Бывший (СИ)

— Тебе письма пачками приходят. — Потрошит корреспонденцию Игнат.
— Ира любовью занялась. Я тут зарываюсь.
— Уволь её.
— Она скоро успокоится.
— Ты слишком добрая. — Он распечатывает один за другим конверты. — Танюша, тут письма о том, что тебе необходимо покинуть дом в кратчайшие сроки! Почему ты не показала мне? Я твой юрист.
На самом деле, Игнат не настолько прагматичен. Он влюблен в меня, и я это знаю. Наверное, мне повезло. Он специально говорит сухо, стараясь не показывать свою привязанность. Но я не дура, Игнат уделяет мне свободное время, всегда появляется, когда нужно. Вон почту мою разбирает, сидя рядом.
Тайком рассматриваю его, напрочь забыв о страшном письме. Он носит костюмы в клетку, стильные жилетки и узкие брюки. Но мне приходится силой отгонять от себя мысли о бывшем. На Айвазове брюки сидят лучше.
Анализировать достоинства Игната можно целыми днями. Он правда хороший. Как бы хотелось влюбиться в него, как в юности, как в бывшего мужа. Забыться! Рядом с Игнатом любая нормальная женщина будет счастлива. Но я, по всей видимости, ненормальная, раз меня раздражает его настойчивость и жилетка в клетку.
Неужели не наелась того периода, когда в голову Айвазова летели чашки и тарелки, когда от крика закладывало уши? Но при этом так хотелось объятий и поцелуев. Сейчас не хочется.
— Добрый день! — Настойчиво барабанят в дверь. — Я пришел к вам с предложением.
Сразу догадываюсь, что именно этот седой мужик с портфелем закидывает меня письмами. Слишком озабоченный у него вид.
— Ни дом, ни пекарня не продаются! — отвечаю на автомате, привыкла. Это место хотят заполучить многие.
— Вы не знаете, с кем связались.
Ну почему же не знаю? Как раз сейчас, впервые, в руки взяла письмо, на котором герб есть с печатью и названием компании «Aivazov».
  
Глава 5
 
Таня
Я расхаживаю туда-сюда по крыльцу дома, пытаясь придумать, что делать, но никак не получается. Это моя пекарня! Любимая, дорогая, я душу в неё вкладываю.
— Таня, они не шутят. Человек Айвазова непрозрачно намекнул, если мы не продадим землю с домом и пекарней в кратчайшие сроки, к нам станут наведываться различные инстанции, мы разоримся от штрафов. Всегда можно найти нарушения, если задаться такой целью. А ещё, цитирую: «Кредитор может потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с процентами за фактический срок кредитования, если заемщик нарушает срок возврата долга и процентов». У нас всё в порядке по этим вопросам? Потому что, если банк потребует вернуть займ… — Игнат качает головой, сжимая губы.
— Я надеюсь, — перебиваю Игната. — Этим занимается Ирка, но сейчас она сама не своя. Она, как со своим Никитой связалась, — хлопаю себя по лбу, — совсем голову потеряла.
Мне хочется зарыдать в голос.
— А я говорил, что ты слишком добрая, Тань.
— Ты же юрист, сделай что-нибудь!
— Вот именно, я юрист, а не волшебник. Давай, подумаем логически. Этот Айвазов предлагает большие деньги. Мы сможем покрыть кредит и открыть предприятие на новом месте, менее ценном, с точки зрения географического положения, но мы не останемся с голой жопой.
— Вот говнюк!
— Я пытаюсь помочь. — Отворачивается Игнат.
— Не ты, Айвазов — говнюк. Это дом моей тетки! Я в два годика здесь босиком бегала по песку.
— Тань, он «акула» бизнеса. Ты знаешь, сколько всего у него в собственности? Сколько людей у него в подчинении? — Игнат, как всегда, спокоен. — Вряд ли он сам, лично, знает о твоей пекарне. Ему нужна земля. Ткнул в карту, сказал своим землю добыть любым способом. Они стараются.
Знаю я, насколько он богат и влиятелен. Я позорно прогуглила, когда вернулась домой из борделя.
— Понимаю, ему нужен кусок моей земли.
— Совершенно верно. Он не заморачивается развешанными на твоих стенах фотографиями бабушки. Это благородно с его стороны — предлагать такую сумму за дом и пекарню. Они стоят гораздо меньше.
— Может, в ножки ему покланяться?
— Таня, тебе стоит быть сдержанней. Это бизнес. Он бывает жестоким. Ты сегодня совершенно другая, я не узнаю тебя.
 
Меня это раздражает. Да, обычно я куда менее эмоциональна, но когда дело касается бывшего мужа…
— Игнат, ты предлагаешь сдаться?
— Я предлагаю подумать и всё хорошо взвесить. Мы не сможем ему противостоять. Такие люди, так или иначе, получают своё.
— Идём! — Стуча каблуками, направляюсь к машине. — Сколько времени нам дал этот с портфелем?
— Мало.
— Замечательно. Значит, нам надо поговорить.
— С кем ты собралась разговаривать?
— С Айвазовым!
— Безнадежно.
— Посмотрим!
Игнат ведёт машину, то и дело поглядывая на меня.
— Не расстраивайся, Танюша, мы построим всё заново.
Мы, мы, мы! Нет никакого «мы». Игнат раздражает этим своим «мы». И я не расстроилась, я просто в бешенстве.
— Не думаю, что он нас примет, Танюш. — Выглядывает в окно машины Игнат, смотря на офисное здание из стекла и бетона, явно пытаясь определить количество этажей.
Снимаю заколку, расчесываю волосы, скидываю пиджак, обновляю губную помаду. Это всего лишь бывший муж. Он не зверь какой-нибудь, он человек, которому я когда-то носки с трусами стирала. Унизительно просить его, но он должен понять.
— Здравствуйте, я могу поговорить с Тимуром Назаровичом? — Осматриваю я огромный зеркальный холл бизнес-центра «Aivazov».
— С генеральным директором? — Геометрически выверенные брови секретаря в удивлении летят вверх.
— У вас есть другой Тимур Назарович?
— Он не принимает людей с улицы. — Теряет она ко мне интерес, возвращаясь к компьютеру. — Вы можете записаться на приём в отдел по связям с общественностью. Написать заявление. В ближайшие две недели ваш вопрос будет рассмотрен.
— Я предупреждал, Тань, — берёт меня под локоть и оттаскивает от стойки Игнат.
Смотрю на сверкающий постер с физиономией бывшего под логотипом компании и хочется плюнуть. Слишком рано мы с ним поженились. Поспешно поженились — скоро развелись. В этом вся проблема. А может быть, если бы мы не развелись, он бы не стал тем, кем стал. Я читала историю того, как он разбогател, она немного сказочная. Но миром правит везение. Есть люди, постоянно выигрывающие в лотерею, вот и к Айвазову деньги липнут сами.
Дальше я скорее чувствую его приближение, чем вижу. До смерти не хочется походить на бабу, прознавшую о богатстве бывшего и решившую воспользоваться этим. Но мне нужна моя пекарня и мой дом. Он первый начал, решив, пусть и неспециально, отобрать у меня всё, что мне дорого.
Приложив к уху телефон, Айвазов движется к выходу из здания. Тимур изменился, я жила с привлекательным парнем, сейчас он мужчина, от которого в прямом смысле подкашиваются ноги. Оглядываюсь по сторонам, все женщины в этом помещении смотрят только на Айвазова. Есть в нем что-то демоническое, особенно темный взгляд исподлобья. Теряюсь, вся моя смелость улетучивается. Улучшенная версия бывшего мужа смущает меня. Он и раньше был симпатичным, но сейчас просто шикарен.
Так, стоп. Не стоит будить остывший вулкан, вспомни, сколько он крови тебе выпил. Он просто бывший. Ты там уже была и ничего хорошего не вынесла.
Мгновение я ещё надеюсь, что девица за стойкой остановит его с криком: «К вам пришли». Но она равнодушно отворачивается, отвечая на телефонный звонок. Мне приходится действовать самостоятельно, решительно двинувшись Тимуру наперерез.
От неминуемого приближения к бывшему мужу я задыхаюсь и злюсь. Такой гнев внутри загорается, будто не было восьми лет порознь. Вспомнилось всё! И страсть, и ссоры, и гнетущая безысходность от его: «Я больше не люблю тебя». Надо быть честной перед самой собой, я не смогла простить ему не миллион ссор до этого, а эти простые пять слов. Так легко у него получилось их произнести. Я вот не смогла вслух, а он раз — и всё.
Вижу бывшего мужа, и волна воспоминаний и чувств выплескивается наружу. А как загнать её к горизонту обратно? Я не знаю.