей…
— Затем… — Нелла прохрипела, вставая на дрожащие ноги, — Что только отсюда мы хоть что-то сможем сделать. Понял?
— Сделать? — брови Виктора поднялись над его темными провалами глаз, — А мы что-то должны делать? Я думал, что нам нужно просто спрятаться.
Замершие девчонки никакого несогласия с утверждением верзилы не высказали. Она закусила губу. Черт, из-за этой дурацкой трансформации, Нелла еще и в росте потеряла. Теперь так неудобно смотреть на… да ну хотя бы на самого Виктора. Слишком здоровый. Непривычно. А еще он полностью серьезен и насторожен. Конечно, столько терпеть, пока сюда ехали. А самое поганое? Самое поганое в том, что ей ему почти нечего возразить. Кроме одного момента.
— Спрятаться и переждать, ты хотел сказать, — взяв себя в руки, она гордо распрямилась, не желая показывать дочери слабость, — Верно?
— Верно, — спокойно кивнул парень со смешной прической, обнимая левитирующую Юльку за талию, — Мы…
— Да… — попробовала она его перебить, но не вышло.
— Мы, — с нажимом продолжил Виктор, — оказались изменены Центром. У меня, к примеру, теперь кровь не течёт, вообще. И это может быть не всё. У девчонок и у вас, Нелла Аркадьевна, свои погремушки. Так что мы сейчас даже пукнуть не можем, не зная, на что способны, а на что уже — нет. Юля, ты точно уже не Прогност?
— Точно, Вить. Способность ушла. Я даже сейчас не могу вызвать воспоминание о ней, — покивала Юля, — Там такая каша бурлящая выходит, мысли моментально путаются. Не понимаю, как я её раньше видела и разбирала.
— Вот, — Изотов оторвал взгляд от призрака, вернув его к Нелле, — Нам нужно…
— Мальчики и девочки, — на этот раз, Окалине-старшей удалось его перебить, — Что вам надо — так это принять ответственность за то, что вы учудили! У меня есть несколько задач, требующих…
— Нет, — спокойно оборвал её Изотов. Очень уверенно, очень хладнокровно. Так, что она даже не смогла собраться и заткнуть его начальственным рыком. Тем временем парень, отпустив её дочь, продолжил, — Знаете, почему мы здесь оказались, Нелла Аркадьевна? Не потому, что вы владеете ситуацией. А потому, что отсюда до Китая подать рукой. Как и до товарищей из КНР. Понимаете?
Об этом она не подумала. Времени не было думать, совсем. А он успел. Теперь стоит перед ней, в окружении своих баб, всем своим видом показывая, что единственное, что его волнует — это их безопасность. Нельзя сказать, что Симулянт не прав. Нельзя сказать, что она его не понимает. Но есть нечто большее, чем друзья, семья, бабы, мужики, всё! Есть дело, есть долг!
— Там, — Нелла мотнула головой, — Там миллионы невинных людей, Изотов. Десятки. Сотни миллионов. Да что я говорю, вокруг тебя город разбегается, это почти пять миллионов людей! Ты что, хочешь сказать, внедрил свою машину, отмахался от Валиаччи, а теперь всё, можно под лавку⁈
— Не убедительно, — медленно покачал Изотов головой, — Ни разу не убедительно, Нелла Аркадьевна.
— Да ты…
— А что дальше, мама? — внезапно выплыла вперед её собственная дочь, — Вот у тебя есть какие-то планы, какие-то мысли. Вот Витя согласился, мы согласились. Снова всё сделали. А дальше что⁈
— Сначала… — она попыталась сказать, что план у неё лишь в общих чертах, что она даже не знает конечной цели, но тут неожиданно лязгнул новый голос.
— Заткнись, Ржа!
В общей тишине вперед вышла Кладышева. Бестыжая, как всегда, непроизвольно отметила про себя Нелла. Перед ней и перед пацаном голая, и хоть бы хны.
— Всё, хватит этого цирка, — отчеканила миниатюрная брюнетка, — Витька, тебя, Нель, еще слишком уважает, а вот я — нет. И Юлёк тоже. Только ты слишком слепошарая, чтобы это заметить. Я-то знаю, что у тебя сдвиг по вот ней, Юльке, и по Игорьку…
— Молчать!! — дикий рык непроизвольно вырвался из груди Окалины, моментально вышедшей из себя при упоминании бывшего мужа.