Противостояние эльфов (СИ)

— Проклятые эльфы! Вчера объявили войну, а сегодня уже громят нас! — утверждали третьи.
И с каждой минутой дворец полнился слухами, невероятными предположениями и диковинными историями. Старший конюх городил, что в порту разбушевался немного-немало, а настоящий кракен, ему вторил садовник, со страхом рассказывая, что видел у северных врат эльфийские корабли, которые уже жгут город, тогда как галдящие поварихи и служанки наперебой выкрикивали, что всё это проделки коварных демонов, устроивших на коронации жуткое представление.
Разыскивая королевские покои, Рена наслушалась множество нелепых версий, каждая из которых поражала своей неуёмной фантазией. И все они были весьма далеки от истины, каэрский народ предпочитал свалить любые обрушившиеся беды на чужестранцев, явления природы и даже мифического грифона, но, казалось, и в мысли не допускал возможный мятеж. Однако, проползая между кучкой обменивающихся слухами стражников, она поняла, что ошибалась. Бунтарские настроения проникли и во дворец, особенно будоража королевских стражников.
— Думаете, стоит служить королю-чужаку? — вопрошал совсем зелёный паренёк, по-видимому, недавно попавший на службу. — Мой отец до сих пор не может понять, как так получилось, что какой-то стражник не нашей крови смог стать королём!
— Редиан всегда был мерзким пронырой, — глухо отозвался неуклюжий молодой человек, небрежно одетый и стоящий вразвалочку. — Я много лет служил у Его Величества Йорана и могу зуб дать, что тут не обошлось без лекаря-папаши. Тот вечно подсовывал своего щенка королю, и, небось, что и вызнал, чего канцлер и аристократы прошляпили…
— Ты ведь уже давно во дворце, верно, Хьяр? — уточнил паренёк.
— А то, — буркнул с раздражением Хьяр. — Только меня и за семь лет верной службы не повысили, а этому щенку дали целый отряд спустя полгода! За какие такие заслуги, спрашивается⁈
— Слышал, говорят, этого самозванца поддерживают демоны! — вклинился третий. Это был довольно неспокойный стражник, вдобавок излишне суеверный. — Этот Редиан… ну то бишь наш теперешний король, мог и душу продать, чтобы на трон сесть…
— Я вот, что скажу, — заговорщически начал Хьяр, понизив голос. — Наши аристократы ещё мозгов не лишились совсем, и собираются этого щенка убрать с трона подобру-поздорову, и коли хотите выслужиться перед будущим королём, могу кой-чего и предложить.
— И что же? — полюбопытствовал юнец, тогда как более опытный страж тут же переменился в лице:
— Ты это, Хьяр, поосторожней, так и на виселицу не долго угодить!
— Да и уж лучше на виселице болтаться, чем этому щенку кланяться! — с презрением заявил Хьяр. — Ты, ежели трусишь, так вали и не мешайся!
Мужчина и в самом деле боязливо попятился, а потом и вовсе побежал прочь. Лучащийся самодовольством Хьяр склонился над юнцом и поведал о готовящейся засаде у восточный врат. Столь открытое предательство, заставило Рену присмотреться к подлому стражнику, который, похоже, уже собирал команду для бунта внутри дворца. Он так и ходил от отряда к отряду, от поста к посту, закидывая крамольные мысли. Одни, подобному первому мужчине, со страхом отмахивались от опасных предложений, другие демонстрировали верность короне, и лишь с десяток сомнительных людей всё же поддержали Хьяра. Очевидно, того это вполне устроило и, к радости Рены, он направился прямиком к королю. Вот только в королевских покоях её ждал крайне неприятный сюрприз. Магическая сила Дамиана внезапно выросла настолько, что просто так прорваться в его сознание уже не получалось. Рена тщетно пробовала зародить у юного короля хоть какие-то сомнения, но с тем же успехом она могла пытаться внушить что-то каменной стене. Дамиан её не слышал. Его сознание плотно закрывала магия, выстроив монолитные стены. Испытывая огромное разочарование, Рена неохотно отступила, но, немного подумав, всё же решилась увязаться следом.
Устроившись в кармане широкого королевского плаща, она осторожно оглядела собравшийся отряд и сразу же увидела нескольких мужчин, что дали согласие Хьяру. Почти все они, кроме того самого зелёного юнца, были уже опытными воинами, что внушало серьёзные опасения. Дамиан же всем своим видом показывал нетерпение. Окружившая его магия жаждала действовать. Она бурлила в нём, словно неистовая горная река, обещая вот-вот снести всё, что попадётся ей на пути, и беспечно толкала юного короля на безрассудные поступки, а Дамиан с почти нескрываемым удовольствием поддавался этому искушению. Он смело шёл прямиком в ловушку, уверенный в своих силах. И лишь когда завязался бой, а магия вырвалась на свободу, Рене удалось проникнуть в сознание Дамиана. Как и некогда во время испытаний, она вновь поделилась с ним своим змеиным чутьём и реакцией. Вот только в этот раз их было явно недостаточно. Как бы ни был быстр сам Дамиан, его лошадь мешала манёврам. Пока конница валилась на него гурьбой, это было не так заметно. Дамиан успевал сразить противников ещё до того, как его лошади приходилось менять направление. Однако стоило ему вступить в поединок с генералом, как медлительность гнедой превратилась в серьёзную проблему. Лошадь попросту не успевала за хозяином, а противник откровенно этим пользовался. Рена осторожно попыталась воздействовать на лошадь. Гнедая сначала только повела ушами, затем даже послушно дёрнулась в сторону, но уже в следующий момент с громким ржанием встала на дыбы и сбросила седока. Всё произошло так быстро и неожиданно, что Рена ничего не успела толком сообразить. Она вдруг оказалась в воздухе, вылетев из кармана. К счастью от любопытных глаз её скрыл длинный плащ, за складками которого она и пролетела до мостовой. Резкий удар мгновенно выбил весь воздух из лёгкого. На краткий миг Рена и вовсе потеряла всякую чувствительность, лишившись и зрения, и обоняния, и ощущения вибраций. Единственная соединяющая ниточка с внешним миром — ментальная связь с Дамианом — оборвалась, оставив Рену в одиночестве. Она тут же едва не угодила какой-то лошади под копыта, та проскакала в опасной близости, поднимая клубы пыли. В ней-то Рена и поспешила скрыться с мостовой, но так и не успела добраться до тени ближайшего дома. Ещё одна лошадь преградила ей путь. Нервно гарцуя, она отказывалась слушаться своего всадника. Тот тянул удила и настойчиво кричал «тпру», но лошадь продолжала наворачивать круги. Вероятно, она бы всё-таки затоптала Рену, если бы к незадачливому всаднику не подъехал другой боец. Подхватив чужие удила, он уверенным движением заставил беспокойную лошадь остановиться, а затем вдруг спрыгнул с седла и наклонился. Рена с удивлением уставилась на уже знакомого зелёного юнца из дворца. Он же широко улыбнулся и спешно подхватил её.
 
— Вам стоит быть осторожней, Д’тар Рена, — произнёс юнец голосом Торика. Она даже не успела его поблагодарить, как оказалась заткнута в карман.
— Что там, отыскал чего? — донеслось до неё сверху, и Рена с удивлением узнала голос Хьяра. Неудивительно, что именно этот неуклюжий стражник чуть не убил её!
— Да пояс свалился! — звонко и совсем по-мальчишески ответил Торик, а затем, похлопав по карману рукой, добавил: — Вот, подобрал!
Хьяр ухмыльнулся, но тут же его отвлекло нечто происходящее на улице.
— Да ты ж посмотри! Поганая собака! — выругался он и заворошился в седле. — Но ничего, сейчас я тебе покажу, кто у нас тут самый достойный!
— Что ты делаешь? — взбираясь в седло, спросил Торик.
— Вершу справедливость! — запальчиво заявил Хьяр, под свист выпущенной стрелы.
Вдали раздался негромкий вскрик, и улица стихла. Казалось, даже ветер и тот замолк, и в этой напряжённой тишине раздался самодовольный голос генерала.
— Хорошая работа, Хьяр!
«Что случилось?» — Рена осторожно коснулась сознания Торика.
«То, что и должно было случиться», — хмыкнул он, натягивая удила. Его лошадь внезапно попятилась.
— Эй! Ты куда? — с недоумением поинтересовался Хьяр. — Сейчас же начнётся самое интересное! Йохан вот-вот разделается со щенком!
«Дамиан! Что с Дамианом?» — Рена нервно заворочалась, собираясь высунуться, но уткнулась в прижатый локтем клапан кармана.