Сын леса (СИ)

По правую руку от Нэрала сидел командир городской стражи Чэдин, могучий мужик в расцвете сил с гривой чёрных волос и выбритом до синевы лицом. Противник опасный, но умеренно, в конце концов я примерно такого же недавно обезглавил. Да и к этому приязни не испытывал, уж больно неприглядное впечатление на меня произвели его подчинённые, которые собирали мзду на воротах. Нет, может «царь» он хороший и у него просто «бояре» плохие, но я в подобные чудеса не верю.
По левую руку от наместника сидел благообразный и сухенький старичок с бритой головой, деревянными чётками в руках и прислонённом к креслу посохом с кольцами на навершии, которые наверняка весело позвякивали при ходьбе. Одежда указывала на него, как на монаха, сам он был на пятой ступени Лестницы воды. В вышивках, положенных служителям храмов я не разбирался, но всё равно предполагал, что дедок-советник из Храма Небесного Водопада. По крайней мере это единственный большой и уважаемый храм с соответствующим статусу пафосным названием, который был в наших местах.
Кроме нас в кабинет, напоминающий залу, привели обвиняемого, то есть давешнего воздушника. А вот дальше начался цирк с конями, точнее со словоблудием. Сэвил Эсэнт, как звали этого кренделя, на голубом глазу заявил, что его покойный отец предложил нам свою помощь и поддержку за часть прибыли нашего скромного предприятия, а мне даже оказал честь, пригласив погостить в свой замок, после чего был жестоко убит. Монах, выслушав это, важно кивнул наместнику, по всей видимости подтвердив, что вранья не было и вопросы появились уже к нам. Так что пришлось долго и нудно рассказывать, что хотя воздушник формально и не соврал, но от истинны его слова далеки, как Солнце от Плутона. Да, он обещал свою дружбу, но в обмен на половину нашего прибытка, а меня хотел удерживать в своём замке силой в качестве заложника, чтобы было проще договориться с моими старшими родственниками и сохранить свою башку за такую наглость. В общем словесная эквилибристика длилась добрый час, прежде чем нас таки оправдали, признав за нами право на трофеи, но обломав с вирой и пленным. Наместнику тоже что-то кушать надо, c’est la vie. Но мы были не в обиде, всё с этим языкастым гадёнышем могло обернуться куда хуже, если бы Нэрал не был заранее настроен позитивно в отношении нас и негативно к средневековому рэкетиру. К тому же после суда меня и Эсуфа с Эфримом пригласили в кабинет поменьше, где нашлись шесть кресел, вокруг чайного столика. Напиток был кстати поинтереснее, чем у Нэкэта, в нём чувствовалась Кив. Вероятно он был родом с одного из южных «смертолесей», мой дом всё же был не уникален в этом мире.
— Не могу не выразить вам благодарность, наместник. И за справедливый суд и за это приглашение — кивнул я, подняв чашку.
— Пустое, юноша — Нэрал слегка махнул рукой в широком рукаве цветастого кимоно, расшитого драконами — По правде сказать, я в любом случае желал пообщаться с вами, когда вы вновь окажетесь в моём городе. Только с приглашением были некоторые проблемы из-за ваших странных традиций.
Я понимающе кивнул. Мы не кланялись, наместник не мог спустить отсутствие поклона, потому что это было оскорблением по отношению к его статусу. На таком фундаменте тяжело построить конструктивный диалог, чему я кстати прежде был скорее рад, чем нет, ведь из-за подобного социального барьера к нам лишний раз не лезли. Но обвиняемые, свидетели и истцы не обязаны приклонять голову так же, как и те же стражники при исполнении, которые стоят рядом с ними. Таковы уж местные традиции.
— Понимаю ваши затруднения и даже разделяю их — проговорил я — Даже мудрые тррадиции порой не помогают, а мешают. Собственно это одна из причин, почему моя семья предпочитает жить в Смерртолесье, а не среди людей.
— Я предполагал это — улыбнулся в усы старикан, видя безмятежное лицо монаха, который подрабатывал детектором лжи — Хотя рад бы был пообщаться и с ними. Любой товар из вашего дома чрезвычайно дорог и редок, даже их жидкий ручеёк привлёк в Шэлтэ новых гостей и их деньги. Потому чрезвычайно обидно слышать, что он может иссякнуть.
 
— Рразделяю ваше огорчение, но мы к сожалению не можем быть уверены, что почтенный мастер Нэкэт будет здесь в безопасности — осторожно ответил я, внутренне кривясь от необходимости жонглировать словами и вновь прорывающейся в речи рычащей «Р». Ну и немного от того, что мы обсуждаем нашего делового партнёра в его отсутствие. Эсуфа за стол пригласили, а вот кожевнику такая честь оказалась не по чину — Но думаю мы сможем прийти к взаимопониманию.
— Разумеется решение ремесленника нашло моё понимание — кивнул наместник — Я и правда не готов поселить мастера Нэкэта рядом с собой, чтобы уберечь его от кровной мести, да и Шэлтэ куда ближе к Эсэну, чем ваш дом. Но думаю и вы должны осознавать, что я не могу допустить, чтобы город потерял часть прибыли, ничем её не компенсировав.
— Кроме шкур небесных животных, уважаемый Эсуф привозит сюда их кости, а так же многие магические растения, интересные алзимикам — сделал я ещё один глоток душистого чая — Думаю их количество могло бы увеличится.
— Это было бы весьма недурно — опять кивнул наместник — Было бы и вовсе чудесно, если бы цены на них стали ниже. Хотя бы для представителей королевской власти, всё таки многие из них станут снадобьями и эликсирами, которые спасут жизни защитников королевства, в котором вы живёте.
Удерживая морду кирпичом, я мысленно вздохнул. Будь патриотом, дай государству побольше денег, а себе оставь поменьше, везде, млять, одно и то же. Тем более сомневаюсь, что наместник будет клепать дешёвые лекарства для местного госрезерва, скорее уж станет перепродавать сырьё в центральные провинции за совсем другие деньги, только не слишком наглея. Местная-то гильдия алхимиков ему тоже деньги платит и способствует процветанию вверенного ему города, ей тоже что-то должно перепадать. Хотя… На Земле чиновники и не такое проворачивали, своя рубашка ближе к телу.
— Не могу вот так сходу что-то ответить на ваши последние слова. Я в своей семье самый младший, а не самый старший — в итоге развёл руками я.
— Досадно, но ожидаемо — кивнул на это наместник — Кстати было бы крайне интересно узнать о ней. Семья, живущая в Смертолесье, а не просто люди, ходящие на его окраину за добычей, это удивительно. Пожалуй даже более удивительно, чем ваши традиции.
— Ну с традициями всё как раз довольно просто. Мне действительно кажется, что лучше ни перед кем не склонять голову и никого не заставлять склоняться перед собой. Если же для этого нужно жить в дали от остальных людей, которые не разделяют наши взгляды, то пусть так и будет — хмыкнул я, стараясь не смотреть на монаха. Уж он-то по логике вещей должен меня понимать, ведь сколько монастырей, столько и уставов. А ещё чуять, что я не вру хотя бы формально — А что до семьи, она живёт в Смертолесье уже многие поколения.
— И велика ли она? — приподнял бровь наместник.
— У меня два брата и сестра, у приёмных родителей братьев и сестёр не сильно меньше. Думаю можно сказать, что довольно велика — пожал я плечами опять.
— Так вы им не родной ребёнок? — заинтересовался наместник.
— Нет, приёмный отец спас меня в младенчестве, когда моих настоящих родителей убили — хмыкнул я — Не самая приятная мне тема для разговора.