Бывший (СИ)

Под покровительством уважаемого в городе бизнесмена мы перестали бояться. Я получила почти физическое удовольствие, объявляя лысеющему мужику с портфелем, чтобы катился к черту, то есть к моему бывшему мужу, своему боссу. К нам прекратили наведываться чужие юристы, зато клиентов стало в разы больше.
Игнат с хлопком открывает шампанское, разливая сверкающий напиток по хрустальным бокалам. Ослепительная радость распирает грудную клетку. Ощущаю полное удовлетворение. Я очень довольна. У нас все получилось.
— За нас! — смотрит на меня Игнат с восхищением.
Мне немного неудобно от этого пронзительного взгляда.
Чокаемся, расположившись возле моего рабочего стола.
— Да, это шикарный день. Мы подписали все документы и даже получили внушительную сумму на развитие, — прикасаюсь губами к кромке бокала, полностью довольная собой.
Настроение просто отличное.
— Предлагаю поехать в клуб! — подпрыгивает от нетерпения на месте Ирка, создав музыкальное сопровождение в виде музыки на своем мобильном, — Никита звал.
— Надеюсь, не в тот клуб по интересам, где все трахаются? Отвратительное место, — берет кусочек сыра с тарелки Игнат, медленно кладет его в рот и тщательно прожевывает.
— У тебя проблемы с сексом? — психует Ирка, воспринимая претензию на свой счет. — Ты его боишься? Не все выходит гладко? Падает раньше времени? Как ты собрался ухаживать за моей подругой, если у тебя проблемы с потенцией?
— Тебя спасает только то, что ты женщина, — загоняет Ирку в угол Игнат, наступая и заставляя сесть на подоконник.
При этом заглаживает волосы назад и тянет вниз очередной клетчатый жилет.
— Прекратите ругаться и вести себя как дети. Ира, следи за языком, пожалуйста.
— Извинись, сейчас же, — требует Игнат.
— Бла-бла-бла! — машет руками перед его лицом Ира, раззадоривая юриста еще больше.
Детский сад продолжается, а я застываю, поднимая трубку. Одна из моих работниц сообщает о подъехавшем к дому мощном внедорожнике. Выхожу на улицу, не желая разборок внутри пекарни.
Машина блестит на солнце, сверкая черным бампером. И я не могу разлепить губы — во рту все пересыхает от предвкушения. Как глупая курица надеюсь, что это он. Не выношу его и так хочу увидеть. Сердце колотится от странной смеси восторга и ненависти — словно я готовлюсь прыгнуть в пропасть. Свет яркого солнца меркнет, потому что подонок, подъехавший к нашей пекарне, великолепен. Тимур выходит из автомобиля, гордо вскидывая подбородок. Мой бывший муж выглядит на пять с плюсом. Его короткие волосы тщательно уложены, дорогой пиджак красиво облегает мускулистые плечи и грудь. Не могу отвести глаз. В душе всё вскипает от чудовищной несправедливости, обиды и досады, но в то же время восторга, потеснившего даже боль унижения. Ну почему я так сильно на него реагирую?
Беру себя в руки. Даю установку, что справлюсь. Больше не буду демонстрировать эмоции. Я изменилась, я выросла. Та девочка, безумно влюбленная в него, давно умерла. Есть женщина, достигшая успеха. Я уверена в себе, чудесно выгляжу, у меня бизнес. На мне белоснежный офисный костюм с приталенным пиджаком и короткой юбкой, отличная прическа с распущенными волосами, красиво спадающими на плечи, и классические белые туфли-лодочки. Бывший? Да пошел ты в жопу, бывший.
Айвазов расхаживает по участку в своем стильном кожаном пиджаке и гольфе в тон, осматривается. Весь в черном. Без преувеличения — это выглядит обалденно. Бешу саму себя тем, что не могу не признать этого. Мы с ним как на шахматной доске. Я белая королева, а он играет черными. Ну что же? У белых всегда преимущество.
— Что он делает? — выходит ко мне Игнат с шампанским, на секунду раздражая своим появлением.
Одергиваю себя и, улыбаясь, принимаю бокал из его рук, пью.
Тимур хищно осматривается, молча оглядываясь по сторонам. Пью шампанское, наблюдая за ним.
— Бесится, — снова улыбаюсь Игнату, отвечая на его вопрос.
— Неприятный тип.
— О, да, — усмехаюсь. — И он злится, что я пошла к его конкуренту. Очень злится.
— Он так и будет ходить вокруг дома?
 
Пожимаю плечами. Понятия не имею, что он задумал. Мне нет никакого дела до его зэхеров. Я достаточно выплакала слез из-за Тимура. Каюсь. Да, ошиблась. Да, достала ревностью, но больше этого не будет.
— Пойдем, — беру Игната под руку, разворачивая. — У нас есть еще шампанское?
Сердце колотится быстро и часто, чую беду, но усилием воли заставляю себя отвернуться, смотреть перед собой, не поднимая глаз на бывшего.
— Стой на месте, Татьяна! — командует Айвазов, не удосужившись поздороваться.
Не выдерживаю, смотрю на Тимура. И тут же жалею. Одним своим видом бывший муж сводит меня с ума, заставляя совершать поступки, которые после кажутся дикостью. Но я сжимаю зубы, на приказ не реагирую. Иду дальше.
— Тимур, не помню, как Вас там по батюшке. Вы забываетесь! — неожиданно заступается за меня Игнат. — То, что Вы вовремя наворовались, не дает Вам права так разговаривать с женщиной.
Игнату объяснимо не нравится мой бывший. И хотя отношения у нас явно враждебные, он чувствует, что рядом с Айвазовым я сама не своя. Поворот неожиданный. Вот уж не думала, что Игнат такой смелый. Смотрю на стремительно темнеющий взгляд бывшего мужа, осознавая, что со стороны Игната — это глупо, но похвально. По спине пробегает дрожь. Это ужасное ощущение собственной беспомощности. Втыкаю ногти в кожу ладоней, сдерживаясь. Он уедет, сейчас выскажет свое «фе» и свалит. А я буду сильной, не повторю ошибок прошлого, не буду за ним бегать, плакать, унижаться, орать. Сумею быть другой Таней. У меня есть характер.
— Ты что наделала, мозгоклюйка? — усмехается бывший, но веселья в глазах нет, только злость и претензия. — Ты меня очень расстроила, — ходит туда-сюда Айвазов. — А расстраиваться я не люблю.
Игнор лучшее оружие, но Игнат им пользоваться не собирается:
— Для Вас она — Татьяна Сергеевна. Я повторяю, если Вы не прекратите обращаться так неуважительно, то…
— То что? — равнодушно вскидывает глаза Тимур.
И тут Игнат меня поражает, видимо, действует шампанское. Он так легко пьянеет. Игнат выходит вперед, спускаясь к Айвазову, по-петушиному выпячивая грудь.
— Уходите! Иначе я вызову полицию.
Айвазов спокойно разворачивается и быстрым движением заламывает руку Игната за спину. Раздается громкий хруст. Игнат кричит от боли. А я в ужасе прижимаю ладони к губам.
— Сейчас же отпусти моего юриста! — теряю я самообладание.
Так хорошо держалась, почти гордо ушла, красиво хлопнув дверью.
— Снежная королева изволила заговорить. Твой юрист — тряпка, — улыбается Тимур, но это больше походит на оскал зверя.
Я закипаю, ставлю бокал на ограждение и, стуча каблуками, быстро спускаюсь по ступеням.
— Не оскорбляй незнакомого тебе человека! И сейчас же отпусти его!
— Мой адвокат зубами может перегрызть провода, а твой пищит как девчонка.
— Может ты ему мало платишь? И от этого он вынужден жрать проводку?
Айвазов усмехается. Его внешняя привлекательность бесит до невозможности.
— Отрадно, что твое остроумие никуда не делось за восемь лет.
Игнат и вправду издает странные звуки, а бывшему опять удается вывести меня из себя. Несправедливо. Сегодня победила именно я. Моя пекарня осталась за мной. Тимур проиграл и должен смириться. Главное — не орать. Он специально это делает — выводит меня на эмоции, чтобы потом посмеяться и сказать: «А ты не изменилась, Татьяна!»
— Зачем ты приехал, Тимур? — говорю как можно спокойнее.
— Проезжал мимо, — равнодушно отпускает скулящего Игната, затем стряхивает невидимые соринки с пиджака. — Почему я не помню этот дом?
Демонстрация силы проходит на «ура», мой юрист выглядит жалко. Зло смотрю на бывшего, покручивая в пальцах опухшую руку Игната, проверяя ее на предмет повреждений. А Тимур в этот момент заставляет меня задохнуться, совсем не к месту бесстыже скользя по моему телу своими жадными ореховыми глазами. Мне становится жарко.