(Не) Человек-Паук (СИ)
Вспоминая красавицу жену, детей и всё остальное Миша впервые видел себя со стороны, стороны сына. Воспоминания цеплялись словно кусочки старого пазла и теперь Веном видел картину совершенно иначе, с каждым новым кадром он вспоминал всё больше и больше, и теперь уже его кусочки пазла дополняли старые обрывки из частично уничтоженных воспоминаний. Смерть семьи и собственное бессилие болезненно шаркнуло по самолюбию, видя те события глазами Алонсо, нет, всё же Алёши, симбиот успел множество раз изменить свою точку зрения. Вскоре появился и некромант, что рыскал в поисках книги, увидев едва живого мальчишку он загорелся идеей ученика в виде высшей нежити способной пережить методы его «обучения», реанимировав парня некромант просто ушёл, оставшись всё так же незамеченными хоть кем-то.
В глазах Венома загорелся яростный огонёк, что всё разгорался постепенно перерастая в пламя Инферно. Рефлекторно поймав нитинями подкрепление из полицейского департамента, симбиот мгновенно их осушил, на секунду задумавшись он создал три идеальных копии своих девочек, на миг потеряв концентрацию три куклы тут же превратились в непропорциональные куски мяса, тихо зарычав он попытался представить семью, но ничего не произошло, мясо так и осталось мясом. Рыча от душевной боли Веном упал на колени и через секунду заплакал, миг обретения и потери невыносимо ударил по разуму, что сейчас стремительно восстанавливался под регенерацией Крида. Утерев скупые слёзы, Миша увидел давнего призрака, что с привычной усмешкой стоял над дымящимся броневиком спецназа.
— Тупой монстр… — сплюнул Карим ловко соскользнув с загоревшейся машины. — И ты серьёзно не знал? Да нет… Знал! Или догадывался? — иллюзорный эстонец внимательно смотрел в осмысленный взор симбиота с явным осуждением. — А все эти разговоры про отцов? Вот же дундук. — хищно осклабился призрак. — И ведь правда не проверил жив ли кто, а сразу отправился мстить, горячая кровь, пустая башка, да Гринберг? — неожиданно обьявиашаяся шиза продолжала говорить очевидные только ей вещи, но поскольку они оба часть одного разума, Веном чувствовал себя особенно паршиво. — Родная кровь была, так близко и ты опять проспал свой шанс, но как же так? Молчишь? Сожрал родного сына! — всё зубоскалил Карим то и дело поправляя свой идеальный костюм гробовщика.
Опустив голову Веном тихо шептал.
— Уйди и без тебя тошно. Сгинь морок! Я и без тебя все знаю, скажи лучше где сам Бесфамильный, а то от шизы мне не холодно не жарко… — закончив склоку с самим собой призрак просто пожал плечами и растворился, оставив симбиота томится в собственном соку, зло сопя и рыча, Веном в очередной раз скинул «шкуру» став кем-то другим.
***
Придаваясь унынию я привычно достал шоколадный батончик с нугой, прикончив сладкое топливо, я столкнулся с взглядом очаровательной блондинки. Серые омуты глаз затягивали своим естественно стальным отливом и притягивали очаровательной загадкой, что мелькнула в них лишь на миг. Время словно застыло, а по спине пробежал целый табун из диких и таких непривычных мурашек, в этот сказочный миг был лишь я и эти глаза!
Забыв как дышать я пытался узнать или вспомнить её, как в моей голове что-то резко взорвалось, ментальный заслон смело, словно пушинку, а плотина из мыслей и слов бестактно прорвалась, заполняя мой разум всё новыми и новыми подробностями из прошлой жизни. Моей жизни!
Следом мелькнуло незначительное уведомление от системы о взломе ментальных закладок, что я успешно проигнорировал будучи погружённым в себя и свои мысли, далее был скупой монолог моей жизни и новая строка текста о полном слиянии…
Да что вообще происходит? Моё я медленно растворяется. Чёрт! Грёбаные мурашки и почему мне так кайфово? Я теряю себя и обретаю былую целостность. Водопад сознания затмевает собой все старые мысли, осколки былого меня, осыпаются пылью истории! Кто я? Что я? Зачем? Ррр…
Всё это неважно, вторил мне голос другого меня, нет теперь это я! Я, снова я и тот кто зовёт себя Веном. Злоба и Яд! Нет я и есть Веном. Я и никто другой! Почему Веном? И правда почему! Это твой позывной… услужливо отозвался другой Я.
Веном, Злоба и Яд. Так кричали враги перед смертью! Или я, когда убивал их. Всё снова смешалось! Чёрт как же всё бесит… Но эти глаза! Они не похожи на те, что я видел тогда или похожи? Теперь всё словно морок. Долбанный морок, иллюзия или же воспалённый бред собственного сознания, а что если это всё лишь сон безумца? А я в нём доктор и пациент, герой и злодей, рыцарь и треклятый дракон, всё это и правда как сон! Да и где носит вампира когда он так нужен? Он враг или друг? Да и кто я?
Иллюзия? Чья-то фантазия или герой воспалённого мозга, что сейчас медленно умирает? В голове вновь пронеслись самые яркие воспоминания: война, кровавая бойня, смерть на каждом шагу… Улыбка жены, детский смех и семейный уют, как же приятно! И меня лишили всего этого счастья? Ненавижу.
Но почему я забыл? Не помню лица той, что когда-то любил, забыл всё тепло и лишения, что пришлось мне пройти ради мира в душе! Я лишился всего. И даже воспоминаний. Всё нагло украли. Карим. Мастер. Кажется я начинаю всё вспоминать. Нужно больше контроля, иначе память опять ускользнёт словно сказочный кит и мне не нужна безумная шиза, чтобы понять кто я! Что я! И кто должен сдохнуть в мучениях моля о пощаде!
Растворить врага в песках времени, уничтожить все упоминания о нём и стереть его след из истории. Стоп. Что-то это мне уже напоминает! А если злодей в этой истории я сам? И как и должно быть в сказках меня победили? Уничтожили всю память! Стёрли саму суть. И что из этого вышло? Ничего! Абсолютно ничего! Значит это не выход.
Впрочем, плевать злодей я или невинная жертва, если надо я стану драконом иль волком, ведь месть это прекрасная цель чтобы жить, убивать или же умереть. Смерть или же отмщение это всё что нужно моей беспокойной душе, да и цена не столь велика. Человечность? Я уже давно монстр. Гуманизм? Не смешно. Месть это блюдо, что должно подаваться холодным! И я думаю, что время пришло…
Вернувшись в реальный мир, я вновь столкнулся с глазами чаровницы, подмигнув девушке, я ловко изменил свой строгий костюм на чёрный бомбер и джинсы, поправив берцы и авиаторы, я наконец-то догрыз свой батончик.
Мило улыбаясь я неспешно отдавал приказ дронам через часы, заставив суперкомпьютер искать Бесфамильного, я с удивлением узнал, что он прямо сейчас летит в мой город. Отдав лаконичный приказ на ликвидацию, я призвал глайдер последней модели и отправился к месту крушения. Почему крушения? Так получилось…
Вспоминая последние дни своего бытия, я был сосредоточен как никогда. Лишившись семьи из-за наследия предков, я был в депрессии, как выяснилось после с помощью данного сплава адамантия можно убить всё и вся, но понял я это лишь когда начал работать с Каримом. Добравшись до самой верхушки я попытался убить Мастера, но проиграл и тогда они уничтожили меня и кинжал, но случилось странное и я стал одним целым с этим металлом.
Дальше больше! Не имея тела, мой разум медленно угасал, а душа деградировала и тут меня спас случай, один инопланетный паразит вступил со мною в контакт и у нас завязался симбиоз. Уйдя в спячку я дал всё управление клинтарцу, но после случая на колокольне, всё изменилось, паразит оказался никчёмным управленцем и мне пришлось перехватить контроль, дабы вновь не уйти в забытьё, ведь у меня ещё столько дел!
Закончив собирать свою личность, я устало смотрел на хаос устроенный мной. Горевшие турбины пассажирского лайнера, обломки и трупы, что медленно иссыхали становясь мумиями. Карим где-то поблизости. Спустя три минуты был найден и Бесфамильный, на половину обгоревший и с обломком в груди, но он всё ещё был жив и стремительно регенерировал. Закашлявшись он резко выдернул обломок из тела и начал показательно медленно подыматься.
Пафосно щёлкнув пару раз костяшками пальцев Карим восстановил своему костюму безукоризненный вид. Белоснежная рубашка, что была расстёгнута на пару верхних пуговиц, официально строгий костюм и туфли, всё это смотрелось слишком чужеродно на фоне сотен мумий, горевшего самолёта и всюду лежавших обломков. Бесфамильный выглядел слишком хорошего для столь жуткого фона на заднем плане, поморщившись я спрыгнул и уверенно пошёл в сторону старого «друга», привычно выпустив коготки зверя я угрюмо кивнул удивлённому монстру.