Романтические сны

Но после того, как он пять лет назад продал свою ферму, все изменилось. Люк все больше стал пропадать на работе, все реже и реже встречаясь с красивыми женщинами, приезжающими сюда на отдых.
— Ну-ка, хватит тут мечтать о своем кавалере, — воскликнула появившаяся на пороге миссис Эдертон. — Входи лучше в дом.
Губы Либ расплылись в улыбке, когда она повернулась к худощавой, похожей на птичку, старушке. Миссис Эдертон было уже далеко за девяносто, но видела она прекрасно. «Даже слишком», — подумала Либ.
— Он не мой кавалер.
— Меня не проведешь. — Миссис Эдертон вытерла руки о передник и повела Либ на кухню, где уже суетились, раскладывая по тарелкам еду, миссис Кланси и миссис Прайс.
— Как раз вовремя. — Широкое лицо миссис Кланси расплылось от удовольствия, и она заключила Либ в свои объятия.
— Она разговаривала с Фултоном у калитки, — сообщила миссис Эдертон.
— С этим мартовским котом, — фыркнула миссис Прайс. — На твоем месте я держалась бы от него подальше, — добавила она с напускной серьезностью.
— Ты бы держалась, — поддела ее миссис Эдертон. — В семьдесят семь лет осталась не целованной.
— Да уж лучше так, чем если бы со мной обошлись, как с бедной Харриет.
— Вот, возьми-ка лучше это, Аллегра, — засуетилась миссис Кланси, впихивая ей поднос, на котором стояла большая миска с только что сваренной брокколи и цветной капустой. — Когда это было! К тому же здесь нет Харриет и…
— А что случилось с Харриет? — спросила заинтригованная Либ.
— Не бери в голову. — Миссис Эдертон дала Либ огромное блюдо с картофельным пюре. — Отнеси это в столовую. Ну что, девочки, идем за стол?
На столе, покрытом кружевной скатертью, был кокетливо расставлен лучший китайский сервиз миссис Эдертон, а в центре красовалась чаша с мастерски составленным букетом.
Дамы расселись вокруг стола и после небольшой молитвы приступили к еде. Все, начиная с домашней ветчины, которая просто таяла во рту, и заканчивая печеньем из пахты, было невероятно вкусным. Либ не ела ничего подобного с… ну, наверное, с того самого лета, когда у Харриет случился удар.
«Так что же все-таки произошло с Харриет?» — собиралась уже было спросить Либ, когда к ней наклонилась миссис Прайс.
— Имей в виду, у этого Фултона всегда только одно на уме, — с неодобрением поджав губки, предупредила она.
— Аллегра, старая ты крыса, — вмешалась миссис Эдертон. — По-моему, о Люке Фултоне сказано уже достаточно.
— Но кто-то же должен рассказать ей обо всем.
— За последнее время мальчик, похоже, остепенился, — ласково произнесла миссис Кланси. — Может, он действительно влюбился в Либерти.
Все трое устремили свои взгляды на Либ.
— Это так?
— Мы просто друзья, — ответила Либ. — Соседи. Вот и все.
— Тоже самое Харриет говорила о Треворе Фултоне, — пропела миссис Прайс.
— Нет, не говорила, — слегка повысив голос, возразила миссис Эдертон.
— Дамы, прошу вас, — шепнула миссис Кланси. Либ отложила вилку.
— Так что же произошло с Харриет?
Молчание.
Три пары глаз из-под очков с толстыми линзами не мигая уставились на Либ.
— Ну?
— Она влюбилась, — тихо произнесла миссис Кланси.
— В этого ужасного Тревора Фултона, — добавила миссис Прайс.
Миссис Эдертон улыбнулась.
— Он был красив, как дьявол. — Она подмигнула Либ. — Кстати, очень похож на твоего Люка.
— Он не мой, — пробормотала Либ, зная, что ей все равно никто не поверит.
— Тревор с ума сходил по Харриет, — вздохнула миссис Кланси. — И она действительно сначала говорила, что они всего лишь друзья.
— Ничего себе друзья, — фыркнула миссис Прайс. — Учитывая, что Харриет забеременела от него.
— Что?! — Либ от удивления открыла рот.
— Они собирались пожениться, — поспешила добавить миссис Эдертон. — Харриет рассказала мне, что перед отъездом он подарил ей кольцо.
— Но он ведь так и не вернулся, разве не так? — заметила миссис Прайс.
— Я уверена, что он хотел вернуться, — возразила миссис Кланси.
— Этого мы никогда уже не узнаем.
Миссис Эдертон с осуждением посмотрела на Аллегру Прайс.
 
— Ты хочешь сказать, что Тревор Фултон нарочно погиб на войне?
— Ну конечно, нет, — вспыхнула Аллегра, но на лице ее явно читалось: «Как знать…»
— А ребенок?
— Выкидыш, — осуждающе покачала головой миссис Прайс. — И слава Богу!
— Харриет была в полном отчаянии, — заступилась за подругу миссис Эдертон, бросив на Аллегру испепеляющий взгляд. — Ей, как раз только сообщили, что Тревор героически погиб где-то в Нормандии. Она не смогла перенести этот удар, но, видит Бог, она хотела этого ребенка больше всего на свете!
— Да, это была настоящая трагедия, — эхом отозвалась миссис Кланси.
— А я и не знала ничего.
Либ и представить себе не могла, что Харриет была когда-то влюблена. «Слушай сердце», — говорила она. Лишь однажды тетушка обмолвилась, что когда-то, оказавшись перед выбором, приняла решение, следуя велению сердца, и не устает благодарить за это Бога. Четыре месяца ее жизни были наполнены неземным счастьем, испытать которое суждено лишь избранным.
Теперь все стало понятно — она, должно быть, говорила о своем романе с Тревором Фултоном.
— Время подавать пирог, — объявила миссис Кланси, вставая. — Кто будет кофе?
— Эй, отбивающий! Давай, давай! Размахнись!
Либ сидела на корточках и подзадоривала игрока, стоявшего с поднятой битой в руке. Едва глянув на нее, Люк задрожал от желания: узкие велосипедные шорты, короткая футболка, едва прикрывающая гладкий загорелый живот. Даже такая, вся в пыли, с растрепанными волосами и пятном на носу, она кипятила его кровь, заставляя терять самообладание.
С трудом взяв себя в руки, Люк сосредоточил все внимание на мяче и ударил. Бросок получился отличный, прямо в зону. Отбивающий размахнулся и, попав точно по мячу, отправил его Либ. Она легко подпрыгнула и поймала его. Игра закончилась.
— Отличная игра, — сказал Люк, подходя к скамейке.
— Удачный бросок. — Либ кинула ему мяч.
На нем была кровь.
— Ой! — Она выхватила у него мяч и вытерла его о землю. — Прости.
Вокруг них прыгали товарищи по команде, празднуя конец полосы неудач, но Люк взял Либ за руку и отвел в сторону к ярким фонарям стадиона. Ее локоть был рассечен и кровоточил.
— Я поранилась, когда упала, — слегка поморщилась от боли Либ.
Глаза Люка потемнели. Влажные от пота волосы вились сильнее обычного. Либ осторожно высвободила руку.
— Тебе нужно в душ, — сказал Люк. — Поехали приведем тебя в порядок.
Он взял Либ за руку и проводил до грузовика. Открыв дверцу, он помог ей забраться наверх.
— Знаешь, люди думают, что между нами что-то есть, — заметила Либ. — Подруги Харриет уже предупредили меня сегодня за обедом, что тебе доверять нельзя. — Она улыбнулась. — Ты пользуешься чертовски плохой репутацией у местных.
Люк раздраженно мотнул головой и захлопнул дверцу. Обходя грузовик, он снял с себя футболку и, вытерев ею лицо, швырнул на заднее сиденье.
Мотор с ревом завелся. Прежде чем посмотреть в зеркало заднего вида, Люк бросил взгляд на Либ.
— Боюсь, что о нас говорят не только пожилые дамы. Полгорода ставит на то, что все окончится вынужденным браком, другая же половина считает, что никакого брака не будет — ты меня пристрелишь раньше.
Либ рассмеялась.
— Из этого можно и песню сочинить, — заметила она, стараясь не слишком разглядывать его обнаженный торс. — А мы всего лишь друзья. Ловко мы их дурачим.
Люк промолчал. Они дурачили только самих себя.
— Либ…
Но она прервала его, словно догадавшись, что он хотел поговорить о них двоих. Ей это явно было не по вкусу.
— Нужно поскорее доделывать крышу. Я уже почти ободрала все обои в задней спальне. Можешь одолжить мне грузовик? Хочу привезти одну из кроватей Харриет, а то что-то надоело спать на полу.