Игра судьбы (ЛП)

Заберите ее, и я уничтожу этот мир. Заберите ее, и я уничтожу вас. Заберите ее, и я покончу со всеми нами.
Когда они вышли из столовой, он сделал это с улыбкой на лице, и мысли о ее статье меньше раздражали его, так что он чувствовал, что это была своего рода победа. Он вывел Персефону наружу, их пальцы переплелись, и позвал Танатоса.
Бог Смерти появился мгновенно, его бледные черты ярко выделялись на фоне черных одежд. Когда он появился, выражение его лица было суровым, и Аид предположил, что это потому, что бог готовился, что его вызвали, чтобы обсудить Сизифа. Смертный тяжело давил на их умы.
Но затем его взгляд остановился на Персефоне и смягчился.
— Мой господин, моя госпожа.
Он поклонился.
— Танатос, у леди Персефоны есть список душ, с которыми она хотела бы встретиться. Ты не мог бы сопроводить ее?
— Я был бы польщен, милорд.
Аид использовал их вплетенные руки, чтобы притянуть ее к себе.
— Я оставлю тебя на попечение Танатоса.
— Я увижу тебя позже? — спросила она, и ее откровенная надежда заставила его улыбнуться.
— Если ты пожелаешь.
Он провел губами по костяшкам ее пальцев, и ее щеки покраснели. Он тихо усмехнулся, подумав, что она не так быстро краснела, когда он лежал между ее бедер и пил ее сладкую страсть.
Затем он исчез.
ГЛАВА XXII
ГОРЬКАЯ СДЕЛКА
Покидать Персефону было последним, чего хотел Аид. Если бы Сизиф все еще не разгуливал на свободе, угрожая его будущему с прекрасной Богиней Весны, он бы этого не сделал, но факт оставался фактом: смертный все еще был в бегах, и удержание Мага организации в плену не привлекло Триаду, как он думал. Аид не был уверен в их мотивах, но он чувствовал что-то неладное из-за их участия.
Было неизбежно, что силы восстанут против богов. Они приходили во всех формах на протяжении всей истории — ученые и скептики, атеисты и богохульники.
Аид понимал негодование богохульников. Они негодовали на богов за их дистанцированность и отвергли их правление, когда те пришли на Землю, и у них были на то причины. Очень немногие из богов выполняли свою работу, никогда не произнося слов пророчества или важности. Сам Аид никогда не поощрял смертных верить в блаженную вечность в Подземном мире. Вместо этого они проводили свое время, играя со смертными для своего развлечения, натравливая их друг на друга в битве.
И все же Триада была другой. Триада была организована, и их тактика причиняла вред невинным людям. Раньше они взрывали бомбы в общественных местах, а после этого требовали знать, почему боги не остановили их, если они так всемогущи. Их цель, по-видимому, состояла в том, чтобы продолжать демонстрировать, как олимпийцы оставались отстраненными и незаинтересованными в обществе смертных, и хотя это было верно для некоторых, это было верно не для всех. Кое-что, о чем Триаде предстоит узнать.
Аид появился на танцполе Невернайт.
Его намерением было найти Илиаса, чтобы начать поиски Тесея, но вместо этого сатир нашел его.
— Милорд, — сказал Илиас.
— Здесь человек, который хочет вас видеть. Полубог, который называет себя Тесеем.
Аид напрягся при этом имени, чувствуя себя неловко из-за того, что его племянник добровольно пришёл к нему. В чем заключалась его игра?
— Проводи его.
Илиас кивнул и ушел, вернувшись с мужчиной, который больше походил на воина, облаченного в костюм. У него были темные волосы, коротко подстриженные, и щетина. Единственное, что он унаследовал от Посейдона, были его аквамариновые глаза, которые выглядели как два солнца, сверкающих на фоне его коричневой кожи. Двое мужчин также последовали за ним. Они были большими, и их дискомфорт был очевиден. У Аида возникло ощущение, что ему не нужны эти люди, чтобы защищать его, что они были просто для виду.
— Ты немногословен, поэтому я сразу перейду к делу, — сказал Тесей и, сунув руку в карман своей куртки, достал веретено — то самое, которое Посейдон дал Сизифу. Он протянул его Аиду, но бог не приблизился, чтобы взять его. Илиас сделал это, а затем передал ему.
 
Аид уставился на веретено. Оно было золотым и острым, и он мог чувствовать исходящую от него магию Судьбы, отчетливый запах, но трудно поддающийся описанию. Это был запах жизни — запах мокрой травы после дождя, свежего воздуха и дерева, смешанный с запахом дыма, крови и привкусом смерти.
Это был аромат, который вызвал воспоминания о тьме, битве и раздоре. Он вернул веретено Илиасу, гадая, какие ужасы реликвия сумела вытянуть из Сизифа, даже из Тесея.
— Неплохо для начала, — ответил он. — Но это только одна из двух вещей, которые я искал.
Тесей слегка улыбнулся.
— Прежде чем мы продолжим, я думаю, что у тебя есть кое-что, принадлежащее мне.
Аид приподнял бровь от такого выбора слов, но ничего не сказал, призывая Мага своей магией. Он появился и мгновенно упал на землю с громким стуком. Он застонал, поднимаясь на четвереньки, затем поднял глаза и начал хныкать.
— Верховный господин, — его голос дрожал.
Тесей посмотрел на одного из своих людей, который достал пистолет и застрелил смертного. Он упал, и его кровь растеклась лужей по полу Невернайта. Аид внезапно понял, зачем Тесею понадобились телохранители; они были здесь, чтобы делать за него грязную работу. Бог хорошо знал таких людей — тех, у кого на руках нет крови. Он пришел к выводу, что они думали, что если они не нажмут на курок или не возьмутся за нож, он не сможет отследить их грехи.
Они были неправы.
Аид сохранял свое пассивное выражение лица, но внутренне он поморщился. Убийство смертного не было необходимым, или оправданным. Он не дал Аиду никакой информации о Триаде, что и было причиной, по которой Аид задержал его.
— Интересно. Ты не вмешался, — сказал Тесей.
— Ты экспериментировал? — спросил он, приподняв бровь.
Он пожал плечами.
— Просто пытаюсь понять, что ты задумал, лорд Аид.
Он просто смотрел. Возможно, Тесей думал бросить ему вызов, как Триада бросила вызов богам, но Аид не купился. Если Тесей и его люди хотели пополнить свой список грехов и занять свое место в Тартаре, кто он такой, чтобы их останавливать?
— Два из одного, Тесей, — напомнил Аид, его терпение подходило к концу.
Это был первый раз, когда Аид увидел искру негодования Посейдона в глазах Тесея. Он понял, что смертный пришел поиграть, пришел показать Богу Мертвых, что у него есть сила. Но Аид был силой, и он был не в настроении развлекать этого человека, который играл в бога, даже если он был полубожественным.
Тесей кивнул одному из своих людей, который заговорил в микрофон. Через мгновение к ним присоединился третий мужчина, тащивший Сизифа, и бросил его в промежуток между ними. Его рот был заклеен скотчем, запястья и ноги связаны. Он выглядел так, как помнил Аид, но старше — результат использования магии, которая ему не принадлежала.
Несмотря на кляп во рту, Сизифу удалось приглушенно вскрикнуть.
— Молчи, — сказал Аид и украл голос мужчины. Его глаза расширились, когда он больше не мог издавать ни звука, и он брыкался и шлепался на пол, как рыба, вытащенная из воды.
Как только воцарилась тишина, Аид поднял взгляд на Тесея. Что-то в этом было не так.
— Чего ты хочешь? — спросил Аид.
Он не был невежественным. Он мог видеть, что Тесей жаждал власти и жаждал контроля. Его душа была железной башней, сильной и непоколебимой. Вот почему он похитил Сизифа — он чего-то хотел от него. Теперь Аид понял это.
— За то, что я вернул веретено, я хотел бы попросить тебя благосклонность.
Он сделал паузу, затем добавил:
— За Сизифа я ничего не прошу.
— Как великодушно.
Он ухмыльнулся, но веселье не коснулось его глаз.
— Как мило с твоей стороны заметить.
Аид обдумал просьбу Тесея. Он не чувствовал себя комфортно, предлагая ему благосклонность, поскольку это была бессрочная просьба, которую Аид был бы обязан выполнить из-за обязательного характера милостей и бессмертной крови.