Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах

Вторым по возрасту в составе Политбюро был Климент Ефремович Ворошилов (1881–1969), такой же выходец из пролетарской старообрядческой среды, но уже значительно более южной и тёплой Екатеринославской губернии, чей партийный стаж исчислялся с 1903 г. До революции он дважды становился делегатом IV и V съездов РСДРП (б), проходивших в Стокгольме и Лондоне в 1906–1907 гг., где впервые познакомился со И.В. Сталиным и сразу подружился с ним, что во многом и определит его стремительное восхождение во власть после окончания Гражданской войны. Уже в марте 1921 г. по итогам работы X съезда РКП (б) он был избран членом ЦК, каковым бессменно оставался вплоть до октября 1961 г., а затем и позже — в 1966–1969 гг. Тогда же весной 1921 г. он становится командующим Северо-Кавказским военным округом, а спустя три года, в мае 1924 г., его с подачи И.В. Сталина переводят на ключевую должность командующего Московским военным округом. Конечно, этот перевод в Москву был вовсе не случайным, ибо Коба и Клим, как старые партийные товарищи, чья дружба ещё больше закалилась в горниле Гражданской войны, особенно на Царицынском фронте, были давними антагонистами «оракула революции». Поэтому уже в январе 1925 г. после отставки Л.Д. Троцкого К.Е. Ворошилов назначается на должность первого заместителя наркома по военным и морским делам и председателя Реввоенсовета (РВС) СССР. Менее чем через год, в ноябре 1925 г., после трагического ухода из жизни наркома М.В. Фрунзе, он становится главой Наркомата по военным и морским делам и председателем РВС. А уже в январе 1926 г., также как М.И. Калинин и В.М. Молотов, правда, минуя кандидатский «предбанник», он сразу становится полноправным членом Политбюро ЦК ВКП(б) и сохранит этот высокий партийный статус дольше, чем кто-либо из высших советских вождей, вплоть до июля 1960 г. Между тем в ключевой должности главы военного ведомства страны, которая с июня 1934 г. будет называться «нарком обороны СССР», первый красный офицер и первый советский маршал пробудет до начала мая 1940 г., когда по итогам советско-финской войны И.В. Сталин будет вынужден произвести ряд серьёзных кадровых перестановок в Наркомате обороны СССР. Тогда же, в мае 1940 г., он будет назначен на должность председателя Комитета обороны СССР и заместителя председателя Совета народных комиссаров СССР. В годы Великой Отечественной войны маршал К.Е. Ворошилов занимал различные посты в военной и государственной иерархии страны, в том числе члена ГКО (1941–1944), члена Бюро и заместителя председателя СНК СССР (1941–1945). В последней своей должности он и встретил окончание войны. Долгие годы Климент Ефремович был не только старейшим, ближайшим и надёжным соратником вождя, но и многолетним личным другом. Однако это вовсе не означало, что между ними не было никаких трений и даже серьёзных разногласий. Напротив, вопреки расхожим домыслам от том, что безвольный и глуповатый нарком был простой игрушкой в руках коварного И.В. Сталина, [71] между наркомом и генсеком время от времени искрило и до войны, и особенно в начальный период войны, что затем приобретало характер всё больше нарастающей отчуждённости.
Следующим по возрасту и старшинству пребывания в составе Политбюро ЦК шёл такой же давний и ближайший соратник вождя — Вячеслав Михайлович Молотов (Скрябин) (1890–1986), который, как и два других старейших члена высшего партийного ареопага, был уроженцем известного староверческого анклава Вятской губернии. Летом 1906 г. в юном возрасте он вступил в РСДРП (б), а уже осенью 1912 г., после отбытия административной ссылки в Вологодской губернии, стал работать ответственным секретарём в новой большевистской газете «Правда», где, по свидетельству ряда осведомлённых авторов (Ф.И. Чуев, А.В. Островский, В.А. Никонов [72]), впервые познакомился со И.В. Сталиным. Вторично они встретились уже после Февральской революции в марте 1917 г., когда будущий вождь сменил младшего коллегу на посту редактора «Правды» и одного из руководителей Русского бюро ЦК РСДРП (б). Но именно тогда между ними завязалось настоящее партийное товарищество, постепенно переросшее в личную дружбу. В начале апреля 1920 г. по итогам работы IX съезда РКП (б) В.М. Молотов был избран кандидатом в члены ЦК, а уже в марте 1921 г. по окончании работы X съезда РКП (б) он не только стал полноправным членом ЦК, но также был избран кандидатом в члены Политбюро, стал членом Оргбюро и был назначен ответственным секретарём ЦК. В последнем своём статусе он и стал лично готовить всю повестку дня для заседаний Политбюро ЦК, выполнять прямые ленинские поручения и координировать ряд вопросов партийного строительства, в том числе ключевые кадровые назначения. Правда, уже в апреле 1922 г. на XI съезде РКП (б), после довольно резкой критики работы прежнего Секретариата ЦК, В.М. Молотов был понижен в своём статусе до второго секретаря ЦК и новым руководителем центрального партаппарата де-факто стал И.В. Сталин, избранный Генеральным секретарём ЦК. Однако это обстоятельство никоим образом не испортило их личных отношений. Более того, на протяжении всех последующих лет своей работы в Секретариате ЦК (1922–1930) прежде всего В.М. Молотов, по сути, стал правой рукой генсека на всех крутых виражах истории, в том числе в период острейшей внутрипартийной борьбы с троцкистами, зиновьевцами и бухаринцами. Именно поэтому уже в январе 1926 г. по итогам работы XIV съезда ВКП(б) он также был повышен в своём статусе до полноправного члена Политбюро, а затем в декабре 1930 г., после полного разгрома «правых уклонистов» и отставки А.И. Рыкова с поста главы союзного правительства, именно В.М. Молотов был назначен новым председателем Совета народных комиссаров СССР, каковым и оставался более десяти лет, вплоть до мая 1941 г., когда этот ключевой пост в партийно-государственной иерархии занял сам И.В. Сталин. Кроме того, об особом отношении вождя к своему давнему товарищу особо красноречиво говорил и тот показательный факт, что в период самых судьбоносных и острых сражений на дипломатическом фронте именно глава союзного правительства в начале мая 1939 г. возглавил Наркомат иностранных дел СССР. В годы войны В.М. Молотов, который по всем важным вопросам имел собственное мнение и частенько спорил с вождём, не только сохранил посты заместителя (а с августа 1942 г. первого заместителя) председателя СНК СССР и руководителя дипломатического ведомства страны, но также был назначен членом и заместителем председателя Государственного комитета обороны (ГКО), каковым и оставался вплоть до сентября 1945 г.
 
Четвёртым по возрасту и длительности пребывания в Политбюро шёл Лазарь Моисеевич Каганович (1893–1991), уроженец Киевской губернии, чей партийный стаж исчислялся с 1911 г. После прихода большевиков к власти он непродолжительное время работал в Петрограде и в Москве, где имел первые рабочие контакты со И.В. Сталиным, поскольку, будучи членом ВЦИК РСФСР, избранным на III Всероссийском съезде Советов, вошёл в состав Всероссийской комиссии по организации РККА. Затем, после окончания Гражданской войны, он немного поработал инструктором ВЦСПС, а уже в июне 1922 г. по рекомендации В.В. Куйбышева, ставшего после XI съезда партии одним из трёх секретарей ЦК, Л.М. Каганович был назначен заведующим Организационно-инструкторским (затем Организационно-распределительным) отделом ЦК РКП (б) и стал одним из ближайших и верных соратников И.В. Сталина, в том в числе в реализации его гениальной задумки по созданию знаменитой партийно-государственной номенклатуры. Затем на XII съезде РКП (б) в апреле 1923 г. его избирают кандидатом в члены ЦК, а начиная с мая 1924 г. он становится бессменным членом ЦК и одновременно избирается в состав Оргбюро и Секретариата ЦК РКП (б). Правда, буквально через год по рекомендации И.В. Сталина Л.М. Каганович уезжает в Харьков на должность Генерального секретаря ЦК КП (б) Украины, где ему пришлось вести тяжёлые «позиционные бои» с лидерами украинских сепаратистов В.Я. Чубарём, A.Я. Шумским, П.П. Лубченко, Н.А. Скрыпником и другими боротьбистами, наиболее активно проводившими в жизнь майское Постановление ЦК КП (б)У «Об украинизации». Ещё будучи главой украинской парторганизации, в июле 1926 г., в самый разгар борьбы с объединённой троцкистско-зиновьевской оппозицией на Пленуме ЦК он становится кандидатом в члены Политбюро, а спустя ровно два года на таком же Пленуме ЦК его одновременно избирают членом Оргбюро (1928–1946) и Секретариата ЦК (1928–1939). При этом в 1930–1935 гг. параллельно с основной работой в ЦК ему пришлось исполнять обязанности Первого секретаря Московского обкома и горкома партии, где под его крылом взросли будущие коллеги по Политбюро — Никита Хрущёв и Николай Булганин. Наконец, в июле 1930 г., по итогам работы XVI съезда ВКП(б) Л.М. Каганович становится полноправным членом Политбюро, а в конце того же года, после перехода B.М. Молотова на работу председателем союзного правительства, он де-факто становится и вторым секретарём ЦК. Правда, с июля 1935 г. ближайший сталинский соратник всё больше начинает концентрировать своё внимание на конкретной хозяйственной работе, возглавляя целый ряд важнейших наркоматов СССР, в том числе путей сообщения, тяжёлой, топливной и нефтяной промышленности. В годы войны, оставаясь заместителем председателя СНК СССР (1938–1944), он одновременно становится членом ГКО (1942–1945) и курирует работу железнодорожного и водного транспорта, военных перевозок и другие важные вопросы. Несмотря на давние и плотные рабочие контакты с вождём, Л.М. Каганович так и не стал его личным другом, и в отличие от В.М. Молотова и К.Е. Ворошилова, всегда «держал дистанцию» и не переходил незримую грань, отделявшую И.В. Сталина от большинства его коллег по Политбюро.