Противостояние эльфов (СИ)
— Что значила та печать? — спросил он, и дурное предчувствие овладело им.
Грифон оценивающе оглядел его, после чего, присев на задние лапы, начал свой рассказ:
«Несколько сотен лет назад этот мир обезумел. Раздираемый всеобщей войной, он должен был умереть вместе с Огненным Богом, проигравшим Великую Битву. Но в дело вмешался Демон Высшего Порядка. Он поймал последнюю непогасшую искру Огненного Бога и, дабы сохранить ему жизнь, спрятал её в ледяной шар, а вместе с ней, спасая от гибели и разрушения оставшийся мир, заточил в ледник большую часть земель и вод. Сотворив всё это, он покинул нас, но перед уходом поручил мне следить за печатью до тех пор, пока Огненный Бог не воскреснет, а в наши края не вернётся магия».
Дамиан оторопело слушал грифона, пытаясь понять, как же так получилось, что именно его появление древняя печать сочла за возрождение магии. Прежде он считал, что неплохо знал историю Каэра, как и то, что огромный ледник появился на исходе Последней Войны Драконов. Вот только в легендах и преданиях ему ни разу не доводилось встречать упоминание некоего бога. Дамиан вообще был уверен, что в этом мире существовали только демоны.
— И что же теперь? Раз мне удалось сломать демоническую печать, значит ли это, что ледник начнёт таять?
«Древний ледник состоял только из магии и уже рассеялся, — хмуро заметил Инайги. — А вот те льды, что наросли поверх него за все эти годы, вскоре начнут сходить…»
— Это может стать серьёзной проблемой, если и вовсе не превратиться в стихийное бедствие! — подумал вслух Дамиан. — Вы не знаете, можно ли как-то задержать их или растопить?
Ты же могущественный колдун, разве ты не знаешь, как поступить? — удивился грифон.
«Колдун? Да я даже не уверен, что всё ещё владею волшебной силой, а тот камень не выпил её из меня до дна!» — с горькой усмешкой подумал Дамиан.
«Печать вряд ли поддалась бы кому-то настолько слабому, у кого могла бы отнять всю магию», — возразил грифон, а кисточка на его хвосте снова начала нервно подрагивать. Похоже, ему не нравилась нерешительность Дамиана. И в чём-то он был прав. Дамиану не стоило распускать нюни и жаловаться, всё-таки он не маленький мальчик, а в первую очередь воин. И как воину ему следовало не впадать в панику, а скорее изучить противника. Он уже раздумывал, куда отправиться на разведку в первую очередь, чтобы оценить угрозу схождения ледника, но прежде чем пуститься в путь, ему сначала требовалось разъяснить ещё один важный вопрос:
— Инайги, вам ведь известно имя похитителя кристалла?
«Разумеется, известно, — Тон грифона стал громче и в нём звенели стальные ноты: — Я как раз летел разобраться с ней, когда тебе вздумалось сорвать печать!»
— С ней⁈ — переспросил Дамиан, решив, что ему послышалось. Не могло же такого случиться, чтобы какая-то женщина надумала в одиночестве отправиться в горы!
«Конечно с ней! С этой подлой демонической тварью!» — От раздираемой ярости грифон даже встал на дыбы. Опасно блеснули показавшиеся на передних лапах когти.
— Вы, случаем, не об агни Касайрис говорите? — предположил Дамиан, прекрасно зная нрав упомянутой им демоницы, но стоило только произнести её имя, как его тут захлестнула новая волна гнева, исходящая от собеседника.
«Она! — проревел грифон. — Конечно, это она! Мерзость преисподней! Да поглотит её Великая Бездна!»
— Но агни Касайрис никак не может стать королевой Каэра, да и зачем бы ей это, — заметил Дамиан. — Однако можно предположить, что она украла кристалл для кого-то другого!
«Другого? — Грифон на миг застыл в воинственной позе, а потом вдруг опустился. — И… ты знаешь для кого?»
— Есть один претендент, — недобро ухмыляясь, произнёс Дамиан.
* * *
Признаться, сообщая имя лорда Адвиля, Дамиан вовсе не рассчитывал, что грифон, собравшийся вершить возмездие, возьмёт его с собой. И уж точно он никак не ожидал, что удостоится чести лететь не в клюве, а на исполинской спине. Конечно, даже восседая между огромных крыльев, Дамиана вряд ли можно было назвать наездником, разве что случайным седоком. Однако полёт таил в себе гораздо больше сложностей, чем Дамиан предполагал. Его то и дело сносило порывами, нагоняемыми каждым движением крыльев, так что приходилось цепляться за ворсистую шерсть из-за всех сил. А ещё, скрываясь за широкой шеей грифона, было совершенно невозможно хоть что-то увидеть внизу, о чём Дамиан очень жалел. Всё-таки, взбираясь верхом, он думал, что удастся посмотреть на изменения ландшафта, отчасти из любопытства, но также из опасений перед грядущими последствиями. От мысли, что виденные им ранее ледовые толщи сойдут в море, становилось не по себе. И хотя Дамиан только мог представить себе, какие последствия их ожидают, внутри уже плескались недобрые предчувствия. В какой-то момент они всё же достигли Инайги, и грифон резко наклонился в бок. От неожиданности Дамиан чуть не слетел со спины, в последний момент вцепившись за шейную складку.
«Смотри!» — хмыкнул Инайги, чуть меняя наклон, так чтобы Дамиану удалось восстановить равновесие. Грифон сбавил скорость и опустился ниже. И, гордо паря у самых пиков гор, порой даже облетал кругом некоторые долины, позволяя рассмотреть новые земли. И Дамиан не мог поверить своим глазам. Прежде такие просторы ему приходилось видеть только в царстве нагов, да на Бэрлоке. Обширные долины тянулись до горизонта и казались бесконечными, в других местах высились каким-то чудом уцелевшие голые стволы деревьев, обещавшие по весне превратиться в леса. Толщи ледника в основном скрывали лишь низины, да горные ущелья. И всё же многие из них вызывали тревогу, особенно те, что выстроились в устьях рек и громоздись у пологих морских берегов. Однако, разглядывая открывшиеся огромные пространства, Дамиан невольно подмечал и хорошие места: удобные лагуны и отмели, прекрасно подходящие для будущих рыбацких деревень и торговых городов, небольшие плато, идеально годящиеся для фортов. А если в местных горах обнаружатся полезные металлы или драгоценные камни, то стоило устроить несколько предгорных поселений. У Дамиана даже дух захватывало от возможных перспектив! И как-то незаметно в эти мечты стал вклиниваться Инайги.
«К востоку есть залежи золотой руды», — как бы невзначай заметил он, указывая на смутно видневшуюся вдали горную гряду.
Затем, так же небрежно он бросил, что вероятно там сохранились ещё древние штольни, а в долине — руины старого города.
«Чёрная смерть не задела побережье, — глухо добавил грифон. — Если зимние шторма не добрались до них раньше ледника…»
Дамиан едва ли мог скрыть своё возбуждение. Город! Пусть даже остались только руины, он должен был его увидеть! Предчувствие чего-то невероятного мигом завладело им, так что не удавалось больше спокойно усидеть на месте. Нервно заёрзав, Дамиан слегка устыдился своей горячности. Повёл себя словно глупый мальчишка! Однако грифон, к удивлению, отнесся к столь ребячьему желанию довольно благодушно и, утробно хмыкнув, отклонился от маршрута, направившись к Тёмному морю. Чёрные воды шумно лизали подножья возвышающихся ледников и скалистые берега. Морозный воздух застывал в груди. Глаза слезились, так что всё вокруг перед глазами уже сошлось в одну неясную полосу, но тут грифон, сделав плавный пируэт, нырнул вглубь широкого ущелья и стремительно понесся вниз. Дамиан почувствовал его радость гораздо раньше, чем хоть что-то смог разглядеть. Там, в глубине, спрятанной между горами и ледниками, виднелись остроконечные башни. В солнечных лучах блеснул наконечник в виде звезды, и в сердце Дамиана ёкнуло от предчувствия чего-то необычного. Грифон ощутил этот порыв и пошёл на снижение.
«Надо же, уцелел», — задумчиво заметил Инайги, пролетая над городом.
Дамиан тщетно пытался скрыть досаду. Он надеялся, что грифон приземлиться и даст осмотреться, но тот лишь парил наверху, слегка сбавив скорость. Инайги так же оставался глух ко всем вопросам и мольбам, словно нарочно испытывая его молчанием. Он явно не планировал спускаться и не желал объяснять своё странное поведение. Под конец, сдавшись, Дамиан, чтобы хоть немного потешить своё любопытство, опасно свесился с шеи грифона. Но тот того словно и не заметил, продолжив свой полёт. Дамиан же уставился вниз, жадно впитывая всё, что удавалось разглядеть и, радуясь тому, что здесь, в укрытом горами и ледниками ущелье, было гораздо теплее, так что глазам вернулась былая резкость. Однако даже так он смог рассмотреть крайне мало! Почерневшие пики башен, обветшавшие провалившиеся крыши домов, потрескавшиеся и крошащиеся стены и фасады, щербатые и грязные мостовые и искорёженные ржавые фонарные столбы. Он успел разглядеть лишь необычную архитектуру: почти все дома имели широкие круглые окна, большие террасы и многочисленные балконы, что плохо вязалось с северным стилем и суровым климатом. Так же Дамиан отметил своеобразный городской лабиринт, ведущий к невысокой башне с большой круглой крышей. Видимо, то был зал собраний или что-то подобное. Чем дольше он вглядывался в необычные дома, тем сильнее разгоралось желание как можно больше узнать о бывших обитателях, но грифон всё так же не проронил ни слова, а едва они долетели до дальней стены, вновь расправил крылья, набирая высоту.