Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах

При этом в специальном приложении к этому решению были чётко обоснованы и основные факторы, обусловившие создание первого Координационного Совета социалистических государств:
«1) Отсутствие постоянных связей по согласованию экономической политики стран народной демократии и СССР в их торговых отношениях с другими государствами наносит ущерб экономическим интересам этих стран и объективно помогает Соединённым Штатам и Англии использовать в своих интересах указанную несогласованность действий стран народной демократии и СССР. Это особенно выявляется в настоящее время, когда США, используя „план Маршалла“, оказывают влияние на экономическую политику стран Западной Европы, направляя её против интересов СССР и стран новой демократии.
2) Отсутствие координации экономической деятельности стран новой демократии и СССР сказывается также и на развитии важнейших отраслей хозяйства этих стран, создавая ненужный параллелизм в развитии отдельных отраслей промышленности.
3) Установление тесных экономических связей между странами народной демократии и Советским Союзом и, в частности, их координированные выступления на внешнем рынке и поддержание между ними постоянных связей по согласованию экономической деятельности будет содействовать успешному строительству социализма в странах народной демократии и делу укрепления всего демократического лагеря.
4) Для осуществления указанных целей создаётся постоянный Координационный Совет из представителей всех заинтересованных стран-участников Совета на основах равноправного представительства.
5) Основными задачами такого Координационного Совета будут: а) разработка планов экономических связей между странами народной демократии и СССР, а также необходимое согласование хозяйственных планов участвующих стран; б) согласование импортно-экспортных планов; в) наблюдение за выполнением намеченных планов экономического сотрудничества».
Как уже было сказано выше, в начале января 1949 г. в Москве состоялось экономическое совещание полномочных представителей Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии, СССР и Чехословакии, на котором и было официально оформлено создание Совета экономической взаимопомощи (СЭВ), знаменовавшее собой важный переход от двусторонних к многосторонним отношениям государств социалистического блока, к которому в феврале того же 1949 г. присоединилась Албания, а в сентябре 1950 г. Германская Демократическая Республика (ГДР).
Между тем, как считают многие историки (И.И. Орлик, Э.Я. Шейнин, О.Н. Широков, М.А. Липкин [41]), в первое десятилетие деятельности СЭВ в качестве приоритетного направления было определено становление взаимного экономического и научно-технического сотрудничества стран советского блока на базе быстрого развития долгосрочной взаимовыгодной торговли с учётом реальных потребностей всех национальных экономик, организации обмена хозяйственным опытом, оказания взаимопомощи сырьём, продовольствием, оборудованием и машинами, поскольку именно в этот период внешняя торговля оставалась главной формой экономического сотрудничества и важнейшим каналом взаимопомощи стран-участниц СЭВ в их экономическом развитии.
При этом следует отметить, что ряд нынешних экономистов и историков, в частности профессора Г.И. Ханин и П.Н. Кнышевский, [42] полагают, что не последнюю роль в быстром восстановлении промышленного потенциала страны сыграли: а) заимствование и творческая переработка новейших европейских технологий посредством вывоза технической документации с территории Германии; б) копирование лучших образцов американской техники, полученной по ленд-лизу; в) промышленный шпионаж; г) быстрое создание собственных научных школ и резкий рост квалификации рабочих, инженерных и управленческих кадров.
б) Создание ракетно-ядерного щита советской державы
Как совершенно справедливо констатировали многие известные мемуаристы, писатели, историки и публицисты (Б.Е. Черток, И.А. Серов, В.С. Губарев, Я.И. Голованов, Н.С. Симонов, А.Б. Безбородов, И.В. Быстрова, Д.В. Кобба [43]), чьи работы по вполне естественным причинам могли появиться на свет и стать достоянием широкой общественности только в постсоветскую эпоху, особое место в послевоенный период высшее советское руководство отводило развитию военно-промышленного комплекса, и в первую очередь решению «атомной проблемы».
 
Хорошо известно, что первые работы по «атомной проблеме» начались вскоре после окончания Гражданской войны в ряде научных организаций РАН, прежде всего в Ленинградском радиевом институте, который был основан академиком В.И. Вернадским, ещё в феврале 1922 г., заявившем о том, что возглавляемый им «Радиевый институт должен… направлять всю работу на овладение атомной энергией», ставшей «самым могучим источником силы, к которому подошло человечество в своей истории». Тогда же в недрах института был создан и ряд научных лабораторий, где под руководством В.Г. Хлопина, Г.А. Гамова, И.В. Курчатова, Л.В. Мысовского и других талантливых учёных начались практические работы по изучению физики атомного ядра, итогом которых стало создание первого советского (и европейского) циклотрона. Чуть позже, в самом начале 1930 г., к этой важной работе активно подключились и другие академические структуры, в частности Ленинградский физико-технический институт академика А.Ф. Иоффе, Московский институт химической физики академика Н.Н. Семёнова и Харьковский физико-технический институт профессора И.В. Обреимова.
Затем в конце ноября 1938 г., когда был накоплен богатый массив теоретических и практических открытий, Президиум АН СССР принял Постановление «Об организации в Академии наук работ по исследованию атомного ядра», на основании которого была создана Постоянная комиссия по атомному ядру в составе академика С.И. Вавилова (председатель), академика А.Ф. Иоффе и докторов физико-математических наук А.И. Алиханова, И.В. Курчатова, И.М. Франка, В.И. Векслера и ряда других перспективных физиков. Первоначально все работы по атомному ядру велись в открытом режиме и сопровождались активной публикацией научных работ В.Г. Хлопина, Л.В. Мысовского, А.П. Жданова, Н.А. Перфилова, Г.Н. Флёрова, К.А. Петржака и других учёных. Однако уже в июле 1940 г. все исследования по атомной проблеме были строго засекречены и под руководством академика В.Г. Хлопина создана Урановая комиссия Президиума АН СССР, вплотную занявшаяся разработкой атомной бомбы, первый проект которой был создан в конце 1940 г. в Харьковском физико-техническом институте под руководством профессора Ф.Ф. Ланге. Правда, лично академик В.Г. Хлопин дал отрицательный отзыв на этот проект, но сам факт начала практических работ по созданию советской атомной бомбы был крайне показателен и опровергает устоявшееся мнение, что советская атомная бомба была создана только благодаря усилиям советской нелегальной разведки, выкравшей её секреты в США.
Между тем уже в сентябре 1941 г. по каналам ГРУ Наркомата обороны СССР (А.П. Панфилов) и Первого Управления НКВД СССР (П.М. Фитин) в Москву стала поступать первая и очень важная разведывательная информация о проведении в Великобритании и США таких же секретных работ по использованию атомной энергии для военных целей и созданию атомной (урановой) бомбы огромной разрушительной силы. Одним из самых важных документов, полученных по каналам советской нелегальной разведки, стал подробный отчёт британско го Комитета Military Application of Uranium Detonation (Комитет MAUD, или «Комитет Томсона») о работах по «военному применению уранового взрыва», над которым ещё с апреля 1940 г. активно работали члены этого Комитета крупнейшие германские и британские физики Дж. Томсон, Г. Тизард, Р.Пайерлс, О. Фриш, К. Фукс, Дж. Ротблат, Дж. Чедвик, М. Олифант, К. Мендельсон, Э. Уолтон и ряд других. Из материалов этого отчёта, раздобытого одним из членов легендарной «кембриджской пятёрки» британским дипломатом Дональдом Маклином, завербованным советским разведчиком А.Г. Дейчем ещё в 1934 г., следовало, что с большой долей вероятности атомная бомба будет создана «союзниками» ещё до окончания войны.