Командировка Дерена 2 (СИ)
Мартин мог подогнать план особняка, где держали бывшего регента Дома Аметиста, Ингваса Имэ, и помочь взломать охранную сигнализацию, Тим был крепким и шустрым парнем, хорошо бегал и прыгал, а Анка…
Рэм слишком плохо знал особенности жизни аристократов, чтобы зацепить Имэ за живое, разозлить, выбить из рабочего состояния, а вот братец эрцога с его природным нахальством…
— Колись уже, — сказал Мартин Рэму. — Чего надумал? Я кушать не мог от любопытства.
Контрабандист шутил — аппетит за ужином у него был отменный. Мартин полностью оправился от ментального удара, и его серые клеточки в голос требовали белков, жиров и углеводов, аж в животе урчало.
Рэм тоже открыл было рот, но на его руке запищал браслет, и пилот уставился на него, беззвучно, но выразительно шевеля губами.
— Ты чего материшься? — удивился Анка. — Нас таки выследили?
Он сразу говорил, что служба охраны не может так тупо проворонить важные разговорчики в парке. Прослушивать-то можно и с дронов!
Рэм только улыбался ему в ответ. Заглушить дрон было проще, чем стационарную камеру, провешенную в допотопные времена.
Дрон был устройством современным, параметры похожих имелись у пилота в браслете. А вот камеру, изготовленную лет сто назад, можно было и проворонить.
— Квэста гата! — выругался Рэм уже вслух. — Не выследили, не трусь! Сигнал поджали!
— Чё? — удивился Анка. — А как это?
Мартин снисходительно рассмеялся, и пояснил:
— Планетарный доступ оставили, а орбитальный — обрезали. А ведь мы бы могли и догадаться, что в усадьбе Линнервальд в демократию играет…
— Хэдов регент, — Рэм злился только сам на себя, но почему бы не обругать заодно и Линнервальда? — Это я затупил! Мог же заметить, Бездна!.. Идиот, ташип безухий!..
— Это чтобы Дерен как-то с тобой не связался? — сообразил Тим.
— Видно решили, что он где-то в системе крутится, — кивнул Рэм, водя над запястьем ладонью. — Та-ашипы!
Наконец браслет ожил, плюнув в хозяина голограммой. Над ней мигала красная полоса: «Запрос прямой связи».
— Тшш, — попросил Рэм. — Я с мужиками переговорю пять минут? Помолчите, хорошо?
Он ещё раз провёл рукой над браслетом.
Голограмма, поначалу мутная, немного прояснилась, стало видно какое-то тесное помещение и целую кучу мужчин в имперских форменных комбинезонах.
Это была группа военных пилотов-северян, из-за которой Рэм собственно и прилетел на Аскону. Их планировали «продать» на торговые линии Содружества.
Ну не вписывались «пленники» в тяжёлую спецоновскую жизнь: не та выучка, непривычные требования и нагрузки. А самое главное — лояльность не та.
Часть парней помоложе без особых отягощений в биографии кое-как прошла переобучение, и их разобрали на корабли крыла.
У других всплыли серьёзные проблемы с семьями, что остались на территориях Северной Империи, и парни превратились в заложников. Этих потихоньку меняли на своих, точно таких же.
Но часть «старичков» с Севера успела засветиться в войне с Югом. Их положено было отдать под трибунал или заставить «искупить кровью». Вот этих-то Рэм и предложил определить на гражданские суда Содружества.
Военных действий в ближайшие 20 лет не планировалось, а заставлять пилота сидеть в тюрьме, когда так нужна каждая квалифицированная тушка…
Начальство в лице генерала Мериса поматерилось, конечно. Но всё-таки согласилось, что использовать северян можно.
Но не на своих гражданских судах, а в торговом флоте Содружества, где парням заново придётся доказывать свою лояльность Югу среди чужаков, с которыми воевали. Там они будут вдвойне на виду. Кто выдержит — того и реабилитируют.
Не все были согласны с таким мягким приговором даже на «Персефоне». Ивэн Млич, главный навигатор, был убеждён, что чужаки должны именно сражаться, искупить кровью, а желательно убиться насмерть. Ибо на нет и суда нет.
Но против Мериса не попрёшь, и северяне потихоньку осваивались на «Персефоне», готовясь отправиться в Содружество. Сначала на Аскону, а потом уже — как повезёт.
Когда Рэм улетел на переговоры на Аскону, северяне попросили главного навигатора ставить их на небоевые дежурства. Хотели показать, что летать-то они умеют, но только усугубили своё положение.
Млич устроил им квалификационные экзамены. А выпускать в космос не спешил: издевался над взрослыми мужиками, собаку съевшими на автономных полётах, засадив за учебные тренажёры.
Пока Рэм пристраивал свою расстрельную бригаду в торговый флот Содружества, Млич пытался понять, на что способны в бою эти суровые северные парни? Неужели только брать в заложники детей*?
Мужики обижались. Они же не выбирали целей — только исполняли приказы. Но пожаловаться в их положении было некому. Разве что куратору — то есть Рэму.
В последний раз он переговорил с Мличем и послал к нему старшего группы, чтобы тот постарался донести до главного навигатора позиции северян.
Млич проникся. Но судя по лицам пилотов — это им совсем не понравилось.
— Это твой крейсер? — шёпотом спросил Анка, разглядывая общую каюту, где столпились северяне.
— Заткнись, — попросил Рэм. — Потом объясню.
Он колдовал над браслетом, корректируя изображение.
Голограмма осталась мутной, но прорезались голоса.
— Доброго времени, господин младший сержант!
Камера сфокусировалась на широком скуластом лице мужчины с коротким ёжиком светлых волос. На груди у него можно было различить пилотские нашивки двух разных кораблей.
Сообразив, что говорящий — здоровенный мужик лет сорока — обращается к Рэму, как к старшему, Анка от неожиданности икнул, а Тим врезал ему по спине и зажал ладонью рот, зашипев в ухо: «Просили же, заткнись!».
— Ну и что опять за кипиш? — спросил Рэм, вглядываясь в лица пилотов-северян. — С навигатором говорили?
Пилотов в каюте собралось много, камера даже не могла захватить всех разом.
— Говорили, — протокольно кивнул стриженный.
— И?.. — поторопил Рэм.
— Ну, сначала вроде бы навигатор твоим уговорам поддался и начал выпускать наших на небоевые. Но… — пилот замялся. — Это ещё хуже.
— Почему? — Рэм спрашивал в лоб, времени на разговоры у него не было.
— Да он придирается просто зверски.
— Как именно? — Рэм сдвинул брови. Ещё и этот бред слушать, когда нужно срочно выбивать из игры Имэ!
Но Млич, видно, здорово достал северян: они начали говорить все разом, перебивая друг друга.
— Он 18 выстрелов в минуту требует!
— Это вообще невозможно!
— Просто придирается!
— Тихо! — попросил Рэм, опасаясь, что на шум прибежит охрана: отличный же повод. — Не надо думать, что у навигатора есть время к вам придираться. Он привык к пилотам другого класса. 18 в минуту — среднее число по «Персефоне».
— Да невозможно так стрелять при активных щитах!
— Возможно. Если в стрельбе принимают участие оба пилота. Есть специальные связки движений, они двойные. Если бы вас не взяли сработавшимися парами, раскидали бы к старичкам по одному и постепенно подтянули бы до общей температуры по больнице.
— И как?
— Нам-то что теперь делать?
— Попросите кого-то из старичков, чтобы вам показали «связки» и дали возможность потренироваться. А ещё лучше — обратитесь за помощью к самому навигатору, — Рэм объяснял это уже в сотый раз.
Успокоить Млича можно было, только обратившись к нему за помощью. Такой у него был характер.
Если качать права…
— Да он же пошлёт! — не выдержал стриженный.
— Не пошлёт, — Рэм сдержался от нравоучений: сами поймут, когда сработает. — Млич перевёлся к нам с нормального судна, безо всех наших вывертов. И первое время сам испытывал трудности от порядков на «Персефоне». Привыкните и вы. Ничего страшного в этом нет. Другие приёмы работы. Нужно, чтобы кто-то вам их показал. Праймор?
Камера нашла высокого пилота с модной в Империи причёской — колючим ежиком волос, уложенных гелем наподобие игл.
— Пойдёшь к навигатору и договоришься! — приказал Рэм.