Единственный (СИ)

Стоп. Она никакая не моя больше.
Я не должен больше думать о Кристине Кренстон, точнее, о Кристине Дженсен. Я же обещал себе.
Сделав глубокий вдох, провел ладонью по волосам, часто дыша. Кислородное голодание невозможно было заполнить ничем. Не заметил, как тихо, подкравшись сзади, меня коснулась Мэгги. Девушка прикоснулась губами к моей шее, обвила руками спину сзади, и крепко обняла.
— Не спишь, — прошептала она, прижимаясь ко мне. Мэгги гладила мои плечи, опуская ладони ниже, а затем скользнула пальцами под мою футболку.
Развернувшись к девушке, я притянул её к себе и впился в её губы. Мэгги от неожиданности всхлипнула, а я стал еще сильнее целовать её, вторгаясь языком в её рот. Плотно закрыл глаза и углубил поцелуй, желая заполнить зияющую дыру внутри себя, попробовать её губы, найти в них тот самый привкус из далёкого прошлого. Провел языком по её нижней губе, оттянул её зубами назад, а затем прижал девушку к стене в гостиной. Я целовал её как сумасшедший, отключив образ Мэгги в своей голове и думая совсем о другой девушке. Она ошибочно приняла мою настойчивость за страсть, и зарылась пальцами в мои волосы, постанывая. Её стоны подействовали на меня как сигнал, а мне нужно было что-то делать со своим состоянием. Я набросился на девушку, сжимая её бёдра и разводя ноги широко в стороны. Меня колотило, и я понимал, что этой ночью не смогу остановиться.
— Брэндон… — выдохнула она моё имя, хватаясь тонкими пальцами за резинку моих джоггеров. Я пришёл в себя на секунду, слегка отпрянул от Мэгги, но моё чёртово возбуждение никуда не делось. — Пожалуйста… — захныкала она, снова прижимаясь к моим губам. — Брэндон…
Но в моей голове ответно и отчётливо крутилось не её имя.
— Прости… — еле выдавил из себя, отстраняясь от девушки.
Глава 4
Кристина
— Он лидирует в топе «30 до 30». — Эмили разглядывала Форбс, на обложке которого красовалась фотография Брэндона. Полностью погрузившись в свою работу, я старалась не слушать ассистентку, верещавшую на протяжении последних десяти минут в моём кабинете.
— Ты подготовила то, что я поручила тебе?
— Я собрала статистику продаж за июнь, как вы и просили, — девушка открыла папку и вытащила оттуда буклет с составленной диаграммой. Несмотря на бесперебойную разговорчивость она действительно очень хорошо работала. — Переслала вам на мейл электронный вариант.
— Спасибо, — кивнула я.
— Не за что, — продолжив разглядывать журнал, добавила девушка.
— Не подумайте плохо, но я вам очень завидую. До сих пор не могу поверить, что вы так близко знакомы с мистером Хартером.
Слишком близко.
— Что в этом такого? — поинтересовалась я. — Все мы начинали с простой средней школы в Долине.
— Вы тоже знамениты, мисс Кристина, то есть Кристина, — исправилась девушка. Мне не нравилось обращение ко мне по фамилии, а приставка «мисс» с именем звучала как-то нелепо. — Но Брэндон Хартер, сами понимаете… Он же сейчас № 1 в США в области информационных технологий! Ему пророчат будущее покруче Илона Маска!
Надо же, как интересна жизнь: в школе окружающие с таким же упованием обсуждали меня, когда дело доходило до нашей пары.
— Мне претит эта тема, — тихо выдавила я, но Эмили этого не услышала.
На самом деле мое сердце трепетало от того, каким авторитетом пользовался мой одноклассник. Казалось, восхищение им проецировалось и на меня — я, как и прежде, была очень счастлива за него.
— Окончил Калифорнийский университет в Беркли в 2016 году с отличием, затем получил степень магистра в Стэнфорде. Тогда же и перебрался в Пало-Альто в Кремниевой Долине, — девушка читала статью на огромном развороте. Я еле сдерживалась. — «Си энд Би» ежегодно жертвуют много средств на благотворительность. IQ 148. Основное увлечение — это чтение книг и программирование, — Эмили фыркнула. — Такой скучный. Но такому красавцу можно простить все, что угодно.
— Эмили, — я приподняла бровь, глядя на ассистентку с недоумением.
 
— Простите, увлеклась, — продолжила она с неподдельным интересом. — А, вот самое интересное: тут сказано, что ему приписывали роман с младшей племянницей принцессы Дианы, и какое-то время он встречался с канадской моделью. Ходили слухи о его помолвке, но он не дает по этому поводу никаких комментариев. На данный момент не состоит в отношениях. — Эмили замолчала на секунду. Она говорила скорее сама с собой, но меня это нервировало. — Как же повезет той, которая станет его избранницей. — мечтательно протянула она.
— Кажется, ты собиралась на обед, — учтиво подметила я.
— Я решила остаться. Простите, я не хотела вам мешать, — смутилась девушка. — Просто…
— Тебе нечем заняться? — наконец спросила я, выдыхая. Мой вопрос прозвучал достаточно резко.
— Я просто думала… — смутилась Эмили. — Может, я принесу нам чего-нибудь сюда? Вы с утра сами не своя, отдохнули бы.
— Не нужно, — я схватилась за лоб. Голова раскалывалась еще с вчера. — Ближайший номер на носу, у нас много работы.
В дверь кабинета постучали.
— Наша скромная именинница, — сузила глаза Алекса О’лафлин, стоя на пороге. Коллега вошла внутрь с букетом цветов, а за ней и остальные сотрудники.
Празднество моего дня рождения растянулось на час. Я не выдавала своего смятения по этому поводу, поэтому терпеливо принимала поздравления.
— Кристина, это правда, что твой муж купил свидание с тобой под чужим именем? — в наш разговор вступила Тереза Гилберт из отдела финансов.
— Может быть, — пробормотала я, улыбаясь, но застигнутая врасплох. В этот момент я ненавидела саму себя. И Мэтта, из-за которого мне приходилось терпеть подобные вопросы.
— Эмили просто умничка, — подытожила Алекса, когда все постепенно стали расходиться по отделам. — Правда, болтливая немного…
— Она хорошо работает, — заключила за нее я.
— Согласна. Все же она проделала огромную работу во время своего испытательного срока. — говорила она, салютуя бокалом шампанского нашим коллегам, которые стояли напротив с пластиковыми тарелками с тортом. — Какой фурор произвела твоя вечеринка. Девочка даже пригласила Брэндона, мать его, Хартера, — Алекса повысила тон. — Твоего, видите ли, одноклассника. А ты скрытная стерва — прятала такой бриллиант!
Боже. Мы снова пришли к тому, с чего начали.
— Не в моих правилах хвастаться подобными связями, — монотонно протянула я, борясь с приступом панического расстройства. Для меня, как для журналиста, подобное было непрофессионально и соответственно, непростительно. — Тем более, выезжать за чужой счет.
— Это непростительно, — повторила Алекса мои мысли. — Но, надеюсь, у тебя есть на то веская причина.
«Когда мы перестанем говорить о нем?», — подумала я. Мне казалось, словно я снова очутилась за той партой в среднем ряду в школе, когда все спрашивали меня о Брэндоне.
— Он был так же горяч в школе? — шепотом спросила она, и мои глаза округлились. — Лакомый кусочек, я бы его попробовала…
— Боже, Алекса, — засмеялась я. — И ты туда же…
— Самый завидный жених в Америке твой знакомый, — добавила коллега. — Почему бы не обсудить это.
— Я не знаю, — солгала я, за секунду принимая исходное положение. — Он был самый обычным парнем.
Серьезно? И откуда во мне берет начало это чувство ревности, граничащее с глупостью?
— Не жалеешь?
— Что? — надломлено спросила я, едва выдавая себя с потрохами.
Это голос совести? В таком случае — черт бы его побрал, он сейчас совсем неуместен.
— Я имею в виду, не жалеешь, что не дружила с ним в школе? — Алекса вернула меня в реальность, поясняя свой вопрос. Я выдохнула. — Вы с Мэттом такие, типичные избалованные детки, — она читала меня как открытую книгу. — Не обижайся, но я не думаю, что ты проводила свое свободное время, занимаясь математикой.
«Я была его ассистенткой в работе над глоббером», — почти возмутилась я про себя. Нужно было успокоиться и взять себя в руки. «И его девушкой», — сама мысль об этом лезвием ножа полоснула по сердцу.