Свет и Тьма (СИ)

– Это значит, что есть порядок престолонаследия. Сейчас принц Рандир – единственный законный наследник. Но Оракул открылся тебе, а значит, он посчитал тебя достойной соперницей принца, – пояснила она.
Но я запуталась еще больше:
– Так ведь в Арбадоне правят только мужчины. Ты сама сказала, что после смерти брата тебя выдали замуж, чтобы получить короля.
– Потому что мне в любом случае пришлось бы выйти замуж и дать трону законных наследников. В моем роду женщине разрешалось править, если нет претендентов мужского пола. Но Тольфен отменил эту поправку. Он полностью вычеркнул женщин из списка наследников, чтобы укрепить власть своего рода.
– Возможно, Рандиру просто не суждено стать королем, – тихо сказал Арден и отвернулся к окну. – Возможно, Оракул видит в тебе королеву.
Его голос звучал глухо и… безнадежно.
– Да ну вас, – хмыкнула я. – Никто в здравом уме не подпустит меня к трону. Да и зачем? Я ничего не смыслю в политике.
Бабушка покачала головой:
– Когда я только попала сюда, в этой стране была популярна поговорка, что даже кухарка может управлять государством. А ты – внучка королевы, в тебе кровь Вальгратов. Оракул призвал тебя неспроста.
  
Глава 8
 
Не ожидала, что разговор окажется настолько абсурдным.
В мыслях царил настоящий хаос. То и дело всплывали картинки, где я сижу на троне – таком огромном неудобном стуле с прямой деревянной спинкой. На мне платье в стиле восемнадцатого века с огромными фижмами, взбитый парик, какие носили при Екатерине Второй, поверх него криво нахлобучена шапка Мономаха, а руки сгибаются под тяжестью чугунного скипетра и державы.
Вид был до того дурацкий, что разум отрицал саму возможность подобного. Но бабушка считала иначе.
– Ты сама сказала, что маги Цитадели доверили тебе роль принцессы.
– Вот именно – роль! – я вскочила с места и нервно прошлась по комнате. – Я буду играть Эльтею, пока она не найдется. И все! Если кому и быть королевой – то ей. Тем более по всем правилам она имеет больше прав на это, чем я.
– Оракул никогда не врет и не ошибается.
– Ага, но он и не показывает всей правды! Ведь у женщины на фресках не было лица. Я его не видела. Просто фигура в сером плаще. Это может быть кто угодно!
Бабуля с Арденом почти синхронно пожали плечами. Для них ответ был очевиден. И этот негласный союз окончательно вывел меня из себя.
– Знаете что? – вспылила я, переводя рассерженный взгляд с одного на вторую. – Если кому-то из вас хочется стать королевой – вперед! А меня оставьте в покое!
Я вылетела из гостиной и хлопнула дверью. Отскочив, та слегка приоткрылась. Но возвращаться, чтобы хлопнуть второй раз, я не стала. Взрослею, наверное.
Закрывшись в ванной, я долго плескала в лицо холодной водой. Хотелось остыть во всех смыслах этого слова.
А потом не менее долго вглядывалась в свое отражение. Ба ошибается. Ну какая из меня королева?
Нос курносый. Пухлые щеки. Глаза испуганные. Одним словом – ничего королевского в зеркале не отражалось. Это была все та же я, Инна Оленьева, обычная студентка. Причем не совсем отличница.
Но главного все же добилась – остыла и успокоилась. Теперь мое поведение казалось грубым. Совесть шептала, что надо пойти и извиниться.
Я вышла из ванной и прислушалась. Из гостиной доносились негромкие голоса.
Стараясь не шуметь, прокралась по коридору как можно ближе. Дверь в гостиную все еще была приоткрыта.
– Нет никакой надежды? – услышала я голос Ардена.
Глухой, обреченный, будто оборотень признал поражение.
– Ты сам все знаешь, – твердо и ровно ответила бабушка. – Оракул избрал Инну. Это значит, в конце концов ваши пути разойдутся. Так что лучше сам ее отпусти. Ради ее же блага.
Я тихо всхлипнула и тут же закрыла рот ладонью. Но было поздно.
Чуткий слух оборотня уловил этот звук. В щель я увидела, как он отошел от окна и направился в мою сторону.
 
Прятаться уже не имело смысла. Я выпрямилась и широко распахнула дверь.
– Арден, не слушай ее. Это все ерунда. Мне плевать на всяких Оракулов. Я хочу быть с тобой, там, где скажешь. И все…
Но по его потухшим глазам поняла, что он меня не слышит. Что бы я ни сказала сейчас, оборотень мыслями где-то далеко.
Наверное, в том дне, когда наши пути разойдутся.
В горле комом встали слова.
Не зная, что делать, я умоляюще взглянула на бабушку:
– Почему мы с Арденом должны расстаться? На фресках мы были с ним вместе!
– Ты сказала, что была там с волком, – поправила та. – Со своим фамильяром.
– И что? Разве это не одно и то же?
– Нет. Подумай, был ли мужчина рядом с женщиной в плаще? После того, как она надела корону.
– Она ее не надевала! – сердито буркнула я. – Она держала ее в руках!
– Так был или нет?
– Нет!
– Вот видишь. Значит, ты будешь одна в этот момент. Если в твоей жизни и появится мужчина, то позже. После того как ты примешь свою судьбу.
– И что, это не может быть Арден?
– Исключено. Народ Арбадона не признает короля-оборотня.
Пару секунд я, не веря, смотрела на бабушку. Неужели эта жесткая и жестокая женщина – моя бабуля? Да быть того не может! Моя бабуля и мухи не обидит, а тут безапелляционно заявляет, что я должна бросить любимого человека из-за каких-то картинок на стенах.
– Мне жаль, – добавила она, но в ее голосе не было ни жалости, ни сочувствия. – Это твое предназначение. Ты должна…
– Плевать! – перебила я, сжимая кулаки. – Я никому ничего не должна!
Наши с Арденом взгляды пересеклись. Не знаю, что он увидел в моих глазах, но его собственные ничего не выражали. Он словно уже принял решение и замкнулся.
Решение меня отпустить?
Сама эта мысль подняла во мне волну гнева.
Нет, не позволю! Пусть бабушка хоть трижды королева (бывшая), пусть тот Оракул рисует что хочет, а я не дам им вмешиваться в нашу жизнь.
– Оставь меня с Арденом наедине, – произнесла я, не глядя на бабушку. – Нам надо поговорить.
Но та с суровым видом встала передо мной:
– Хватит. Завтра поговорите.
– Сейчас.
– Не надо, – внезапно подал голос сам Арден. – Не спорь.
От удивления я потеряла дар речи.
Не спорь?!
Значит, он уже сдался?
Попыталась поймать его взгляд, но оборотень упорно смотрел мимо меня. Его лицо превратилось в бесстрастную маску. Даже магия не помогла бы сейчас понять, о чем он думает.
Зато бабушка не теряла зря времени. Она приобняла меня и повела прочь из комнаты. От растерянности я даже сопротивляться не стала.
Уже в дверях обернулась. Арден снова отвернулся к окну. Его плечи были опущены, спина чуть ссутулена и в целом вид был несчастный и одинокий.
Мое сердце заныло от плохого предчувствия.
– Почему ты решаешь мою судьбу за меня?
Я попыталась вывернуться из бабушкиных рук. Но ее хватка оказалась на удивление цепкой.
– Потому что хочу уберечь от лишних проблем.
– Как твои родители уберегли тебя?
Знаю, это был удар ниже пояса. Но мне тоже больно.
– “Нет судьбы, кроме той, что мы сами творим”, – процитировала я Сару Коннор, глядя в побледневшее лицо бабушки. – Я бы прислушалась к даме, завалившей терминатора. Причем не один раз!
– А я бы запретила тебе смотреть разную чушь! – буркнула та и впихнула меня в спальню. – Стели кровать. А я прослежу, чтобы твой оборотень выход нашел.
– Ба…
– Все, вы и так дел натворили. Не хватало только последствий…
Значит, она все-таки догадалась, что днем мы с Арденом нарушили запрет на близость.
– Дай мне хотя бы с ним попрощаться!
– Еще чего. Не хватало, чтобы вы под моей крышей непотребство устроили. Марш спать!
Она ушла, оставив меня сидеть на кровати.
Я могла бы вскочить, броситься следом, отстоять свое право… Но не сдвинулась с места. Ведь Арден ясно дал понять, что не станет перечить ей. И мне не позволит.