Фиктивная девушка миллиардера (ЛП)

– Не вини себя, Хилари. Никто из нас не читает мысли других людей. Если Марк обманул тебя, то это его бремя. Он здесь злодей, не ты, – Джо отстранилась и подала подруге салфетку. – Жизнь несправедлива и бывает дерьмовой временами, но посмотри с хорошей стороны. У тебя есть работа. И Кейнлис, скорее всего, не выполнит свои угрозы, если ты не будешь видеться с Марком. Все знают, что она хочет выдать его за какую-нибудь сопливую наследницу, которую выберет сама. Тебе просто не суждено быть с Марком. Но есть другой парень, который ждёт тебя. И ещё у тебя всегда есть я. Мне плевать, что случилось с тобой в детстве. Ты всегда будешь моей лучшей подругой, а я буду рядом с тобой.
Хилари шмыгнула носом и вытерла лицо.
– Спасибо. Ты самая лучшая подруга, о которой только можно мечтать.
– Знаю, – ответила Джо, заставив девушку засмеяться. – А теперь давай забудет об этом придурке и поедим мороженое. У меня пять вкусов в холодильнике.
***
– Откуда, чёрт побери, этот запах?
– Ах, – Марк зажмурился, когда яркий свет наполнил комнату.
Мужчина держал голову опущенной, чтобы она не упала с шеи, и слабо махнул рукой.
– Привет, мам, – пробормотал он в подушку.
– Боже мой.
Марк услышал, как мать шагает по гостиной его дома.
– Это ты всё выпил?
– Думаю, да.
Последние два или три дня Йен помогал ему с виски, но Марк не думал, что брат хотел, чтобы его выдали. Многое сейчас было в тумане.
Он почувствовал тёплую и мягкую руку на лице, а затем в нос ударил фирменный запах его матери – парфюм «Шанель №5».
– Тебе нужно в больницу? – нежно спросила Кейнлис.
– Нет. Я буду в порядке.
– Тот, кто в порядке, не прячет лицо в подушку или не пахнет так, как ты, – Кейнлис вздохнула и помогла ему подняться. – Давай. Садись.
Было ощущение, что голова Марка раскололась надвое, но самое худшее, что это же чувство преследовало его внутри. Мужчина хотел бы, чтобы его вырвало, но проблема не в этом. Проблема в том, что Хилари опустошила его. Просто разрезала и выпотрошила, посчитав недостойным.
– Что не так? – спросила женщина, прижимая его голову к себе между плечом и грудью. – Поговори со мной. Я здесь.
– Это из-за Хилари, – Марк почувствовал, как напряглась его мать. – Люди ненавидят её за то, что она со мной.
Мужчина покосился на Кейнлис. Она была прекрасна как всегда, но выглядела уставшей, несмотря на гладкую кожу и идеальный макияж. Иногда ему хотелось вернуться в те времена, когда он был просто ребёнком, не знавшим о взрослых проблемах. Поэтому говорят, что невежество – это блаженство.
– Не думаю, что Хилари – это женщина, с которой ты захочешь быть надолго. Она не такая, как мы. Она рассказывала тебе о невесте своего парня?
– Нет.
– Это была нанятая актриса.
Голова Марка была полна мыслей. Кейнлис была похожа на учителя из мультфильма о Чарли Брауне, 11который он смотрел. Наконец, мужчина понял, о чём говорит его мать, и нахмурился.
– Что? Кто нанял её?
– Из того, что я узнала, это была двоюродная сестра Хилари.
Его челюсть отвисла.
– Но почему?
– Не знаю, но это неважно. Хилари использовала это, чтобы вызвать сострадание у тебя, и ты начал с ней встречаться, так что ей удалось спасти свою репутацию.
Марк потёр переносицу.
– Это неправда. Она интересовала меня некоторое время. Просто у меня не было хорошего оправдания, чтобы... понимаешь, приблизиться к ней. К тому же, она не знала, что я подойду, так что Хилари не могла разыграть эту сцену, чтобы привлечь моё внимание.
Кейнлис моргнула.
– Понимаю, – а затем женщина нахмурилась. – Но ты правда хочешь быть с ней? Она не похожа на нас, Марк.
Он сухо усмехнулся.
– А что насчёт меня? Я вообще не подарок.
– Не смей такое говорить, – Кейнлис резко ответила. – Ты стоишь тысячи таких, как она.
– Может быть. Но мне никогда не удалось быть заинтересованным в женщине так долго... всегда казалось, что я становлюсь нетерпеливым и двигаюсь дальше с кем-то другим. Как мы знаем, я унаследовал темперамент отца, – губы матери была плотно сжаты, но будучи близко Марк видел, что она дрожат. – Извини. Я не хотел обидеть тебя.
 
– Ты не обидел меня, – Кейнлис моргнула несколько раз очень быстро. – Просто для меня удивительно, что ты сравниваешь себя с отцом.
– А разве это не так? Он не может быть верен кому-то. Он не смог измениться ради тебя или для другой женщины...
– Имеешь в виду мать Блэйна.
Марк кивнул.
– Я думала, что он сумеет, – ответила Кейнлис. – Никогда не видела твоего отца таким по отношению в женщине. Я так боялась, что он выбросит меня, как мусор... и после родила ему пятерых детей! Так что я собралась, – женщина прикусила нижнюю губу. – Не обращай внимание. Неважно. Просто хочу, чтобы ты знал, что ты – не твой отец. Ты всегда был искренним и серьёзным мальчиком. Ты никогда не смотрел на женщина, как будто... играешь с ними ради удовольствия, а затем выбрасываешь их, когда они наскучили. Ты никогда не был так жесток. Я знаю тебя.
– Тогда почему я бросаю их через три месяца? Люди называют их Квартальные девочки. Ты знала это?
– Не знала, ну и что? Ты всё ещё молод. Ты ещё не нашёл ту самую женщину и расплачиваешься за прошлое своего отца. Думаешь, кто-нибудь бы называл девушек так, если бы не твой отец? Посмотри на людей, как Джейкоб Ллойд. Двоежёнец и ужасный бабник, но никто не может сказать ничего умного или ужасного о его женщинах, потому что его отец не похож на твоего.
Эта мысль ошеломила его, но Кейнлис была права. Джейкоб был самым большим ублюдком в истории. Но никто не обзывал его из-за этого. Он был родом из крепкой и единой семьи.
– Что такого особенного в Хилари? – спросила Кейнлис.
– Она просто заставляет меня желать становиться лучше. Каждый раз, когда я думаю о ней, то не могу перестать улыбаться. И я не могу перестать думать о ней.
– Ты любишь её?
Марк задумался, обдумывая тщательно этот вопрос, как он того заслуживал. Марк чувствовал к Хилари больше, чем то, что описал матери. Чувство удовлетворения и ощущения правильного пробирало мужчину до костей, когда Хилари была счастлива. Он страдал, когда Хилари было плохо. Такое чувство, что он был создан заботиться о ней. И неважно, как страшно, но есть только одно слово это описать: любовь.
– Люблю.
Её брови сдвинулись и между ними пролегла глубокая морщина.
– Никогда не хотела этого для тебя. В смысле, любовь.
– Мама! – Марк не был уверен, о чём пойдёт разговор, когда Кейнлис пришла, но очевидно, не так, как планировалось. – Почему, чёрт побери, нет?
– Самого простого счастья в жизни тяжело достичь. Я не хотела, чтобы ты боролся за невозможную мечту. Всегда проще находиться в стабильном положении. Это может быть скучно, но за то никогда не разочарует тебя.
Марк почувствовал старую боль в её голосе. Это были давние воспоминания из его детства, когда смутное счастье постепенно исчезало, когда правда о его родителях раскрывалась. Становилось понятно, почему его мать так хотела, чтобы он встречался с какой-нибудь наследницей, одобренной обществом. Кейнлис хотела, чтобы он достиг некого уровня удовлетворения от своей личной жизни.
– Не знаю, смогу ли это иметь, но хочу попробовать. Не готов с этим согласиться, – он сел и посмотрел в красивые глаза матери. – Знаю, ты угрожала ей увольнением. Ты можешь, пожалуйста, этого не делать? Работа важна Хилари... а то, что важно ей, важно и мне.
– Конечно, – женщина сделала прерывистый вздох. – Я просто хочу, чтобы у тебя жизнь сложилась лучше моей.
– Спасибо, мама.
Вдруг почувствовав облегчение, Марк обнял её.
 
– Я люблю тебя и обещаю, что всегда буду рядом.
– Знаю. А теперь, – сказала Кейнлис своим обычны строгим голосом – ты должен вычистить этот свинарник. Как ты можешь думать о том, чтобы привести сюда девушку, особенно ту, что любишь?
 
Глава 21