Романтические сны
Из-за поворота на Мейн-стрит выехал ярко-голубой «спитфайер». Люк стряхнул с себя сон, провел рукой по волосам, убедился, что рубашка аккуратно заправлена в брюки, — может, она едет, чтобы извиниться…
Либ промчалась мимо, даже не махнув ему рукой.
— Так что ты думаешь, Люк? — Чет, менеджер магазина, замер в ожидании.
Либ припарковалась через два магазина вниз по дороге и, перейдя улицу, вошла в кафе. На ней были зеленые шорты сафари и более темного оттенка шелковая безрукавка. Несмотря на послеобеденный зной, девушка выглядела свежей и бодрой. Волосы она снова собрала в хвост, они были мокрыми, словно она только что вышла из душа.
Только вот душа у нее нет.
Воображение Люка вдруг живо нарисовало Либ, купающуюся в уединенном пруду позади дома Харлоу. Вот она выходит на берег, вода струйками стекает с ее обнаженного тела…
— Люк?
Люк откашлялся и перевел взгляд на Чета. Ах да, гребные лодки.
— Сделай, как считаешь нужным.
Только один человек в кафе был одет в костюм и галстук, и когда Либ подошла к его столику, он вежливо поднялся.
— Мистер Лоуэлл?
— Рич. — Он протянул ей руку. — А вы, должно быть, Либерти Джонс. Клевое имя. Присаживайтесь.
Несмотря на полноту, мистер Лоуэлл в свои без малого сорок лет оставался весьма красивым мужчиной. И, судя по огромным порциям яблочного пирога и мороженого, стоявших перед ним, слова «диета» он не знал. Его сияющие голубые глаза и искренняя улыбка сразу же понравились Либ. Неудивительно, что Харриет наняла этого человека, ведь десять лет назад он, наверное, был еще красивее.
Рич похлопал по папке с документами, лежавшей у него на столе рядом с яблочным пирогом.
— Нам предстоит сейчас поговорить о налогах на наследство. Кстати, вы не голодны? Может, заказать вам что-нибудь? — Он сделал знак официантке.
— Чай со льдом, пожалуйста, — попросила Либ. — Без сахара и с двойным лимоном.
Официантка исчезла.
— Харриет оставила вам небольшую сумму. — Рич открыл папку. — Но, по правде говоря, ее едва ли хватит, чтобы оплатить четверть налогов на дом и имущество.
Либ наклонилась вперед, пытаясь прочитать перевернутые вверх тормашками цифры.
— Когда дом оценивали в последний раз? — поинтересовалась Либ. — Вы вообще знаете, в каком он сейчас состоянии? — И она вкратце рассказала о том, что нужно отремонтировать в самое ближайшее время.
Рич покачал головой и перевел взгляд на подошедшую к столу официантку. Она поставила перед Либ чай со льдом и снова исчезла.
— Очень сожалею. Да, вы правы, нужно сделать переоценку.
— Рич, а что случилось с мебелью? — Либ отхлебнула немного чая. — В детстве, я помню, дом был просто забит ею. Неужели все продали?
— Как раз об этом я и хотел поговорить. — Покопавшись немного в папке, Рич достал несколько бумаг. — А, вот он. «Дом № 2 по Форест-роуд», — зачитал он. — Викторианская софа, письменный стол, обеденный стол, восемь стульев с высокими спинками и так далее. — Он передал список Либ. — Но тут есть одна загвоздка, — продолжал Рич. — За хранение мебели мы платили ежеквартально из сбережений Харриет, и в этот вторник нужно внести очередную сумму. Либо вы заберете мебель, либо придется платить.
— Сколько?
— Тысячу сто долларов.
— Тысячу сто долларов? — У Либ перехватило дыхание. — Харриет платила четыре тысячи четыреста долларов в год только за одно хранение? И так восемь лет?
— Я советовал ей продать мебель, — пояснил Рич, — но она настояла на том, чтобы сохранить ее для вас. Очевидно, она имела для нее особую ценность.
Либ пробежала глазами перечень, убористо напечатанный на трех страницах.
— И я должна вывезти все это ко вторнику? — ужаснулась Либ. — Сегодня среда, значит, осталось меньше недели. Куда я это все дену, у меня ведь крыша течет!
— Дайте мне знать к понедельнику, если решите снять деньги со счета Харриет. — Рич посмотрел на часы. — Мне ужасно неловко так быстро заканчивать нашу беседу, но через несколько минут у меня встреча с другим клиентом, и…
— Можно маленький вопрос?
Рич кивнул.
— Страховка, — почти шепотом произнесла Либ. — Мне нужен адрес и название страховой компании… — Она замолчала, заметив, как изменился в лице адвокат. — Что?
Он лишь покачал в ответ головой.
Либ сделалось дурно. О Боже, только не это.
— Неужели Харриет ничего не застраховала? — Либ изо всех сил старалась говорить спокойно.
Словно потеряв аппетит, Рич отодвинул от себя пирог.
— У Харриет не было ипотеки, поэтому страховка не требовалась. Я пытался уговорить ее приобрести хоть какой-нибудь страховой полис, но она и пальцем не пошевелила… Мне очень жаль.
«Никакой страховки. — Либ вцепилась в край стола. — Тысячедолларовые налоги на наследство. Крышу нужно срочно чинить, иначе дом будет окончательно разрушен, а это еще тысяч пять. Да еще восемь комнат, битком набитые мебелью, которую я должна вывести ко вторнику, или заплатить еще тысячу сто долларов…»
— Не хочется говорить, — извиняющимся тоном начал Рич, — но срок уплаты налогов истекает в ближайшее время. Вы должны заплатить около двух с половиной тысяч, но после переоценки сумма, конечно же, будет немного поменьше.
Либ неуверенно поднялась. Ей нужно выйти отсюда, нужно вернуться на ферму и, сидя у пруда, подумать, что делать дальше. Но сейчас впервые в жизни она почти теряла сознание.
— Какая вы бледная, — заволновался Рич, вскакивая со стула. — Садитесь, пожалуйста, не стойте.
Но Либ покачала головой. Ей нужно на улицу. Даже самое худшее, что рисовало ей воображение, было далеко от подобной катастрофы.
— Послушайте, все не так плохо, как кажется, — попытался успокоить ее Рич. — Я могу устроить вам краткосрочный кредит в банке. Вы отремонтируете дом, заплатите все налоги, а затем, продав имущество, сможете отдать долг и даже останетесь в прибыли. Пусть небольшой, но прибыли. На мой взгляд, для вас это единственный выход из создавшегося положения.
Ничего не видя перед собой, Либ прошла мимо него и у самой двери налетела на Люка Фултона.
От него исходил смешанный аромат пота, мыла и лыжной мази. Последний запах казался немного странным, учитывая стоявшую на улице жару. Заглянув ему в глаза, Либ страшно захотела упасть в его объятия и умолять, чтобы он ее сжал покрепче и никогда не отпускал.
Люк ухватил ее за локоть.
— Господи, Либ, что с тобой?
Либ высвободила руку.
«Люк и пальцем не пошевелит, чтобы мне помочь, — решила она. — И уж как пить дать, не возьмет меня на руки и не унесет туда, где мы будем жить долго и счастливо».
Либ почти бегом вылетела из кафе. Люк хотел было последовать за ней, но его остановил Рич Лоуэлл.
— Пусть идет, — улыбнулся адвокат. — Боюсь, мне пришлось сообщить ей неприятные новости.
Через окно кафе Люк увидел, как Либ открыла дверцу и села в свою машину. Ее движения были слегка замедленными, словно кто-то высосал из нее все жизненные силы.
— Какие новости?
Рич покачал головой:
— Я не вправе раскрывать тайны моего клиента, ты же знаешь. Это вопрос адвокатской этики. — Рич вернулся к столу и стал укладывать бумаги в портфель. — Я как раз собирался зайти к тебе в офис, но если хочешь, мы можем поговорить здесь.
— Давай здесь, — рассеянно ответил Люк, все еще наблюдая за Либ через окно. — Ты уверен, что с ней все в порядке?
Рич проследил взгляд Люка и увидел машину Либ, аккуратно маневрировавшую на стоянке.
— Мне следовало догадаться, что ты с ней знаком, — усмехнулся адвокат. — Сколько она уже в городе? Дня два? А ты так на нее смотришь.
Машина Либ исчезла за поворотом, и Люк перевел взгляд на Рича:
— Как?
— Как большой голодный волк, — прозвучал ответ. — Хочешь совет, старина?
Люк сел за столик, откуда несколько минут назад встала Либ.
— За это я, кажется, тебе и плачу.
— Поостынь малость, — серьезно произнес адвокат. — Эта девочка слишком хороша для твоих донжуанских развлечений. Она непременно влюбится — ведь в тебя все влюбляются, — но только учти, она станет воспринимать все твои игры всерьез.