Игра судьбы (ЛП)

Она уставилась на него, и на мгновение он задумался, не обидел ли он ее. Он потянулся, чтобы коснуться уголка ее губ, которые были нахмурены.
— С тобой всё в порядке?
Его вопрос вызвал улыбку на ее лице, и все же что-то все еще казалось неправильным. Он заметил, что ее глаза заблестели, как будто она была близка к слезам.
— Всё отлично, — согласилась она и удивила его, прижавшись поцелуем к его губам и слишком быстро отстранившись.
— Я научу тебя.
— Ну, тогда, — сказал он, положив руки ей на талию. — Давайте начнем.
— Подожди. Ты хочешь учиться сейчас?
— Сейчас такое же подходящее время, как и любое другое, — сказал он. — Я подумал, может быть… мы могли бы провести время в твоей квартире.
И снова она казалась ошеломленной, и он пожал плечами, объясняя:
— Ты всегда в Подземном мирей
— Ты… хочешь провести время в Верхнем Мире? В моей квартире?
Ему придется предлагать это почаще. Ей потребовалось слишком много времени, чтобы уловить суть.
— Я… должна подготовить Лексу к твоему приходу, — сказала она.
— Весьма справедливо. Я попрошу Антония высадить тебя.
Он посмотрел вниз на свой костюм.
— Мне нужно переодеться.
ГЛАВА XXVII
ОБУЧЕНИЕ ДРЕВНЕГО БОГА НОВЫМ ТРЮКАМ
Аид вернул Персефону в Лексус и телепортировался в Подземный мир, появившись в своих покоях. Он воспользовался моментом, чтобы сделать глоток виски. Он ненавидел себя за то, что собирался сделать.
— Гермес!
Он призвал бога одной командой, и тот появился, одетый в сетчатый укороченный топ и крошечные кожаные шорты.
Что за хрень он прервал?
— Да, Король Смерти и Тьмы…
Голос Гермеса затих, когда он обвел взглядом комнату. Когда он снова встретился взглядом с Аидом, тот казался ошеломленным.
— Я сплю?
— Мне нужна твоя… помощь, — сказал Аид.
— Я вижу сон.
Гермес ударил его по лицу.
— Гермес, — процедил Аид сквозь зубы.
— Нет, нет, — сказал он, поднимая руки, как бы прося его замолчать. Он перевел дыхание.
— Не разрушай это для меня. Может, я и во сне, но я собираюсь воплотить в жизнь одну из своих пяти главных фантазий…
Аид ударил бога по щеке, который выглядел потрясенным.
— Это не сон, Гермес.
Они уставились друг на друга, и в наступившей тишине Аид приподнял бровь. — Пятерка лучших фантазий, да?
Гермес поднял подбородок и прочистил горло.
— Что тебе было нужно?
— Во-первых, я думаю, мы можем договориться, что ни один из нас не будет раскрывать, что происходит здесь сегодня вечером?
Глаза бога расширились, а рот приоткрылся.
— О мои боги, я действительно сплю.
— Гермес! — огрызнулся Аид. — Мне нужен…модный совет!
— Ох, — он моргнул, а затем расплылся в улыбке. — Почему ты сразу не сказал?
Аид впился взглядом в бога. Ему следовало бы выпить всю бутылку, прежде чем призывать бога. Через мгновение он объяснил.
— Персефона будет учить меня печь. Что мне надеть?
— Она учит тебя печь?
Удивленный голос Гермеса.
— И ты согласился? Добровольно?
Аид сверкнул глазами.
— Ты, должно быть, действительно любишь ее.
— Гермес, — предупредил Аид. Если ему придётся произнести имя бога еще раз, он отправит его на ночь в Тартар.
Он, казалось, понял намек и выпрямился.
— Окей. Обычное свидание с выпечкой.
Он бросился к шкафу Аида.
— Почему ты носишь только костюмы? Гермес пожаловался.
— В чем ты спишь?
— Ни в чем, — ответил Аид. — В чем смысл?
В одежде было жарко, и это означало больше слоев, чтобы добраться до того, что он хотел, даже когда Персефона не спала рядом с ним.
Гермес вздохнул.
— Ты невозможен. Погоди.
Он исчез на мгновение и вернулся с черной рубашкой и парой серых спортивных штанов.
— Что это такое? — спросил Аид голосом, сочащимся осуждением.
— Одежда, — сказал Гермес. — Повседневная одежда. Не то чтобы я ожидал, что ты знаешь определение повседневности, мистер Костюм и Галстук.
Он ткнул ими в грудь Аида.
— Переоденься.
Он сердито посмотрел на Гермеса, направляясь в ванную. Когда он вернулся, Гермес хлопнул в ладоши.
 
— Идеально! Ты готов к выпечке!
Затем бог покачал головой.
— Я никогда не думал, что эти слова слетят с моих уст.
Аид потянул за рубашку, и Гермес оттолкнул его руки.
— Подожди-ка! Ты же не хочешь, чтобы Сефи знала, что я тебя одел, не так ли?
— Сефи?
— Что? Это никнейм.
Аид не был уверен, как он относится к тому факту, что у Гермеса было прозвище для его возлюбленной.
— Иди, пока Персефона не подумала, что ты передумал! — сказал Гермес. — О, и я приму оплату печеньем!
Он пропел последнее слово перед тем, как исчезнуть, и Аид никогда в жизни не был так рад избавиться от бога.
***
Аид появился перед дверью квартиры Персефоны и постучал. Она сразу же открылась, и он подумал, не стояла ли она с другой стороны, ожидая его прихода.
Она окинула его оценивающим взглядом, но ее глаза быстро сузились.
— Они были у тебя до сегодняшнего дня?
Она указала на спортивные штаны.
Она хорошо знала его, и он ухмыльнулся, признав:
— Нет.
Она отступила в сторону, и он протиснулся в дверь. Это напомнило ему о том, что он не был создан для обитания смертных. Двери были слишком короткими, проходы слишком узкими, но он не возражал против близости с Персефоной так близко. Она уставилась на него, как будто не могла поверить, что он появился.
— Что? — спросил он.
— Ничего.
Она быстро улыбнулась и обошла его, взяв за руку и потащив в гостиную, где ее лучшая подруга Лекса сидела на диване с парнем, которого Аид не знал.
— Эм, Аид, это Лекса, моя лучшая подруга, и Джейсон, ее парень.
Джейсон помахал рукой. Аид мог чувствовать его беспокойство и неловкость, но он был достаточно хорошим человеком, нежным и непритязательным — противоположность Лексе, которая была смелой и энергичной. Она бесстрашно подошла к нему и обняла его за талию.
— Приятно познакомиться, — сказала она.
Аид обнял ее за плечи.
— Очень немногие когда-либо произносили эти слова.
Но он ценил их.
— Пока ты хорошо относишься к моей лучшей подруге, я буду продолжать быть счастлива видеть тебя, — сказала она с усмешкой.
— Принято к сведению, Лекса Сайдерис.
Он ухмыльнулся и поклонился.
— Могу я сказать, что рад с тобой познакомиться.
Лекса покраснела и прочистила горло, взглянув на Персефону, прежде чем воскликнуть:
— Итак! Вы все собираетесь печь печенье? Это ведь не кодовое слово, или?
Аид надеялся, что это было кодовое слово.
Для секса.
Но Персефона быстро развеяла эту надежду, закатив глаза.
— Нет, Лекса, это не кодовое слово.
Она взяла Аида за руку и потянула его в сторону кухни.
— Нам лучше начать!
Ему пришло в голову, что ей стало удобнее прикасаться к нему, и он не был уверен, с какого момента это началось, но ему это нравилось.
Кухня Персефоны была маленькой и залитой флуоресцентным светом. Она уже приготовила кое-что — миски, набор разнокалиберных мерных стаканчиков и кулинарную книгу. Аид взглянул на страницу.
— Мы будем печь сахарное печенье? — спросил он.
— Мое любимое, — сказала она, втягивая нижнюю губу в рот. Он действительно хотел, чтобы она этого не делала. Это возбуждало его, и отвлекало.
Может быть, ему следует сказать ей.
За исключением того, что она совершенно ничего не заметила и велела ему достать список ингредиентов. Несмотря на нехватку места для хранения, она все организовала и легко руководила им, как будто привыкла добиваться своего.
— Почему ты все так высоко ставишь? — спросил он.
— Это единственное место, куда всё поместится. На случай, если ты не заметил, я живу не во дворце.
Он был хорошо осведомлен, думая, что ему бы очень хотелось увидеть, как она печет на кухнях Подземного Мира.