Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах

В соответствии с принятой резолюцией ГА ООН № 181 территория Палестины была поделена на три части: еврейскую (56 %) и арабскую (42 %) зоны и особую зону — Иерусалим и Вифлеем, — передаваемую под опеку ООН. При этом фактический раздел Палестины должен был вступить в юридическую силу только после полного вывода британских войск с подмандатной территории, срок которого так и не был согласован. Тем не менее большинство сионистских организаций с нескрываемой радостью приняли эту резолюцию ООН, в отличие от всех арабских государств, не признавших данного решения и продолживших активно настаивать на создании в Палестине независимого арабского государства.
Тем временем действия еврейских террористов, в том числе боевиков праворадикальной еврейской военной организации «Иргун», руководимой М. Бегиным, стали приобретать характер планомерных боевых операций, жертвами которых становились не только-местные арабы, но и англичане. Причём, как утверждают ряд известных либеральных авторов (Л.М. Млечин, Е. Коэн [405]), И.В. Сталин лично дал отмашку на проведение тайной операции «Балак» по вооружению палестинских евреев, которую по поручению Москвы лично курировал Генеральный секретарь ЦК КПЧ Рудолф Сланский. Хотя следует признать, что это утверждение не нашло поддержки в историческом сообществе и правомерно критикуется целым рядом современных авторов, в частности профессором И.В. Рыжовым, который является признанным специалистом по еврейскому вопросу. [406]
Естественно, из Палестины началось массовое бегство арабского населения в соседние страны, а Великобритания, не желая становиться жертвой новой кровавой бойни на Ближнем Востоке, начала срочную эвакуацию своих войск, и в мае 1948 г. официально заявила о прекращении своего мандата на Палестину. А уже на следующий день Временное еврейское правительство Палестины во главе с Давидом Бен-Гурионом провозгласило создание государства Израиль, первым президентом которого стал Хаим Вейцман. При этом Израиль, в нарушение резолюции ООН, захватил часть других территорий арабской Палестины, что стало причиной Первой арабо-израильской войны (1948–1949). Тем не менее уже через день новое государственное образование было официально признано многими державами мира, в том числе Советским Союзом, который рассчитывал получить в лице государства Израиль надёжного и верного союзника на Ближнем Востоке.
Надо сказать, уже более четверти века многие историки буквально до хрипоты спорят о причинах совершенно неожиданного сближения Москвы с еврейскими сионистами в конце 1940-х гг. Это сближение в исторической литературе объяснялось очень по-разному: либо горячим желанием высшего советского руководства вытеснить Великобританию из Палестины и сильно подорвать её влияние в Ближневосточном регионе (В.И. Носенко, А.М. Васильев, Ю.М. Кашаровский [407]), либо давним стремлением И.В. Сталина вбить клин между английским и американским империализмом на Ближнем Востоке (Г.В. Костырченко [408]), либо несбывшимися надеждами Москвы на будущую просоветскую ориентацию еврейского государства (Л.М. Млечин, М. Горелик [409]), либо далеко идущими геополитическими расчётами И.В. Сталина (В.И. Батюк, Д.Г. Евстафьев [410]) и т. д. Кроме того, существует также и весьма оригинальная версия доктора исторических наук, многолетнего главы Ближневосточного отдела МИД СССР про фессора Е.Д. Пырлина, [411] который предположил, что И.В. Сталин, «согласившись с внесением „инородного элемента“ в арабский мир, рассчитывал прежде всего раскачать, а затем и разрушить „замшелые“ арабские монархии и создать условия для прихода к власти в ведущих арабских странах прогрессивных националистических сил». Однако, как показали ближайшие события, решение о создании Израиля оказалось грубым внешнеполитическим просчётом И.В. Сталина, поскольку его политическое руководство сразу и надолго заняло откровенно проамериканскую позицию. Но вскоре вождь всех времён и народов «отыгрался» на еврейских сионистах, начав в стране широкомасштабную борьбу с «безродными космополитами».
 
  
7. «План Маршалла» и его международно-политическое значение (1947)
 
К концу 1946 г. Администрация США всё больше стала склоняться к мысли, что экономическое восстановление Европы и укрепление своих позиций в этом регионе куда важнее взаимопонимания с СССР по германскому вопросу. Поэтому уже в январе 1947 г. вместо Джеймса Бирнса, с которым у президента Г. Трумэна начались частые конфликты не только личного, но и рабочего порядка, на пост государственного секретаря США был назначен генерал армии Джордж Кэтлетт Маршалл, активный сторонник наступательной политики в германском вопросе.
Весной 1947 г. французское и итальянское правительства обратились к Администрации США с просьбой о крупных поставках зерна в связи с острым дефицитом аграрной продукции в своих странах. В Вашингтоне эту просьбу расценили как очень подходящий момент для оглашения собственных условий оказания помощи европейским странам. Главными из этих требований стали отказ от проведения просоветского внешнеполитического курса и изгнание всех коммунистов из состава национальных правительств европейских государств. В Западной Европе американский призыв был быстро принят во внимание, и уже в мае 1947 г. французский и итальянский премьер-министры Поль Рамадье и Альчидо Гаспери провели реорганизацию своих правительств и удалили из их состава всех коммунистов.
Затем в июне 1947 г. госсекретарь Дж. Маршалл выступил в Гарвардском университете и заявил, что Администрация президента Г. Трумэна готова профинансировать программу экономического восстановления Европы, если она будет представлена самими европейцами. И спустя всего несколько дней министры иностранных дел Великобритании и Франции Эрнест Бевин и Жорж Бидо занялись срочным составлением соответствующего проекта.
В отечественной историографии (М.М. Наринский, Д.Б. Герасимов, Е.М. Халина [412]) традиционно считается, что главными разработчиками «плана Маршалла» были сам госсекретарь США генерал Дж. Маршалл, его заместитель Дин Ачесон и глава Совета по международным отношениям Джон Фостер Даллес. Однако это не совсем так. Как установили ряд историков (А. Грегори [413]), впервые идею «плана Маршалла» озвучил крупный американский бизнесмен и дипломат Уилл Клейтон, который все годы войны был экономическим советником военного министра США Генри Стимсона, а затем и самого президента Г. Трумэна, которого он позднее, в августе 1946 г., назначил заместителем госсекретаря по экономическим вопросам.
Теоретически «план Маршалла», получивший официальное название «Программа восстановления Европы» (European Recovery Program), в основе которого лежал специальный закон «Об экономическом сотрудничестве», принятый Конгрессом США ещё в апреле 1947 г., был рассчитан не только на страны Западной Европы, поскольку к участию в этом проекте пригласили все восточноевропейские державы и даже СССР. Однако этот план был абсолютно неприемлем для Москвы, поскольку его главная идея состояла не столько в восстановлении, сколько в полной реорганизации европейского экономического пространства по хорошо известным американским идейно-политическим лекалам. Фактически речь шла о создании полноценного регионального механизма экономического регулирования новых полуколоний США на Европейском континенте. Естественно, советское политическое руководство никак не могло принять подобный план «международного сотрудничества», поскольку он неизбежно встраивал бы СССР в мировую экономическую систему, полностью подконтрольную США, серьёзно подрывал его суверенитет и «уводил» бы от него всех его союзников в Восточной Европе.