Дом, где живет смерть

— Тогда положите шпильку обратно, и пусть полиция разбирается, — предложил Бэрридж.
О’Брайн заколебался. Было видно, что в глубине души он боится, что шпилька все-таки сослужит Патриции дурную службу.
— Нет, — наконец сказал он. — Я туда больше не пойду.
Бэрридж был не настолько бессердечен, чтобы спросить, почему он отказывается, если уверен в ее невиновности.
— Не стану настаивать, но при одном условии: вы в моем присутствии скажете мисс Крайтон, что нашли шпильку в столовой, и спросите, ее ли эта шпилька.
О’Брайн понял его замысел, однако был вынужден согласиться.
Их приход обрадовал Патрицию, и она сделала знак горничной, чтобы та ушла.
— Вы уже все выяснили?
— Да, — ответил Бэрридж, опередив О’Брайна, чтобы тот не сказал, что Тэмерли отрицает убийство Крайтона и таким образом, убийца еще не установлен.
Пат сидела на диване, зябко кутаясь в пушистый плед.
— Одно хорошо, что все уже кончилось, — сказала она.
Когда Бэрридж не видел ее, то спокойно обдумывал вероятность ее причастности к убийству и заготавливал приманку для ловушки, но теперь он почувствовал себя человеком, совершающим неблаговидный поступок. Однако сценарий был уже разработан — он выразительно посмотрел на О’Брайна, показывая, что пора выполнять их договоренность.
— Я нашел в столовой оригинальную шпильку, — сказал О’Брайн, прилагая отчаянные усилия, чтобы внешне сохранить спокойствие. — Ваша?
Пат взяла шпильку из его невольно дрогнувшей руки.
— Моя.
— Посмотрите лучше, — сказал Бэрридж.
— У меня таких несколько.
— Молчите! — крикнул О’Брайн.
— Почему? — Пат растерянно переводила взгляд с него на Бэрриджа. — У вас странный вид… Почему вы на меня так смотрите?
— Когда вы в последний раз пользовались ими? — спросил Бэрридж.
— Вчера, когда делала прическу.
— Вы были в комнатах вашего дяди после вчерашнего обеда?
— Нет… то есть да. Сегодня утром, я же первая туда вошла.
— А кроме этого?
«Неужели она до сих пор не догадывается, где О’Брайн. нашел ее шпильку?» — думал Бэрридж.
— Кроме этого утра? Нет, я туда не заходила.
— Мисс Крайтон, шпилька лежала возле тела вашего дяди. Как она туда попала?
Пат широко раскрыла глаза:
— Моя шпилька? — Она провела рукой по лбу, словно силясь проснуться. — Вы нашли ее у дяди? Но вы же сказали, что в столовой?..
В ее глазах, обращенных к О’Брайну, было недоумение, но и только.
— Говорите! — требовательно сказал О’Брайн. — Объясните, как она там оказалась. Почему вы молчите? Скажите же что-нибудь! Ведь не может быть, чтобы…　
— Но мне нечего сказать, — беспомощно ответила Пат. — Я сама не знаю, как она туда попала. И почему вы то требуете, чтобы я молчала, то заставляете говорить как раз тогда, когда я не знаю, что сказать?
— Когда шпилька валяется на полу, естественно предположить, что она выпала из прически, — заметил Бэрридж.
— Да, — согласилась Пат.
— Но для того, чтобы выпавшая из вашей прически шпилька оказалась на полу комнаты мистера Крайтона, необходимо, чтобы вы там побывали, и поскольку вчера в обед там делали уборку, побывали после обеда. Вы понимаете?
— Не-ет, — протянула Пат. — Я точно помню, что делала, а чего не делала. После вчерашнего обеда я входила туда только сегодня утром.
— Это не годится! Утром вы зашли в другую комнату и к телу не подходили. Шпилька не могла отлететь так далеко. Я сказал, что она лежала возле тела, но, если быть точным, она лежала под телом.
— Прекратите! — крикнул О’Брайн. — Перестаньте ее мучить!
— Мне не нравится ваш тон, мистер О’Брайн,　
О’Брайн ответил ему взглядом, полным ненависти, однако Бэрриджу было известно уже слишком многое из того, что О’Брайн желал сохранить в тайне, и тот не мог позволить себе поссориться с ним.
— Извините, — нехотя сказал он.
Из них троих самой спокойной была Патриция.
— Мистер Бэрридж, я бы рада удовлетворить ваше любопытство насчет моей шпильки, но ума не приложу, как она там очутилась.
Ее искренность обезоруживала Бэрриджа, и у него язык не поворачивался сказать этой девочке с большими карими глазами, что вместе со шпилькой ей, по сути, предъявлено обвинение в убийстве.
 
— Между прочим, Тэмерли отрицает, что убил он. — Это было все, на что он решился.
— Как же так? После того как он выталкивал меня в окно?
— Он признал, что хотел его убить, но упорно твердит, что, когда он вошел туда, мистер Крайтон был уже мертв.
Пат подперла щеки ладонями:
— Какой сегодня долгий день… Я очень устала. Кажется, что с утра прошло уже очень много времени. А дождь все идет…　
О шпильке она словно забыла. Напомнил О’Брайн.
— Парик! Она выпала из парика!
— Кто выпал? — спросила Пат с таким искренним непониманием, что Бэрридж не знал, что и думать.
— Шпилька, ваша шпилька! Она выпала из парика, который был на Тэмерли, — с радостным оживлением пояснил О’Брайн, взяв у нее злополучную шпильку.
Но Пат разом разбила его надежды:
— Шпилька из набора, который у меня совсем недавно, а парик я с лета не доставала.
О’Брайн застонал:
— Зачем вы это говорите!
«И впрямь, зачем?» — подумал Бэрридж. — «Хотя версия с париком все равно очень шаткая. Наверняка Тэмерли его предварительно подстриг, и шпилька не удержалась бы».
— А почему мне не надо этого говорить? Что с вами?
— Ничего, со мной ничего, но вы…　
О’Брайна прервал стук в дверь.
— Войдите.
Вошла горничная, которая сидела с Пат, пока их не было.
— Сэр, как вы распорядитесь насчет обеда? — спросила она у О’Брайна.— Подавать, как всегда, в столовую?
— Да.
— Я обедать не буду, — сказала Пат. — Принесите мне бутербродов и ананасовый сок.
— О, сэр, никак вы нашли ее? — воскликнула горничная, глядя на шпильку в руках О’Брайна.— А я с ног сбилась, весь пол здесь обшарила, думала, закатилась куда-то.
— Вы искали эту шпильку? — спросил Бэрридж и подумал: сейчас выяснится, что Патриция, которая искусно разыгрывала перед ними полное непонимание, вместе с горничной повсюду искала шпильку, не решаясь искать лишь там, где она выпала из ее прически.
— Да, сэр, я позавчера все комнаты обыскала, но так и не нашла.
— Позавчера?
— Да, сэр, позавчера.
— Дядя подарил мне набор египетских гребней и шпилек,　сказала Пат. — Ему нравилось, когда я делаю прическу. Шпилек было почему-то одиннадцать, и я решила, что одну уронила, когда открывала коробку. Должно быть двенадцать. Я поискала на ковре, но без толку, ковер у меня пестрый и с длинным ворсом, видно плохо. Джейн тоже искала и тоже не нашла.
— Вы можете идти, Джейн, — сказал О’Брайн,а когда горничная ушла, воскликнул: — Теперь все ясно! Мистер Крайтон, осматривая подарок, сам выронил одну шпильку. Причем она упала не на пол, а на столик, с пола Джейн подняла бы. Там шпилька пролежала сутки, а вчера, когда уборка была уже закончена, мистер Крайтон случайно смахнул ее на пол.
На этот раз Бэрридж был с ним согласен, а Пат так и не поняла, какой опасности избежала.
— Мистер Бэрридж, я должен на вас молиться, — серьезно сказал О’Брайн, когда они вышли в коридор. — Если бы не вы, я из-за этой проклятой шпильки взял бы на себя убийство и этим оказал услугу одному Тэмерли, потому что убил все же он. Из-за шпильки я в какой-то момент поверил, что он не убивал, но теперь ясно, что он врет.
Они поравнялись с комнатами О’Брайна.
— Зайдемте, — предложил он. — Коньяк еще есть.
Бутылка стояла на полу там, где они ее оставили, когда пили с Патрицией.
— Тут уже мало, — сказал О’Брайн, поднимая бутылку, — я принесу новую или что-нибудь другое? Что вы предпочитаете? Здесь есть все, что угодно.
— Мистер Крайтон любил выпить?
— Он практически не пил. Пока жил в Лондоне, пил очень умеренно, при случае, а здесь совсем перестал — рюмку вина за обедом и все. Однако он считал, что в доме должна быть выпивка на любой вкус. Тэмерли такие коктейли делал… Он и был их основным потребителем.