Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах

Вероятно, сам профессор Б.М. Кедров вскоре осознал собственный «промах» с публикацией марковской статьи и попытался реабилитироваться перед бывшим начальством. И уже в марте 1950 г. в газете «Культура и жизнь», а затем и в журнале «Вопросы философии» вышли две его разгромные рецензии «Объективистская книга по истории физики» и «Неудачная книга по истории физики», в которых он, как цепной цербер, набросился на учебное пособие профессора П.С. Кудрявцева «История физики» (её первый том был опубликован в 1948 г.) и обвинил её автора в низкопоклонстве перед Западом, нарушении ленинского принципа партийности и в переходе на позиции буржуазного объективизма. Первоначально Учёный совет МГУ попытался защитить своего профессора и направил в адрес ЦК ВКП(б) коллективное письмо с поддержкой своего коллеги. Однако после публикации в журнале «Большевик» новой статьи И.В. Кузнецова «Серьёзные ошибки в освещении истории физики» Отдел пропаганды и агитации ЦК в конце июня 1950 г. указал Учёному совету МГУ на неверную оценку справедливой критики этого пособия. Хотя, впрочем, никаких последствий это «указание» в общем не имело, поскольку в 1956 г. при выходе второго тома «Истории физики» был вновь опубликован её первый том с очень незначительной редакцией прежнего первого издания.
Между тем из последних работ многих современных авторов (В.Л. Гинзбург, А.А. Рухадзе, В.Д. Есаков, А.В. Андреев, Г.А. Сарданашвили [217]) стало очевидным, что ещё весной 1944 г. на «физическом фронте» возник не менее острый конфликт между представителями так называемой «университетской» и «академической» науки, в который, помимо своей воли, оказались втянуты и ряд высших руководителей страны, в том числе заместитель председателя ГКО и СНК СССР Вячеслав Михайлович Молотов и тогдашний секретарь ЦК по идеологии Александр Сергеевич Щербаков.
Причиной новых разногласий в стане физиков стал давнишний конфликт декана физического факультета МГУ профессора А.С. Предводителева с профессором И.Е. Таммом, который весной 1944 г. выставил свою кандидатуру на должность нового заведующего факультетской кафедрой теоретической физики, которую он занимал ещё в 1930–1937 гг. На стороне декана факультета выступили многие члены факультетского Учёного совета, в том числе профессора В.К. Аркадьев, Д.Д. Иваненко, А.Б. Млодзеевский, А.К. Тимирязев, В.А. Корчагин, Н.П. Кастерин, В.К. Семенченко, Н.А. Капцов и Б.В. Ильин, которых в современной историографии традиционно именуют «консервативным большинством». Именно этот Учёный совет в мае 1944 г. почти единогласно отклонил кандидатуру профессора И.Е. Тамма и избрал заведующим факультетской кафедрой его бывшего ученика и конкурента профессора А.А. Власова, набравшего подавляющее большинство голосов. В результате разразился жуткий скандал, итогом которого стало знаменитое письмо 14 академиков на имя председателя Всесоюзного комитета по делам высшей школы при СНК СССР Сергея Васильевича Кафтанова, инициатором которого стал негласный куратор всей академической науки академик Пётр Леонидович Капица. В результате С.В. Кафтанов был вынужден созвать рабочее совещание с участием конфликтующих сторон и под жёстким давлением авторитетных академиков отменить решение Учёного совета факультета и своим приказом утвердить новым заведующим кафедрой теоретической физики МГУ академика В.А. Фока.
Однако этого «академистам» показалось мало, и всего через неделю академик В.А. Фок исключил из тематического плана кафедры все научные работы профессора А.А. Власова, в том числе его знаменитую статью «О вибрационных свойствах электронного газа» (1938), получившую всеобщее признание в мировой физике. В результате этого решения возник очередной конфликт, в ходе которого академик В.А. Фок в своём личном письме на имя академика П.Л. Капицы в провокационной форме поставил вопрос о своей отставке. Причём, как абсолютно верно указал Г.А. Сарданашвили, [218] это письмо было инициировано самим П.Л. Капицей.
 
Затем в начале июля 1944 г. на имя В.М.Молотова, который в тот период продолжал курировать атомный проект, четыре академика — П.Л. Капица, А.Ф. Иоффе, А.И. Алиханов и А.Н. Крылов — направили новое письмо, где в крайне резкой форме описали «ненормальную ситуацию» на физфаке МГУ, приложив в качестве основного доказательства то самое письмо академика В.А. Фока в адрес академика П.Л. Капицы. Причём, как установили ряд историков науки (В.Д. Есаков [219]), на самом деле это знаменитое «письмо четырёх», введённое в научный оборот профессором А.В. Андреевым, [220] подписали ещё два маститых академика — Л.И. Мандельштам и Н.Д. Папалекси, а президент Академии наук СССР академик С.И. Вавилов и научный руководитель Лаборатории № 2 академик И.В. Курчатов направили на имя В.М. Молотова два собственных письма с поддержкой своих коллег.
В своём «письме четырёх» академические гуру в весьма категоричной форме потребовали: 1) снять с должности декана факультета профессора А.С. Предводителева, 2) назначить на эту должность «одного из ведущих советских физиков» из числа трёх предложенных ими же кандидатур — либо академика В.А. Фока, либо кого-то из двух членов-корреспондентов АН СССР — М.А. Леонтовича или И.В. Обреимова, 3) и наконец, привлечь отделение физико-математических наук АН СССР «к ответственному делу» реорганизации преподавания базовых физических дисциплин на физфаке МГУ.
По-видимому, этот приказной тон, а также личные выпады в адрес С.В. Кафтанова, содержащиеся в том же письме В.А. Фока, который, как известно, был не только главой Комитета по делам высшей школы, но уполномоченным ГКО по науке, оказали совершенно обратный эффект. Уже в начале 1945 г. академик В. А. Фок был снят с заведования кафедрой и заменён профессором А.А. Власовым. А в аппарате правительства для В.М. Молотова была не только подготовлена подробная «Справка о научных разногласиях по вопросам физики», но и приложены фрагменты писем ряда ведущих сотрудников физического факультета МГУ, в том числе профессоров А.С. Предводителева, А.К. Тимирязева, Н.А. Зелинского, В.Ф. Ноздрёва и Н.С. Акулова с весьма резкой критикой своих академических оппонентов.
Между тем «академисты» и не собирались уступать. Уже весной 1946 г. А.С. Предводителев всё же был отправлен в отставку и заменён профессором С.Т. Конобеевским, а чуть позже в академическом «Журнале экспериментальной и теоретической физики» была опубликована довольно гнусная статья Л.Д. Ландау, В.Л. Гинзбурга, М.А. Леонтовича и В.А. Фока «О несостоятельности работ А.А. Власова по обобщённой теории плазмы и теории твёрдого тела». Между тем, как абсолютно справедливо отметил тот же Г.А. Сарданашвили, [221] главной целью этих атак были не только научная дискредитация профессора Анатолия Александровича Власова, но и реальный «захват» кафедры теоретической физики. В результате в середине мая 1947 г. Учёный совет МГУ постановил снять А.А. Власова с должности заведующего кафедрой и объявить новый конкурс на данную вакансию.
Однако после положительного отзыва одного из столпов квантовой механики Макса Борна о работах профессора А.А. Власова это решение было сразу отменено, и его восстановили в прежней должности, которую он занимал вплоть до весны 1953 г.
Между тем физфак МГУ продолжало трясти ещё на протяжении почти семи лет. И только в 1952–1953 гг. после писем нового ректора МГУ академика И.Г. Петровского на имя Л.П. Берии, министра культуры П.К. Пономаренко, министра среднего машиностроения В.А. Малышева, нового президента АН СССР А.Н. Несмеянова и академика М.В. Келдыша в Президиум ЦК КПСС, а также обращения студентов физфака в ЦК КПСС была создана комиссия, которая представила свои рекомендации по улучшению подготовки кадров на физфаке МГУ. Одним из зримых результатов работы этой комиссии стало назначение в августе 1954 г. новым деканом физического факультета МГУ профессора В.С. Фурсова, проработавшего в этой должности ровно 35 лет.