Итого или грозовые облака (СИ)

Валюша не отходила от нее, влюбившись в свою старшую подругу. Она уже все выболтала ей и про себя и про их отношения с Витей. Тот был безответно в нее влюблен, а она держала его на расстоянии — не был он тем, с кем хотелось бы прожить всю жизнь, еще не встретила, как смеялась она, слушая поучения Натки.
— Когда встречу того самого, то сразу пойму и выйду за него, чего бы мне этого не стоило.
— А если тот уже занят или даже женат, тогда как? — расспрашивала удивленная Натка.
— Отобью, — решительно говорила та, — Мой! И всё!
Натка, слушая ее речи, качала головой. Она так бы не смогла. Вот и с Юрием получилось, что она просто ушла в сторону и не стала бороться за свою любовь. И может зря! Может, надо было, как эта девушка, что будет драться за свою половину.
Прошло достаточно времени, как Натка определилась со своим решением, и это успокоило ее. Она больше времени начала уделять Иванычу и все теснее становились их отношения. Теперь им обоим было, ради чего жить, теперь они были друг у друга.
Сейчас начальство распорядилось сделать последний привал перед длинным походом к месту посадки вертолета. Установили палатки, организовали костер и временное место для приготовления и приема пищи. После ужина, Натка перебрала свой мешок и уплотнила его, пересчитав оставшиеся патроны и пайки. Скоро все это уже не понадобиться, но привычка готовить рюкзак к походу, остался, и девушка делала это автоматом. Проверила тщательно карабин и протерла его. Иваныч также все делал со своими вещами и оружием. Оставив дежурного у костра, отправились спать, растянув палатки. Натка легла к женщинам и долго не могла уснуть. Вскоре ей придется давать самый важный вопрос — быть женой или повременить. Она вертелась, пока не проснулась Валюша.
— Ты чего? — прошептала она, глядя на Натку сонными глазами.
— Так, ничего. Спи, — ответила та тихо.
— Уснешь, тут, — проворчала Валя, — пойду в кусты, раз проснулась.
Она начала подниматься и задела Нюру. Та тоже открыла глаза и уставилась на неспящих подруг.
— Вы че это?
— Спи-спи, — ответила шепотом Валя, — мы с Наткой пописать.
— А, — зевнула она, — Тогда ладно.
И повернулась на другой бок.
Девушки выползли задом из палатки и огляделись. Была светлая ночь. Луна так освещала полянку, будто над ней висела огромная лампа. Сидящий у костра Алексей клевал носом в колени. Костерок уже притухал. Натка подошла и подбросила несколько щепок в огонь. На звук ломающихся веток, проснулся сторож. Открыл глаза, увидев девушку, мотнул в узнавании головой и вновь склонился на колени. Девушки ушли за первые кусты, что росли недалеко и опрастались.
— Тебе не кажется, что здесь как-то странно пахнет? — спросила Валя, подтягивая джинсы.
— Как? — удивилась Натка.
— Тоже дымом, — ответила та.
Натка потянула носом, затем прошла пару метров и вновь понюхала.
— Странно, — проговорила тихо, — точно дымом. Но откуда?
Она прошла еще, сделав круг побольше. Пахло и пахло именно дымом, и он становился все явственнее. Тут мимо них, задевая за ноги что-то проскочило, затем послышался странный шум — это ломались ветки, будто кто большой шел недалеко. Потом шум увеличился, и девушки увидели лося. Его огромная голова выделялась на темном фоне освещенной поляны. Он постоял, потянул носом и бросился в сторону. Натка, ахнула.
— Пожар! — выкрикнула она, — Лес горит! Бежим к нашим!
Они рванули к месту лагеря с криками: — Пожар! Пожар! Вставайте!
С удивлением и матершиной выскакивали из палаток полуодетые люди. Между ними уже метались какие-то тени, похожие на мелких грызунов и кабанчиков. С писком и визгом отскакивали женщины, когда натыкались на бегущее зверье, кричали начальники.
— Хватаем свои мешки, оружие и образцы, — выкрикивал команды Иван Николаевич, попутно одеваясь и прихватывая вещи, — Не теряемся. Идем за Иванычем.
Уже многие почувствовали запах дыма, но необходимо было успокоиться. Так советовал бывалый охотник, останавливая панику.
— Собирайтесь около меня, — кричал Иваныч, — Берите только самое нужное. Остальное не важно. Сейчас главное — уйти от огня, как можно дальше. Воды, возьмите с собой всю воду. Приготовьте полотенца, чтобы обмотать лицо от дыма.
 
Вскоре, бросив палатки и некоторые ящики с коробками, сгрудились вокруг Иваныча, с волнением заглядывая на него. Он обвел глазами толпу и махнул рукой.
— Все идем цепью и присматриваем друг за другом. Если что не так, обязательно кричите. Будем помогать все вместе. Главное — не терять друг друга из виду. Понятно? Все за мной и Наткой.
Цепочка не получилась, получились какие-то группки: Иваныч с Наткой впереди, за ними Валя с Нюрой и Вовой, затем шли начальник и зам и завершали строй Витек с Алексеем. Шли параллельно движению зверья, что часто попадалось на пути следования. И если человек понимал это происшествие, то животные пугались еще и людей и бросались в стороны, иногда сшибая друг друга. Раздавались писки и тяжелый хрип, уходивших от пожара. Людям тоже было нелегко. Дым уже начал подкрадываться к ним, и его можно было уже разглядеть в рассеивающейся темноте.
— Закрыть мокрыми полотенцами лица! — прокричал Иваныч, приостанавливаясь.
Все начали суматошно завязываться и обматываться мокрыми тряпками. Показав в сторону, Иваныч повел своих, буреломом. Перепрыгивая через поваленные деревья и продираясь сквозь кустарник, они вскоре достигли оврага. Съехали по нему на дно и побежали вслед спешащему проводнику. Они уже не спрашивали, они бежали. Здесь уже было мало дыма и можно было опустить обмотки с лица. Через час уже совсем стало светло, и они выбежали на опушку леса. Тут вовсе не чувствовался дым, его уносил начавшийся ветерок.
— Как ты думаешь, Иваныч, — обратился начальник партии, вытаскивая карту и компас, — где мы сейчас? Как далеко от вертолета?
Они склонились над картой, а все остальные повалились на землю. Одни сидели, другие лежали с закрытыми глазами. До сих пор не верили, в то, что сегодня произошло: этот пожар, паника, их пробежка. Они успокаивались, пили воду и тихо переговаривались, обсуждая ситуацию.
— Слушайте сюда, — подошел начальник к сидевшей группе, — Мы ушли из зоны поражения и задымления. Сейчас отдыхаем, приводим себя в порядок, и будем двигаться новым маршрутом. Наш Иваныч выведет нас к реке, она здесь, неподалеку. Там могут быть рыбаки, и даже небольшие их поселения. Сейчас кто-нибудь залезет на дерево, как можно выше и осмотрит горизонт для проложения безопасного пути. Кто пойдет?
— Я пойду, — вскочила Натка, — уже был опыт. К тому же у меня бинокль.
Начальник кивнул, и девушка быстро подбежала к дереву, на который ей указал Иваныч. Влезать было сложно, как и на любое другое с разновеликими ветвями. Она чуть было не сорвалась, наступив на одну из тонких веток. Но сноровка и крепкое тело среагировало и она, подтянувшись на руках, продолжила путь. Усевшись на одну из крепких лап сосны, приложила бинокль к глазам и огляделась. Совсем недалеко поднимался дым, но он был светлым и рассеивался, а дальше заполонил полгоризонта, поднимаясь к небу. Они были в стороне и ветер дул им в лицо. Натка слезла и показала на карте направление пожара и дыма. Посовещавшись, пришли к выводу, что указания следования у Иваныча правильные и все, вновь, двинулись за ним. Они уже не бежали, но спешили. Ветер переменчив, и они могли оказаться в центре пожара. Тогда всем просто не выбраться.
Им повезло, они добрались к вечеру до реки и остановились на постой. Нужно было поесть, отдохнуть и начать строить плот. От оговоренной площадки с вертолетом ушли далеко, радиотелефон не потеряли на той поляне, когда впопыхах собирались, но он пока не работал, и теперь вся надежда была на Иваныча. Его опыт, чутье и сноровка должна помочь им выбраться из этой непростой ситуацией. И еще смотрели в небо — вдруг появится, на счастье, вертолет. А пока готовились ночевать и поесть. Зажгли костерок, сварили горячее, пили чай. Уже ночами было прохладно, и все устраивались у огня, подкладывая на землю лапы елок. Долго переговаривались, обсуждая ситуацию. Было мало возможностей для хорошего и основательного строительства плота: только топоры для рубки и то их всего два больших и три маленьких, для обрубки веток, совсем не было веревок, для скреплений бревен, и уж никто не имел опыта сплава, по речке с довольно быстрым течением. Отложили все на завтра и постепенно уснули, под перекаты и шум недалекой реки, по которой хотели уйти от беды.