Под крылом звездолёта (СИ)

- А нельзя ли в капсулу или снаружи к ней прикрепить кислородный баллон с маской, - спросил я у Макса, когда его немного отпустило.
- Можно, но из-за перепада давления, как вентили не закрывай все равно воздух утекает, поэтому там другой вариант предложили, - ответил он мне.
- Инженеры козлы, - в чувствах выпалил он, - такое ощущение, что все делают на «Отвали», хотя на язык просится более правильное слово, но нельзя – везде камеры.
- Главный сегодня посмотрел на твои забеги и все таких люлей прилетело, что мама не горюй, - после некоторого молчания продолжил он изливать накопившийся негатив, - в общем схему размещения скафандров пересмотрят, их число увеличат, про кислородные маски сказал. Еще должны усилить радиационную защиту зала управления. Вот.
Я ошарашено смотрел на Макса. Видать сегодня действительно сильно всем прилетело, что начальник со мной пиво пьет и задушевные беседы ведет.
- А еще тебе премию выписали и на завтра отгул дали, - выдал Макс, - так что мы за завтра хвосты подчистим и послезавтра продолжим.
- Так вы долго не сидите, завтра еще день будет. Мне трупы на работе не нужны, - это он уже Димону и его парням сказал.
После этого Макс свалил в закат. Я допил пиво, попрощался с парнями и тоже порулил на выход. Интересный сегодня денек получился. Бессчетное количество виртуальных смертей – это однозначно плохо, но отгул и премия за них – это хорошо. С этими мыслями я вышел из здания и отправился домой.
Утром я проснулся под истошный ор будильника. Вспомнил, что забыл предупредить умную колонку, что сегодня выходной. Хотя какая она умная, могла бы и догадаться. Пока объяснял ей, что мне не надо на работу вся сонливость и прошла. Вот же блин! Шесть утра, сна ни в одном глазу и никуда не надо. И чем заниматься? Уборка по расписанию, стирка по расписанию. Может полочку повесить? Где-то у меня дрель завалялась. Шучу. Я конечно привык за последние дни постоянно в виртуальности умирать, но в реальности этого делать пока не собирался.
В итоге решил весь утренний моцион выполнять просто не торопясь. Не торопясь сходил в душ. Потом не торопясь умылся. Также медленно позавтракал. Посмотрел на будильник – семь утра. Ладно – включу телевизор, зря он что-ли на стене висит. Еще два часа потратил на увлекательное занятие – перещелкивание каналов. Итак, девять утра. Как же все-таки неудобно, когда выходной получается спонтанно. Да еще в рабочий день. В общем я послонялся по квартире еще с час и поехал на работу. Лучше там потусуюсь.
По приезду снова получил выговор за опоздание. Макс тупо забыл, что дал мне на сегодня отгул. Хорошо, что это прилюдно было и техники меня отстояли. Часть задач они уже к этому времени успели сделать и меня незамедлительно снова засунули в капсулу.
Я снова открыл глаза к капсуле криосна. Венера уже радостно маячила за крышкой. Спросил какое мы отрабатываем задание. Оказалось, что у разработчиков чрезвычайных ситуаций богатая фантазия и непомерное метеоритолюбие. По заданию метеоритный поток раздолбал центральный пост.
Просто замечательно и что делать в такой ситуации, особенно одному. Ну ладно не одному, с помощницей. Виртуальной. Все-таки одному. Дернул рычаг, открылась крышка. Венера подсказала, что справа теперь находится кислородная маска. Аккуратно натянул ее на голову. Стойку со скафандром тоже передвинули практически вплотную. Легонько оттолкнулся и вплыл в скафандр.
Вот это я понимаю сервис. Все что нужно под рукой. Почему нельзя так сразу было? Ну да – ёж птица гордая, пока не пнешь не полетит. Все у нас в стране через волшебный пендель. Есть какая-то необъяснимая уверенность, что если эта махина и полетит, то не благодаря, а вопреки.
Сегодня предстояло идти в другую сторону. Сначала до центрального поста, чтобы посмотреть насколько там все плохо. Потом до носового поста. Итого километров десять. На магнитах я буду идти гораздо медленнее, чем лететь. Есть только одна проблема. Управлять скафандром несколько неудобно. Это не своим телом крутить. Тут жесткая система, чуть не так и здравствуй вселенная.
 
- Венера, на какой высоте от пола магниты на ботинках еще способны меня притянуть к нему? – спросил я Венеру, когда так и не пришел к какому-то решению.
- Максимум метр, - ответила она.
- Ага, понял, - выговорил я, - кстати, а как на такие большие расстояния предполагалось перемещение членами экипажа?
- Для них разработан аналог подводного мотоцикла для боевых пловцов, - пояснила она.
- И где это чудо инженерной мысли? – обрадовался я. Ну хоть пешком не топать.
- На испытаниях, - тут же остудила весь мой пыл Венера.
Вот облом, так облом. Я посмотрел на стрелочку и расстояние под ней. Оно не изменилось. Делать нечего. Пошагали. Судя по видимым мной картинам. Разработчики ситуации перестарались. «Константин Циолковский» был превращен в решето. Возможно иначе разрушения центрального поста не были такими критическими.
- Венера, а насколько вот такие ситуации вообще реальны? – обратился я к ней с вопросом, - маршрут звездолета разве не с учетом вот всего этого прокладывали?
- Всего этого чего? – в ответ спросила она.
- Ну всех этих метеоритных потоков и им подобного, - пояснил я свой вопрос.
- Василий, как по-вашему насколько велика вероятность попасть в метеоритный поток? – опять ответила она вопросом.
- Ну даже не знаю, космические исследования немного не моя сфера интересов, - честно признался я.
- Ну давайте попробуем зайти с другой стороны – когда реальнее получить встречу между лобовым стеклом автомобиля и букашкой зимой или летом? – спросила меня Венера.
- Естественно летом, - ответил я.
- Ну вот при разработке маршрута выбран вариант «зима», - ответила она.
- А тестируем мы значит «лето»? - спросил я.
- Да, на всякий случай, - подтвердила она.
- Чтобы быть в полной готовности?
- Именно, - сказала она
Хотя да. Можно было и дальше ворчать, а смысл. Мы в пределах Солнечной системы еще как слепые котята летаем, а тут четырнадцать световых лет. Кто-то спросит зачем? А зачем люди срываются с насиженных мест, бросают все и уходят в неизвестность? Еще любимая присказка — вот сколько деньжищ на ветер спустили, лучше бы мне отдали. Не знаю. Задайте этот вопрос Королеву с Гагариным. Мол зачем через двенадцать лет после страшной войны, когда страна еще не оправилась от разрухи запускать в космос спутник, а через шестнадцать – человека. Можно было бы на эти деньги сколько всего сделать. Не знаю. Наверное, все дело в умении мечтать. И ради мечты уметь отказываться. За то теперь никто почему-то не отказывается от всех благ, что имеет благодаря ближнему космосу.
Какие только мысли в голову не лезут, когда ты в космосе один. Я почти добрался до центрального отсека, когда мой путь преградила мешанина из стальных конструкций. Сразу вспомнился старый советский фильм «Экипаж». Там у самолета хвост при приземлении оторвался.
- Венера, а при изменении тяги звездолет в этом месте не разорвет? – спросил я помощницу.
- Погодите я считаю, - отозвалась она, - с вероятность пятьдесят процентов разорвет.
- Слышь синоптик, ты шутить то брось, я тебя серьезно спрашиваю, - жестко сказал я ей, - а то устроила тут ромашку «разорвет», «не разорвет».
- В моей программе отсутствует этот функционал, - ответила она, - нужно добраться до центрального отсека и попробовать просчитать вероятности на центральном компьютере.
- А что центральный компьютер в центральном отсеке? Том самом который похож на это крошево и месиво? – спросил я, - неужели нельзя было реализовать распределенную систему? Тут же вакуум и холод – все условия для сверхпроводимости.
- В моей программе отсутствует этот функционал, - снова ответила она, - главная консоль находится в центральном посту.
- Ладно пошли, - устало сказал я и двинулся вперед. Надо сказать, разработчикам скафандра, что управление магнитными ботинками надо сделать как-то удобнее. Мне пришлось отключить и включить магниты, наверное, раз пятьсот пока я через этот завал перебрался. А для этого надо выполнить ряд операций в меню скафандра, что вообще неудобно, от слова «совсем». Нужна просто кнопка снаружи скафандра. Один раз нажал – примагнитился, другой раз нажал – отмагнитился.