Механика света (СИ)

- Именно. Так как? Сможешь? Или лучше подождешь здесь, в авто?
- Идем, - хмыкнул тот, явно стараясь разрядить обстановку. – Кто-то же должен будет оттаскивать от тебя его высокопревосходительство Бендюжника, когда тот кинется спасать?
- Спасать? – не сразу поняла я.
- Конечно. Полагаешь, у него нервы крепче моих? Или не знаешь, как выглядишь со стороны, когда налаживаешь этот свой контакт?
- Не знаю, - согласилась я. – В зеркало при этом точно не смотрюсь – некогда. В мастерской его у меня вообще нет, видишь ли.
- Вот и я о том же, - загадочно выдал тот и резко захлопнул дверцу машины, перестав выдергивать плетенку у меня из рук. – Но не волнуйся, я буду начеку, когда он кинется убивать твоего маленького мучителя. И не дам Уви погибнуть столь бесславно.
Я неуверенно хмыкнула, так и не решив, как к этому относиться – на шутку вроде не очень похоже… А потом махнула рукой, фигурально, конечно. Разберемся, когда время придет. И тут же махнула ею еще раз, теперь уже в прямом смысле – в сторону второй черной машины, все еще стоявшей возле моего авто. За поднятым стеклом в сгустившихся сумерках в ней угадывалось бледное лицо Дробышева, ответившего мне таким же взмахом. Глава охранного отделения решил не оставаться в стороне от событий и пожелал лично контролировать подчиненных, отвечавших сейчас за нашу безопасность. И в своем трудовом энтузиазме оказался не одинок: адмирал Шерстаков тоже не захотел спокойно сидеть в Гавани и дожидаться готовых результатов, охотно прихватив себе общее руководство операцией.
- Идем, - не сумев отобрать у меня корзину, Барятин отыгрался поддерживая под руку меня. – Его высокопревосходительство уже наверняка заждались и нервничают.
Эльдар ошибался, нервничать Шерстаков и не думал. Наоборот, максимально наслаждался жизнью, вовсю используя для этого нежданно подвернувшуюся возможность: развалился на тюках с сеном и мусолил в зубах трубку, к счастью, не разжигая ее – сено выглядело очень сухим и его вокруг было очень много.
- Готовы? – поинтересовался он гулким, надтреснутым голосом, когда мы спустились на причал. И снова заставил невольно восхититься – роль рулевого баржи и «командирского ведмедя» шла ему необыкновенно.
- Да, - коротко откликнулся Барятин, в наступившей темноте помогая мне поднять по коротким сходням, сброшенным с баржи.
- Ну и мы тоже готовы, - кивнул адмирал, со вздохом выбираясь из своего мягкого и душистого «кресла». – Осторожнее, там люк и лестница. Нам как раз туда, в трюм.
Неторопливо спустившись по узким ступеням, я поняла – и вправду, готовы, адмирал не преувеличивал. В свете одинокой тусклой лампы, забранной в решетчатый абажур, лоснились хорошо смазанные детали мощного двигателя, который никак не ожидаешь найти на подобном ободранном корыте, а чуть дальше угадывались еще несколько машин. Слету удалось опознать лишь генератор и помпу, кажется, воздушную, но было там и еще что-то. Аккуратные бухты шлангов и канатов оказались ровно выложены вдоль левого борта, а напротив, вдоль правого, развешаны в стойках массивные детали водолазного костюма, до этого встречавшиеся мне исключительно на картинках. Жаль, сейчас было не до удовлетворения любопытства, да и обстановка не особо располагала – при виде адмирала десяток, не меньше, мужчин во флотской форме, сидевших вокруг дощатого стола в углу, попытались вскочить и спрятать куда-нибудь карты. Увы, не морские, а самые что ни на есть игральные.
- Вольно, - поморщился на это Шерстаков. – Не прыгайте пока, рано. Можете продолжать отвлекаться.
И самолично повел нас дальше, в сторону носа, где, как и договаривались, для нас с Уви было приготовлено отдельное помещение – чтобы никто не мешал.
- Благодарю вас, - Эльдар пропустил меня внутрь узкой каюты с койками в два этажа и, шагнув следом, попытался захлопнуть дверь прямо перед носом адмирала. Но тот не позволил:
- Я должен это видеть! – категорически потребовал он, прижав створку носком сапога.
- Хорошо, - не стала я спорить, с самого начала не сомневаясь, что так оно и будет. Но вспомнив кое-чьи предупреждения – непохожие на шутку, добавила: - Если обещаете не вмешиваться.
 
- А если все же рискнете на такое, - присоединился к «просьбе» Барятин, - я буду вынужден разбить вам нос.
- Ну, попытаться-то вы можете… - не остался тот в долгу.
Впрочем, мне было уже не до очередного их выяснения, кто здесь зубастее. Поставив корзину на ближайшую к двери койку, я откинула крышку, вытащила Уви и обернулась к Барятину, сразу прекратившему дурацкие препирательства:
- Князь, вы знаете, что делать, да? – после чего посмотрела уже на адмирала: - А вам, Кирилл Евграфович, вмешиваться и вправду не стоит. Ни при каких обстоятельствах. Обещаете?
И лишь дождавшись от него молчаливого кивка, опять развернулась к Эльдару:
- Вот тут придержи. Как в прошлый раз, да.
 Глава сороковая 
Очнулась я… нескоро, судя по всему. Первым вернулся слух, но поняла я это далеко не сразу – слишком тихо было вокруг. Если бы не легкий плеск волн о борт, стоявшую в каюте тишину можно было назвать мертвой. Сквозь приоткрытое окно веяло прохладой, но кроме плеска не долетало ни звука – ни стука копыт по мостовой, ни рокота моторов, ни чьих либо голосов, даже самых отдаленных. Ночь уже, похоже. И очень глубокая. Когда колокол на близком соборе вдруг звякнул четверть, я вздрогнула и открыла, наконец, глаза. Чтобы тут же вздрогнуть еще раз, увидев прямо перед собой лицо Шерстакова.
- Да, - ответил Эльдар из-за плеча, угадав невысказанный вопрос, и я поняла, что он поддерживает меня сзади, давая опереться на себя словно на спинку кресла. – Два часа уже прошло, и мы трижды сменились. А то бы не удержали твоего Уви.
- Ч-что? – задать вопрос удалось лишь с большим трудом, настолько онемели губы.
- Менялись мы, говорю, - пояснил тот, радуясь, что все, наконец, закончилось. - С его высокопревосходительством. Иначе я бы просто уронил ту крышку, что держал – когда мне пальцы свело. Вот он у меня тогда пост и принял.
- И очень кстати, - согласно кивнул Шерстаков, тоже не скрывая облегчения. – Было кому вас, Елизавета Андреевна, удерживать, когда судороги и у вас вдруг пошли.
- Но потом снова пришлось меняться, - выдохнул мне в затылок Эльдар, осторожно помогая разогнуть спину. – Трижды.
- Се… сейчас, - во второй раз заговорить оказалось легче. – Сейчас я закончу, погодите немного.
И, прикрыв глаза, медленно вытащила руки из внутренностей Уви, опять содрогнувшись всем телом:
- Все. Закрывайте теперь. Очень осторожно.
Шерстаков и в самом деле очень нежно опустил крышку на место и тоже, наконец, разогнулся не скрывая наслаждения:
- Сдается, до сих пор я здорово недооценивал работу сильных механиков. Не думал, что все у вас сложно… настолько.
- Это вам действительно сильных не попадалось, - без ложной скромности уточнила я. – Или просто никогда не демонстрировали наши секреты настолько близко.
- Не демонстрировали, - не стал тот спорить, явно собираясь и дальше продолжать в том же духе.
Но Эльдар не выдержал, спросив, наконец, главное:
- Получилось?
- Да, кажется, - ответила я в наступившей тишине, - Вроде бы мы ее нашли. Ту упаковку, похожую на брусок мыла.
- Где? – в упор уставился на меня Шерстаков, снова оказавшись вплотную.
- Там, где… - начала было я, но вдруг передумала. – Нет, давайте лучше расскажу сразу всем, включая водолаза, который пойдет под воду. Чтобы потом ничего не забыть и не упустить деталей. А то как-то трудно мысли собираются…
- Да, - немедленно поднялся адмирал. – Я его сейчас приглашу, если вы не против. И прикажу сделать вам чаю.
- Сладкого! – обрадовалась я. – Спасибо!
Тот кивнул и вышел из каюты, и Эльдар тут же обнял меня за талию, еще крепче прижав спиной к груди:
- Сегодня это было очень страшно. Очень. Я едва удержался, чтобы… не вмешаться.