Дом, где живет смерть

— Надеюсь, они умерли своей смертью. Как вы думаете, когда мы выберемся отсюда?　 
— Все зависит от полиции.　
— Еще и полиция! — раздраженно воскликнула миссис Бойлстон. — Я и так переживаю, а они еще начнут расспрашивать, что да как. Кошмар! Не представляю, как я это вынесу. Полицейские такие грубияны, никакой тактичности, суются куда не следует.
«А куда не следует?» — подумал Бэрридж. — «Любопытно было бы узнать, куда, по-вашему, им не следует соваться?»　
— Скорей бы все кончилось! — продолжила она. — И прислуга вся куда-то подевалась. Если мы застрянем здесь до завтра, должен же кто-то готовить и вообще… Разумеется, у всех пропал аппетит, однако не можем же мы не есть вовсе. Долго голодать вредно.
— Вы безусловно правы, — поддакнул Бэрридж.
— Дефекты питания отражаются на цвете лица, поэтому женщины вынуждены следить за своим питанием особенно тщательно, — изрекла миссис Бойлстон с умным видом.
— Вы выглядите прекрасно, — с лицемерным восхищением заметил Бэрридж. — Многие девушки позавидовали бы вашему цвету лица.
— Вы мне льстите, — томно произнесла миссис Бойлстон, принимая позу, которая подчеркивала ее пышный бюст, обтянутый ярким, синим с красным, платьем. — Мужчины всегда льстят.
«В самом деле она так глупа или прикидывается?» — подумал Бэрридж.
— Когда я увидел, что у вас взрослая дочь, я был поражен.
— Да? Вы очень любезны. — Она кокетливо улыбнулась.
Он провел в ее обществе еще четверть часа, тщетно стараясь выловить из потока ерунды что-нибудь существенное, но достижения были очень малы: у нее хватало сообразительности уклоняться от вопросов, на которые ей не хотелось отвечать прямо; в результате Бэрридж лишь выяснил, что она была знакома с Крайтоном давно, а последние десять лет не поддерживала с ним отношений.
— Надо захватить что-нибудь для Мэдж, — сказала миссис Бойлстон и принялась складывать на большое блюдо бутерброды и остатки печенья, затем налила в чашку холодного чая. — Вы мне поможете?
— С удовольствием.
— Благодарю. Не очень-то приятно ходить одной по дому с покойником и убийцей, — сказала она, вручая Бэрриджу блюдо. — Какой негодяй этот секретарь! Таких надо вешать.
Прозвучавшая в ее голосе ненависть была самым сильным и искренним чувством, проявленным за сегодняшний день.
— Ваши показания будут играть решающую роль, — заметил Бэрридж. — На вас ложится большая ответственность.
— Какая ответственность? Я его видела и готова заявить это любому суду.
— Но если вы ошиблись?..
— Ошиблась?! — Миссис Бойлстон была возмущена. — Я этого рыжего мерзавца сразу узнала! Правую руку он держал в кармане пиджака, а левой открыл дверь и вошел. Я ушла, а то бы и лицо его увидела, когда он выходил, но я и так присягну, что у мистера Крайтона был он и никто другой.
Она забрала у Бэрриджа блюдо и вошла в комнату дочери.
«Плохи дела О’Брайна», — подумал Бэрридж, возвращаясь к себе. — «Если она не изменит свои показания, его признают виновным».
Вдруг откуда-то сверху донесся приглушенный женский крик. Бэрридж бросился к узкой темной лестнице, которую заметил, когда ходил в библиотеку, и помчался наверх. На площадке возле открытого, очень низкого и большого окна на полу катались Клемент Тэмерли и О’Брайн, а Патриция Крайтон в полуобморочном состоянии прижималась к стене. «Как он выбрался на сей раз?» — промелькнуло в голове у Бэрриджа. — «Ведь ключи остались в столе!» Прежде чем он преодолел последние ступеньки и вмешался, О’Брайн стукнул противника головой об пол и, оглушенный, Тэмерли потерял сознание. Когда О’Брайн, отпустив обмякшее тело, поднялся, Патриция шагнула к нему, покачнулась, неловко схватилась за полы пиджака и уткнулась ему в грудь лицом.
— Что здесь происходит? — спросил Бэрридж, поначалу решивший, что пытавшийся бежать О’Брайн натолкнулся на Тэмерли с Патрицией.
— Он хотел меня убить, — прерывающимся голосом произнесла Пат, не отрывая лица от груди О’Брайна. — Выталкивал в окно…　
Очнувшись, Тэмерли зашевелился, сел, провел рукой по голове, затем встал и отряхнулся.
 
— Зачем вы пытались убить мисс Крайтон? — спросил его Бэрридж.
— Что за вздор?! Я всего лишь пошутил, а у Пат расшалились нервы, и она стала кричать. Я сначала даже не понял, думал, что она разыгрывает меня и нарочно делает вид, будто испугалась.
— Это неправда, — сказала Пат. Она повернулась лицом к Бэрриджу, двумя руками держась за руку О’Брайна, и повторила: — Это неправда.
— Если бы я задержался на пару секунд, он выбросил бы ее в окно. — О’Брайн непроизвольно сжал кулаки. — Я еле успел!
Клемент пожал плечами.
— Вам померещилось. Как вы сами не понимаете, что это абсурдно! Мне убивать Пат — какой бред!
— Вы объясните это полиции, — сказал Бэрридж. — Такие шутки входят в их компетенцию.
— Вы это серьезно? — изумился Тэмерли.
— Вполне, — сухо ответил Бэрридж.
Тэмерли исподлобья окинул их мрачным взглядом.
— Но это же глупо! Я признаю, что шутка была не слишком удачной. Я напугал Пат, а ей со страху Бог весть что померещилось. Мистер Бэрридж, вы человек разумный, посудите сами, зачем мне убивать ее?
— Чтобы увеличить свою долю наследства, — зло бросил О’Брайн. — Вы рассчитывали, что меня признают виновным и тогда деньги поделят между вами и мисс Крайтон. Зачем делить пополам, выгоднее взять все целиком. Придется теперь вам занять мое место.
— Но вы оттуда выбрались, — в сомнении заметил Бэрридж.
— Ему это не удастся.
Они водворили Тэмерли в комнату, где только что был заперт О’Брайн. Тэмерли до последней минуты, пока за ним не защелкнулся замок, держался так, что Бэрридж каждый миг ждал от него какого-нибудь отчаянного шага. Заперев его, Бэрридж поинтересовался, каким образом О’Брайну удалось выйти из этой комнаты, хотя ключи лежали в кабинете Крайтона.
— Через потайной выход. Однажды я случайно обнаружил его, когда осматривал украшение камина. Дом старинной постройки, тогда любили делать такие штучки. Когда нажимаешь на определенную деталь резьбы, в стене отодвигается панель и открывается выход прямо на лестницу.
— А если Тэмерли тоже умеет им пользоваться?
— Нет, откуда? На всякий случай можно вывести механизм из строя. Подождите, я сейчас, — О’Брайн повернул назад, к лестнице. — Теперь все, — заявил он через пару минут. — Панель не отодвигается, если закреплена с наружной стороны. В свое время я детально обследовал это устройство.
— Первый раз вы тоже вышли с его помощью?
— Да, — сознался О’Брайн. — Ключа у меня не было, его вообще не существует, замок старый, и ключ давно потерялся. Когда мистер Крайтон купил дом, здесь от многих комнат не было ключей. Кое-где замки потом сменили, а некоторые- остались.
— Я пойду к себе. Проводите меня, пожалуйста, а то у меня очень голова кружится, — попросила Пат, обращаясь к О’Брайну.
Бэрридж подумал, что если рассуждать беспристрастно, то попытка Тэмерли убить ее пока не снимает с О’Брайна подозрения в убийстве Крайтона, однако вслух ничего не сказал. Втроем они направились к комнатам Патриции. О’Брайн бережно поддерживал ее за талию, девушка была очень бледна.
— Мне нехорошо, — сказала она. — Не могу больше.
— Еще чуть-чуть. Идемте ко мне, тут совсем рядом.
Она тяжело оперлась на его руку и с закрытыми глазами сделала еще несколько шагов. О’Брайн пинком распахнул дверь, почти что внес ее в свою комнату и уложил на тахту.
— Ей надо что-нибудь выпить, — сказал Бэрридж. — Коньяк у вас найдется?
— Да, сейчас.
О’Брайн достал бутылку и три рюмки. Пат стала отказываться, но Бэрридж с мягкой настойчивостью заставил ее выпить — лицо девушки порозовело, а прерывистое дыхание стало ровнее.
— Так что же случилось? — спросил Бэрридж, заняв вращающееся кресло.
О’Брайн поставил бутылку прямо на пол и с рюмкой в руках присел на краешек тахты.
— Когда вы меня заперли, я открыл окно: этой комнатой давно не пользовались и было душно. Потом я услышал чей-то крик. Сначала мне показалось, что кричали где-то снаружи, но затем крик раздался снова, я узнал голос и сообразил, где это. Когда я выбежал на площадку, то увидел, что Клемент выталкивает мисс Крайтон в открытое окно. Я даже на какой-то момент застыл как истукан, настолько это показалось нереальным. Его лицо было искажено какой- то дикой гримасой. Я оттолкнул их обоих от окна, чтобы она не упала туда, Тэмерли меня ударил, мы сцепились и полетели на пол.