Сын леса (СИ)

А вот с Фэлкасом ситуация ещё интереснее. Извиниться за ближайшего родича уже нечто ближе к традициям, хотя чаще виру за поведения сына предлагает выплатить отец, а не наоборот. Но тут случай особый, компенсировать мне оскорбление этот крендель собрался не золотом или ещё чем, а кровью. Своей. При этом зная о нашем Братстве только в очень общих чертах, как и о его правилах. Потому как у нас особых правил вроде как и нет, мы пипец как отличаемся от всех прочих неприятием поклонов и общей манерой общения, где подчинённые с командирам на ты и вообще разговаривают по простецки, но больше как бы ничего толком и не сформулировано. Ну может ещё парень в курсе слухов, что среди нас есть благородные, которые нигде и никогда не говорят о своих титулах с родословными, потому что это табу. Принимать его, значит посвящать постороннего человека, к тому же аристократа, в то, что мы как бы все простолюдины, а охочусь в Смертолесье вообще пока я один. Ребята на земле Вольфа лишь рыбачат, сделать эту территорию своей им только предстоит, когда стая двинется севернее. Но к счастью у меня есть аргумент, чтобы послать благородного рекрута куда подальше, он единственный сын и стало быть наследник по мужской линии. К тому же мы кого попало не берём… Но это оставим на крайний случай, а то парень тоже может того, оскорбиться.
— Фэлкас, ты не понимаешь чего просишь — хмыкнул я — У Братства нет иных вотчин, кроме Смертолесья и нескольких посёлков, где мы отдыхаем от охот на его южной границе. А ты наследник тэнтства и после смерти твоего отца, оно должно перейти к тебе. Так что среди нас тебе нет места. Что до твоего батюшки… Извинения приняты. Не молодой человек похоже и правда много перенёс за последние дни и по незнанию побоялся лесного зверя, не ведая, что тот никого не тронет, даже если я буду не в состоянии за ним присмотреть. Бывает.
— Я могу отказаться от наследства в пользу сестёр — зачем-то полез парень в бутылку. Хотя могу догадаться, всё таки седьмая, а тем паче восьмая ступень Лестницы в моём возрасте легко может стать предметом зависти.
— А я не желаю допускать того, чтобы род Сэгонда прервался, твои сёстры стали предметом охоты борзых женихов при ослабшем отце, а нас снова просили прогуляться и навести порядок. Мы не вмешиваемся в южные дела и сейчас бы тоже не вмешались, если бы ваши преследователи не попытались на меня напасть — хмыкнул я — Слово сказано. И довольно на этом.
— Пусть будет так — через несколько секунд ответил парень. Было заметно, что мой отказ его огорчил, но хоть вроде не разозлил. Джон Сноу, блин, местного разлива, тому тоже припеперило в Ночной Дозор вступить ко всяким гопникам, вместо того чтобы попытаться поискать место получше. В конце концов хранитель Севера там мог бы приёмному сынишке помочь нормально устроиться в жизни, подкинув каким-нибудь образом варианты заслужить дворянство.
— Вот и славно — кивнул я — А теперь садитесь к огню. Расскажете хоть о чём в замке говорили. Парни, подкиньте дровишек и слегка потеснитесь.
— Вам бы не сидеть на холоде, юноша — попытался вклиниться брат Вэй — Раны были довольно тяжёлые.
— Не переживайте — хмыкнул я на это — Свежий воздух мне только на пользу.
Народ расселся, к счастью даже хлыщ из центральных провинций нос от компании не воротил, а потом мне начали пересказывать последние новости. В общем разговор с тэном и правда сначала не заладился, но его родственники и монах скруглили углы, а потом все как-то потихоньку и со скрипом, но перешли к обсуждению насущных вопросов. Таких на повестке дня было два: что делать с пленными и когда идти брать соседские замки? Всё таки народу сдалось прилично, включая довольно высокоуровневых магов, таких оставишь без присмотра и они могут чего-нибудь учудить. Причём хорошо если просто побег, а не чего похуже вроде ночной попытки нас перебить. Необходимость тщательно стеречь этих субчиков вообще подвешивала в воздухе возможность куда-то пойти, бойцы-то охраной заняты. Но при этом замки соседей судя по всему были практически беззащитны и Сэгондам с Шиэсом очень хотелось их взять, отомстив за осаду.
 
Смело могу сказать, что поведение местного тэна пошло нам на пользу, точнее нашему нейтралитету. При прочих равных бывшие ополченцы и ближайшие к нам аристократы со своими людьми были бы воодушевлены победой и вполне могли бы быстро согласиться на продолжение военной компании. А так крутили носами, кривили рожи и грозно спрашивали, а на кой им вообще всё это надо? В конце концов мы шли немножко восстановить справедливость и объяснить всяким идиотам, что на нашу землю не стоит приходить с мечом, ибо чревато. Осаду мы сняли, по головам кому надо надавали, а некоторые и вовсе отрубили. Так что для полноты картины не хватает разве что виры и на том можно идти домой, таща с собой пленных из свит двух восьмёрок, чтобы получить за них выкуп. В конце концов они все благородные из вассальных семей, деньги у их родичей водятся, не говоря о сюзеренах.
— Вот и я тоже думаю, а оно нам надо? — пришлось в итоге хмыкнуть мне — Мы ведь даже не за трофеями шли или воинской славой, а просто потому, что не могли не наказать за нападение на одного из нас и нам не нравилось, что какие-то люди хотят убить женщину с ребёнком, которая с мужем приехала погостить в северную марку. Она ведь и наш дом тоже, а его без всяких шуток позорят. Даже смиренный монах храма Небесного Водопада и тот настолько не видел в этом ничего хорошего, что предпочёл отправится с нами, дабы помочь благому начинанию. Верно говорю, братья?
В ответ донеслись слова согласия, даже тэны нестройно поддержали мои слова. Получить ещё толику авторитета успешным взятием двух замков им конечно хотелось, как впрочем и богатств, но Лэнома быстро смекнул к чему я клоню и что братство уже никуда не пойдёт. Трофеи уже были богатыми, слава уже была, а если сейчас сказать что-то поперёк, то либо придётся подтверждать слова делом, идя дальше урезанным составом с крайне мутным результатом и опасными пленными в тылу, либо отказаться от дальнейших боевых действий и тем самым расписаться в том, что без нас тэны мало что стоят. Гораздо разумнее показать, что они тут все только из благородных побуждений и вообще за правду против кривды. Не уверен, что остальные мелкие аристократы смекнули всё так же быстро, но о хитросделанности своего коллеги они отлично знали, а потому без лишних сомнений его поддержали.
— Я шёл скорее для того, чтобы не множить человеческие жертвы, оказав помощь раненым — счёл нужным всё таки заметить брат Вэй, так как я всё таки немного шатал нейтралитет его ордена своими словами — Братья-монахи не одобряют любое кровопролитие.
— И все мы вам за это крайне признательны, а так же разделяем вашу позицию — как не в чём не бывало кивнул я — Мы охотники и защитники людей от опасностей магического леса, а не мясники, дуреющие от крови. За нападение мы и так взяли её достаточно, как и трофеев. Потому я говорю, что больше нам ничего не надо кроме, пожалуй, официальных извинений от тэнов Квэсва и Хэфа или их наследников за действия их людей. Эти двое кстати живы или пали?
— Хэфа ранен, но жив, я обрабатывал его раны. А вот тэн Квэсва боюсь уже ни перед кем не извинится — отозвался монах.
— У нас его брат есть, так что необходимое мы пожалуй получим от него — хмыкнул я.
— Тогда остаётся решить, что делать с пленными наёмниками и людьми из свит гостей из центральных провинций — проговорил Рэвис.