Механика света (СИ)

- Тебя то есть?
- Меня. Только мы очень быстро поняли, что не все так просто с этой каторгой. И что для нас это был чуть ли не единственный способ выжить тогда.
- Получается, Дробышев придумал это вместе с адмиралом?
- Конечно. Он потом сюда еще несколько партий «преступников» отсылал. И до сих пор кое-кого переправляет, но уже не так масштабно, конечно. С документами, похоже, мухлюет, но крайне аккуратно. У них в охранке сейчас черт ногу сломит – не поймешь, кто на кого работает и кто кому при этом стучит. Потому у него руки и чешутся порядок, наконец, навести.
- Как узнали, что ты не Суровин? – сменила я тему, слегка озадаченная степенью информированности брата в делах, о которых он знать, вообще-то, не должен.
- Быстро, - невесело пошутил тот. – Нас здесь сейчас почти полсотни, неужто, думаешь, не нашлось никого, кто меня раньше видел? Я уж не говорю про настоящего Илью, ведь из той больницы, где он работал, многие тоже здесь.
- Выходит, кто ты на самом деле, знают многие?
- Все, - равно душно откликнулся тот. – У нас здесь общество очень узкое, понимаешь ли. К тому же я сейчас веду для нас все бумажные и денежные дела, что Илюше Суровину не доверили бы, а Роману Зарвицкому – вполне. Репутация, да.
- А во главе кто? Ну, кроме адмирала, конечно?
- Да, считай, никто сейчас. Ну, или, считай, тоже я – свои решения Шерстаков обсуждает пока со мной.
- И не только решения, - дошло до меня, где источник на удивление обширных сведений брата.
- Конечно. Но, - вернулся тот к моему вопросу, - очень надеюсь, что в итоге во главе встанешь ты.
- Смешно.
- Почему? Ни капли, на самом деле. Я же в курсе, на чьих идеях держался наш бизнес. Отец был ювелиром в своем деле, ты это и без меня знаешь, но все новое появлялось в последнее время лишь благодаря тебе. К тому же, по-настоящему сильных механиков здесь и правда сейчас нет. Как нет и тех, кто сумел сохранить чистой репутацию. Мы тут официально все каторжники, не забывай.
- Убеждаешь? – глянула я на него недоверчиво. – Сговорились с Шерстаковым?
- Убеждаю, - не стал тот спорить. И попытался зайти с другой стороны: - Я даже не представляю, когда ситуация там, снаружи, поменяется настолько, чтобы все могло вернуться на круги своя. Год, два – это минимум, при самом прекрасном раскладе, да и то… По-моему, это слишком оптимистично. Так что ты для адмирала в качестве руководителя технического отделения сейчас лучший вариант. Самый лучший. И самый непредсказуемый для его противников. Особенно если всякие неудобные мелочи в твоей биографии он прикроет своим авторитетом. А он прикроет, можешь не сомневаться – пока все не уляжется окончательно. Так что подумай над его идеей о службе. Очень хорошо подумай.
- Предлагаешь и мне пожизненную каторгу?
- Лиза, - хмыкнул тот, - даже брак сейчас не на всю жизнь, развестись можно. А уж с должности потом уйти – вообще никаких проблем. Так что если все более-менее вернется к прошлому, можно будет и о собственном деле опять подумать.
- Годика через три? – усмехнулась я. – Как раз минимальный срок службы во флоте?
- Я бы и не стал рассчитывать, что успокоится все быстрее. Дольше, разве что. Особенно если господ шведов так и не удастся прижать хорошенько.
- Ну вот и пойдем, - встряхнулась я. – Прижмем уже. Пора выяснить, как они смогли это покушение провернуть.
 Глава сорок вторая 2 
От тягостных размышлений после случившегося разговора, избавил меня Эльдар. Оказалось достаточно, чтобы тот подошел и осторожно положил мне руку на талию.
- Ты как? - спросил он тихонько.
- Теперь – нормально, - ответила я абсолютно честно, чувствуя, что страшное напряжение уходит, оставляя лишь привычную тихую грусть. – А тут как?
- А тут все уже готово к... э-э… вскрытию. Ждут лишь вас, госпожа механик. Причем с большим нетерпением.
- Ну идем, пока ждут. А то знаю я этого адмирала… – мне и в самом деле лучше было заняться сейчас работой, тем более пальцы просто-таки зудели в предвкушении. И когда я дала им волю, получив свой верстак с набором инструментов, разобраться с нашей сегодняшней находкой вышло на удивление быстро. Аж сама не ожидала.
 
- Смотри! – позвала я помогавшего мне Романа и ткнула я в одну из деталей. – Видишь?
- Что-то знакомое, вроде, - наморщил тот лоб, точно как делал в детстве. У меня аж на душе потеплело.
- Конечно, знакомое. Это вывод световых датчиков наружу. Слизанный у меня один в один!
- Не путаешь? – недоверчиво уставился он на меня.
- Мне раскрутить Уви? И предъявить тебе его начинку в качестве доказательства?
- Н-нет, - поверил тот, наконец. – Не нужно. Но как?
- Вот и мне интересно, как такое могло случиться? Ты точно никому ничего не отправлял, когда готовил почву к началу продаж наших акумеров?
- Чертежи – нет. Только проспекты с рекламой.
- И шведам тоже? Если посмотреть на остальное там, - я постучала отверткой по разобранному прибору, - можно с уверенностью утверждать, что это их производство. Тут даже клейма есть, по которым я конкретную лабораторию назову.
- Им тоже, да, - уловил что-то в моем лице брат. – Отправлял. Но это кем нужно быть, чтобы сделать копию по рекламному проспекту? В котором только и было, что перечисление будущих возможностей, да и то не всех.
- Н-да… - поняла я его скепсис. – Но как тогда? Уви – здесь, со мной; наши чертежи тоже на месте, я как раз на днях проверила – их не трогали. До мастерских это все дойти не успело, были только мои опытные образцы…
- Патентное бюро! – вдруг подскочил с места Роман и нервно закружил вокруг, о чем-то сосредоточенно размышляя.
- Ты успел подать документы на патент? – уточнила я, так и не дождавшись продолжения.
- Наверное, - кивнул Роман и замер. И опять замолчал.
- Наверное? Это как? – озадачилась я. – Подал все-таки? Или нет?
- Ну… Передал им в канцелярию. Где-то за пару недель до… событий. Пока ты платья свадебные фанатично мерила.
- Хорошо, что время нашел, - одобрила я, прикинув, что закрепить приоритет никогда не лишне. А уж в этом случае – тем более.
- Я не нашел, - выдохнул тот и прояснил, наконец, чего он так дергается: - Я им с Анатолем твоим папку передал. Но тот сказал, что довез ее в целости и сохранности. И даже квиток оттуда привез – из отдела приемки.
- Ну, если есть бумага, что все принято, выходит, приоритет наш. К тому же за те пару недель, пока все не началось, они наверняка успели взять документы в работу… - и вдруг распахнула глаза: - Анатоль! Тот мог сказать об этом Скутвальссону! Они же знакомы.
- Знакомы? Кто сказал?
- Эльдар! И давай-ка мы его сейчас позовем...
- Всех, - не согласился брат. – Звать нужно всех.
Барятина, вместе с адмиралом и главой охранного отделения, вежливо попросили из лаборатории, едва я туда пришла – чтобы не мешали своим присутствием и не отвлекали наших помощников, непривычных к соседству столь высокого начальства. Ну а те уже, менее вежливо, выставили вон хозяев кабинета рядом и засели там плести очередные сети заговоров – чтобы время зря не терять. Увы, но это интереснейшее занятие пришлось отложить, когда Роман попросил их вернуться.
- Я так понял Елизавета Андреевна, - первым через порог длинной и хорошо освещенной лаборатории шагнул адмирал, в очередной раз внимательно осматривая ряды малопонятных приборов, установленных вдоль стены, - что вы уже знаете, как это работает?
- Знаю, - ответ вышел слишком кратким и не слишком вежливым, поэтому я добавила: – Понять нетрудно, с учетом того, что именно я придумала основную часть тамошней начинки.
- Говорите, - подобрался Дробышев, оттеснив и Шерстакова, и шагнувшего следом Эльдара от разложенных на столе деталей.
- Главное здесь – вот это. – Не стала я тянуть время, ткнув в одну из них. – Только у меня оно должно было ловить свет… Вернее, не совсем свет, а волны с более высокой частотой…