Мастера детектива. Выпуск 7

— М–м… Что ж, тогда возможно, что это сделал сам Блэки.
— Значит, наша задача — найти Блэки Конли.
— Верно.
— Каким образом?
— Нужно освежить память другого старика, и тогда мы, возможно, получим ответ.
— Сонни Мотли?
— Да.
— Сегодня же?
— Сейчас же, детка…
  
Глава 10
 
Найти Сонни Мотли было нелегко В баре не знали его домашнего адреса. Надзиравший за ним полицейский тоже знал только адрес его мастерской, но не знал, где он живет. Я обошел несколько соседних газетных киосков, но там мне ничего не смогли сказать. Во время расспросов в последнем киоске один шофер, услышав имя Сонни Мотли, спросил:
— Вы имеете в виду старика?
— Да, хозяина обувной мастерской.
— Что вам от него нужно?
— Ничего особенного. Нам нужны сведения об одном лице, и, возможно, он сможет помочь нам.
— Ну, эти старые арестанты ни с кем не разговаривают. Из них даже не выжмешь «добрый день»…
— Вы знаете, где он живет?
— Да, я часто вожу его домой. Садитесь, я вас подвезу. Мы сели в такси. Шофер отвез нас в мрачный квартал, находящийся сразу же за Гарлемом, и показал дом Сонни Мотли.
— Он живет на нижнем этаже. Сейчас, наверное, уже спит.
— Я его разбужу.
Я дал шоферу доллар за труды, вышел из машины и поднялся по ступенькам из песчаника к окованной железом двери. Мне пришлось позвонить шесть раз, прежде чем в комнате зажегся свет.
— В чем дело? — послышался голос.
— Сонни?
— Кто вы такой?
— Майк Хаммер.
— О, черт…
Он открыл дверь. На нем был домашний халат, лицо его было мрачно как ночь. Однако при виде Вельды он просиял:
— Хэлло… Кто у меня в гостях?
— Это Вельда, мой секретарь.
— Прошу вас, входите, не стойте на улице. Черт возьми, давно уже женщины не посещали моего дома.
Он закрыл дверь и провел нас в комнату.
— Прошу простить, у меня довольно просто и неубрано. Надеюсь, вас это не смущает. Я не ждал гостей. Хотите выпить?
— Нет, благодарю.
— Ну а я выпью в честь такого дня. Меня редко посещают такие потрясающие женщины.
— Мне кажется, что вы уже стары для таких восторгов, Сонни.
— Телом — может быть, но душой молод. Присядьте, я пойду оденусь и через минуту выйду.
Для сидения нам на выбор предлагалось несколько ящиков из–под яиц и из–под яблок. Софа в углу выглядела довольно шаткой, в кресле рядом с ней не было сиденья. Самыми удобными нам представлялись ручки кресла: Вельда села на одну, я — для равновесия — на другую.
Казалось, нетрудно выбрать, где удобней жить — здесь или в современной тюрьме. Но, как уже сказал Сонни, здесь он чувствует себя немного свободнее.
— Виски не хотите?
— Нет, благодарю.
— Что ж, тогда не буду пачкать стакан, — сказал он, поднес горлышко бутылки ко рту и сделал хороший глоток. Потом он уселся на софу. — У вас самые прелестные ножки в мире, мисс, — заметил он восхищенно.
Вельда почувствовала себя неловко, но я ответил:
— Я сам всегда ей это говорю.
— Тогда повторите еще раз. Женщины любят выслушивать подобные вещи… Но собственно говоря, чем вызван ваш визит?
— У меня есть к вам еще пара вопросов, Сонни. Он сделал широкий жест:
— Выкладывайте ваши вопросы. Если смогу — отвечу.
— Я не могу отделаться от мысли, что ваш старший партнер еще жив.
Его плечи задрожали от неслышного смеха.
— Нет, мистер, выбросьте это из головы. Этот парень мертв. Не знаю, как и где он умер, но он мертв.
— Давайте предположим, что он жив, и посмотрим, что у нас из этого получится.
— Пожалуйста.
— У меня есть для вас новости — Например?
— Сим Торренс умер. Его глаза расширились.
— Это правда?
— Правда. Он захихикал:
— Наконец–то этот подонок попался. А скольких людей он отправил в тюрьму! Надеюсь, его смерть не была легкой?
— Его застрелили.
— Хорошо. Приведите мне человека, который это сделал, и я всегда буду бесплатно чинить ему обувь и чистить ее.
— Вы же говорили, что Торренс вам безразличен.
— Нет, я сказал, что у меня нет к нему ненависти, но я не сказал, что он мне безразличен. Я удовлетворен Завтра утром я забуду о его существовании А что еще за новость?
 
— Сим Торренс был тем человеком, который в свое время организовал ваше ограбление.
Сонни в этот момент поднимал бутылку ко рту, но, услышав мои слова, опустил ее Он посмотрел на меня с недоверием — Кто вам сказал об этом?
— Завтра прочтете в газетах.
Он выпрямился, совершенно забыв о бутылке.
— Вы хотите сказать, что…
— Не только это. Одновременно он планировал подставить вас. После этого процесса его карьера двинулась вперед.
— Это правда?
— Каждое слово, Сонни.
— Чертов ублюдок! О, простите, мисс.
— Теперь прошу вас подумать над следующим. Предположим, Блэки Конли что–то заподозрил, разработал план бегства и исчез с деньгами; все же остальные попали в руки Торренса.
Казалось, Сонни чуть не задыхается.
— Черт побери, — проворчал он, и в глазах его сверкнула тень прежнего огня. — Трюк с двойным дном Конечно, теперь мне все понятно. Блэки разработал план бегства. Но для себя он придумал другой план и, бросив нас на произвол судьбы, исчез с деньгами. — Закинув голову назад, он громко рассмеялся. — Он был гораздо умнее, чем я думал…
— Сонни, — продолжил я, — предполагалось, что Блэки арендует дом, в котором вы собирались прятаться после ограбления. Но кажется, в то же время он купил еще один участок у Хови Грина, вероятно на чужое имя.
— Это похоже на подонка Хови. Он готов был на все, лишь бы заработать лишний доллар. Я рад, что Блэки пристрелил его.
— А это сделал он?
— Конечно! Незадолго до ограбления Я был там и все видел.
Я ошеломленно посмотрел на него Поймав мой взгляд, он сказал:
— Да, я знаю. Убийство не имеет срока давности в штате Нью–Йорк. Вы можете всегда привлечь меня к суду как сообщника. Вы думаете, что это для меня имеет значение? Оглядитесь вокруг. Что я здесь имею? Ничего, абсолютно ничего, о чем можно пожалеть. Я уже получил пожизненное. Что может быть хуже? В лучшем случае я проживу еще десять лет, но что мне с ними делать? Жить в этой грязной дыре? Весь день забивать гвозди в чужие ботинки? Без близких, без друзей. В тюрьме и то лучше, чем здесь.
Я махнул рукой:
— Меня не интересует история с Хови Грином. Я ищу Блэки Конли.
— Каким образом вы надеетесь его найти?
— Вы знали Грина?
— Мы выросли на одной улице…
— Ясно. У Грина были деловые бумаги, которые позже перешли к Квинси Малеку.
— Я его тоже знал.
— В них отмечались номера и границы участков. Если мы их найдем, то сможем проверить все следы и найдем участок, купленный Блэки.
— Вы думаете, он еще там?
— Куда ему деваться?
— Но это совсем не в его стиле. — Сонни потер руки. — Хотя, возможно, я знаю Блэки хуже, чем думал. И что еще?
— Вы знали и Квинси Малека?
— Да.
— Куда он мог отправить бумаги на хранение?
— Откуда я знаю. — Он откинулся назад. — У него было много дел.
— Конторские документы, Сонни. Полиция сейчас проверяет Малека; если вы что–нибудь вспомните, то это поможет нам выиграть время.
— Но ведь это было тридцать лет назад.
— О чем вы тогда думали в тюрьме? Эта история принадлежит прошлому, а вам не о чем было больше думать, как о прошлом.
— А женщины? — усмехнулся Сонни. — Я всегда думал только о женщинах. Во всяком случае, до шестидесяти лет. Не о тех женщинах, которых я знал, а о других, незнакомых, которых, может быть, и на свете не было. А после шестидесяти я стал думать о прошлом.
— Теперь вам есть о чем подумать. Некоторое время Сонни сидел молча, с кислым лицом.
— Скажите мне, мистер, что мне это даст? Ничего. Это важно для вас, а для меня — нет. Это только вызовет у меня злобу. Сейчас у меня нет почти ничего, но нет и злобы. Нет, я не могу вам помочь. Я испытал достаточно злобы, и с меня хватит.