Ключи от вселенной (СИ)

— А гречку и рис чего не сварил? Они не так химически опасны, — продолжила докапываться Лина.
— Заноза, ну что ты как маленькая? — вздохнул Егор, откладывая вычищенный карабин с основательно загаженным стволом, такое ощущение, что перед смертью его хозяин в кого-то активно пострелял. — Гороховая каша варится очень долго, нас ждёт, скорее всего, пеший переход километров на двести, и времени на её приготовление на ходу у нас просто не будет. — Закончив ликбез по приготовлению каш, Раевский взялся за полуавтомат «Benelli M2 Tactical» с пистолетной рукоятью и телескопическим прикладом, к которому обнаружилось две сотни патронов, с полсотни пулевых остальное картечь, вот он был вполне себе чистым. — Глупо спрашивать, умеешь ли ты стрелять? — посмотрел он на девушку.
— Глупо, — согласилась Лина.
— Ничего сложного, — разворачивая гладкоствол правой стороной так, чтобы ей было видно. — Предохранитель находится вот тут над рукоятью, сейчас ты выстрелить не сможешь, но если сдвинуть обратно, — Егор продемонстрировал, как это сделать, — то ты увидишь красный сегмент, это значит, он готов к стрельбе. Теперь смотри, вот так снаряжается магазин, он тут на семь выстрелов, один в стволе, но пока, считай, только семь.
Тренинг с бинелькой затянулся до глубокой ночи. Раевский пытался по максимуму подготовить Лину к выходу за порог этой относительно безопасной квартиры, единственное, на что они прервались, это на ужин с плохо разваренной гороховой кашей. Егору просто надоело её варить, так что, отдельные горошины слегка похрустывали на зубах, но всё равно это было гораздо лучше, чем ложиться спать на пустой желудок.
К полуночи Заноза, сонная и усталая, всё же сдала Каскаду экзамен по обращению с полуавтоматическим дробовиком. И теперь он висел у неё на груди, по патрульному, снаряжённый и полностью готовый к бою. Не сказать, что у девушки был талант, но всё же за семь часов она освоила это вполне серьёзное оружие. Завтра отстреляют с десяток патронов, чтобы она смогла приноровиться к отдаче, и прикинуть возможности оружия. Лина, девушка спортивная, должна выдержать.
— У нас есть план? — спросила она, устраиваясь на широкой хозяйской кровати прямо в одежде и укрывшись плащом.
— Идти к Москве, — отозвался Раевский, заняв вторую половину кровати, — чем не план? Дорога одна, почти прямая, не заблудимся. Вот только есть у меня сомнения, что нас пустят под этот купол. Но об этом мы будем думать, когда доберёмся. Сейчас меня больше беспокоит пропитание и мутанты, то, что мы нашли эти крупы, просто чудо. На завтрак у нас ещё осталась каша, но гречки и риса хватит всего на пару дней. А вот что мы будем есть дальше, я не представляю.
— А с водой как быть? — сонно поинтересовалась Лина.
Егор мотнул головой в сторону большого туристического рюкзака.
— Я марлю взял, её там метра три, а может и больше, соберу примитивный фильтр, уголь, песок, камни, сможем кое-как профильтровать, чтобы напиться и кашу сварить. Кроме того, думаю, Хим поможет с поиском родников, они всегда чистые.
Не дождавшись реакции, он посмотрел на девушку и понял, что ей уже пофиг на его объяснения, Заноза, недослушав, просто вырубилась.
— Непривычно, что кроме нас есть кто-то ещё, — подал голос Хим, улёгшийся в коридоре и приглядывающий за вырезанном в двери проходе.
— Есть немного, ну да ничего, привыкнем, не бросать же её, гуманней тогда уж, пока спит, всадить ей пулю в затылок. Не повезло нам с миром, первый для неё, и такая жопа, словно компенсация от кляксы за то, что мы теперь втроём путешествуем, мол, вас много, вот вам усложнённая программа. Кстати, ты монстров жрал, что скажешь, съедобные?
— Вполне, особенно мелкие, только очень жилистые, сами по себе они не ядовитые. А вот крупный мутант какой-то странный. Не знаю, почему, но мне кажется, я с него что-то приобрел. Но не новый образ, точно сказать не могу.
— Не опасно? — забеспокоился Егор.
— Нет, странник. Я магически созданная химера, одна из моих особенностей — принимать, способности поглощенных существ. Возможно, я стану хамелеоном, во всяком случае, так я думаю.
 
— Хорошо бы, лишняя маскировка тебе бы не помешала, — сонно отозвался Раевский.
— Спи, странник, я посторожу, завтра будет новый день.
— Буди, если что, — ответил Егор и отрубился.
Проснулся он, когда на улице было уже светло, сквозь листья проглядывало солнце, тучи за ночь исчезли. А ещё он выспался, нормально, без кошмаров. Стоило покинуть отстойник, как он прекратил видеть горящую заживо Грену, которая его винила в своей гибели. Егор сел на кровати, сбросив пальто, принадлежащее хозяину, в отличие от одеяла от него не тянуло сыростью. Соседнее место пустовало. Но если Хим его не разбудил, значит, с Линой всё в порядке.
Егор потянулся и, взяв бутылку минералки, которую нашёл на кухне, прополоскал рот. Был в ванной тюбик с зубной пастой, которая давно засохла, но новую зубную щётку, ещё даже не распакованную, он в рюкзак сунул. Вообще, того с момента, как он провалился в кляксу, личная гигиена стала проблемой, а хотелось бы её решить.
Лина обнаружилась в соседней комнате, и сумела удивить Раевского, она тренировалась. Егор остановился в дверях, глядя, как Заноза раз за разом повторяла упражнение с дробовиком — вскинуть, поймать цель, нажать на спуск, щелчок, бросить, и так по кругу.
— Неплохо, — ответил Раевский.
Лина вздрогнула и обернулась.
— Не пугай так больше, — попросила она, после чего указала на окно. — Солнечно, я так понимаю, нас ждёт дорога?
— Верно, понимаешь, — подтвердил предположение спутницы Раевский. — Сейчас поедим и пойдём.
— Ешь, я свою половину уже прикончила, меня голод разбудил, так что, извини, ждать тебя не стала. Я теперь всегда есть хочу, хотя раньше никогда за собой такого не замечала. А насчёт дороги, — она покосилась на маленький школьный рюкзак, набитый патронами к дробовику, — вон всё мое имущество, взял и пошёл.
— Ещё хочешь? — спросил Раевский, понимая, что он как раз не слишком голоден.
Девушка покачала головой, но при этом умудрилась сглотнуть слюну.
— Пошли, Заноза, — улыбнулся Раевский, — тебе надо подкрепиться, мне и пары ложек хватит.
Он потрепал по голове Хима, который так и сидел в коридоре, не сводя взгляда с дыры в двери. Химерик отреагировал на это слабо, он был на чём-то очень сосредоточен.
— Здравствуй, Странник, — мысленно поприветствовал его зверь. — Всё спокойно, — и после этого замолчал.
— С тобой всё хорошо? — забеспокоился Каскад, усаживаясь за стол и раскочегаривая горелку, после чего поставил на нее трёхсотграммовую кастрюльку с водой, чай был такой же старый, как и все в квартире, но вполне годился для заварки, жестяная банка с плотной крышкой неплохо защитили его от времени. Так что хоть что-то горячее будет на завтрак. Следом он взялся за кашу, отложив себе в тарелку пару ложек, он придвинул кастрюлю к Лине. — Ешь, давай, нечего мне в рот смотреть.
— Я, кажется, нащупал новую способность, — после паузы ответил Хим, — теперь пытаюсь разобраться, как её применить. Не мешай, пожалуйста, это сложно, но я скоро закончу.
Егор ничего не ответил и принялся за свою холодную кашу, которой очень сильно не хватало масла, да и холодной она была мерзкой. Но греть её не хотелось, и так, пока варил, целый баллон извёл.
Девушка же, не заморачиваясь, холодная или горячая, с маслом или без, набросилась на добавку, только ложка стукала о дно.
Каскад же все же дождался, пока закипит вода, и сделал себе и Лине чаю, и только после этого занялся своей порцией. Он ел механически, даже почти не жуя. Потом пил горячий несладкий чай, дымя в потолок трубкой.
— Да, вот ещё что, — вытаскивая из кармана комбинезона небольшой мешочек для упаковки какой-то ювелирки и кинув на стол, Егор подтолкнул его к Лине. — Держи, твоя половина золотых побрякушек, что мы нашли вчера. Золото, конечно, поганое с примесями, но возможно, его все же можно использовать, как платёжное средство. Пусть у тебя тоже будет кое-какой резерв на всякий случай.