Волчий Рубин (СИ)

— Проклятье! — в сердцах выругался он, сжимая в пальцах бесполезную сигарету.
Повернувшись, Влад в изумлении замер на месте. На крыльце стояла девушка, с интересом разглядывающая его. Длинные, очень светлые, почти белые, волосы. Высокая, худенькая, какая-то бесцветная, но очень милая. Лёгкое, почти просвечивающее платье, то ли белое, то ли светло-серое. На лице — удивление и любопытство. Влад заметил это всё как-то сразу, одним взглядом.
— Простите, — он пытался аккуратно засунуть сигарету обратно в пачку. — Меня Конрад в гости пригласил. — Слова звучали немного неправильно и не совсем точно отражали произошедшее, но лучшего парню на ум не приходило.
Девушка улыбнулась и что-то произнесла с вопросительной интонацией. Влад пожал плечами:
— Не понимаю.
Она нахмурилась, между бровями залегла морщинка. Прикоснулась к груди рукой и снова что-то сказала, очень мелодично, но слишком быстро — звуки проскользнули по грани слуха и не задержались в памяти Влада. Он отрицательно помотал головой. Девушка повторила жест и слово, но медленнее:
— Лионелла.
Парень смекнул, что это её имя, и тоже приложил ладонь к груди, чувствуя себя путешественником, устанавливающим контакт с аборигенами:
— Влад.
— Вла-ад, — повторила собеседница, певуче растянув гласную, и опять улыбнулась.
Возникла пауза, и парень поймал себя на том, что внимательно разглядывает девушка, а точнее, откровенно пялится. А она, ничуть не смутившись от такого пристального внимания, вошла в дом, проскользнула мимо Влада, обдав его приятным травяным ароматом, по-хозяйски сняла с полки кувшин и пару кружек, поставила на стол. Прощебетала что-то, видимо, приглашая к столу.
В кувшине оказался какой-то травяной напиток, кисло-сладкий, вкусный, приятно пощипывающий нёбо. Лионелла продолжала что-то говорить, как будто и не нуждалась в понимающем её собеседнике. Влад изредка кивал, иногда улыбался, потом поймал паузу в речи новой знакомой и вставил:
— А где Конрад? — неопределённо развел руками и попытался жестами показать длинные волосы, втянул щёки, изображая худощавое лицо хозяина дома. — Конрад?
Лионелла пристально посмотрела на него, повторила имя, начала было что-то объяснять. Но тут же с досадой махнула рукой — всё равно взаимопонимания не получалось. С той же полки, откуда она взяла отвар, были принесены несколько листов коричневатой бумаги, литая, по-видимому бронзовая, чернильница и перо. Настоящее гусиное перо, Влад даже глаза потёр в недоумении, таким архаизмом это выглядело. Пока он чесал в затылке, девушка набросала на листе две картинки. Солнышко с лучиками, похожее на детский рисунок, и под ним женская фигурка. А рядом полумесяц луны с мужской фигурой в чёрном. Подвинула рисунок, чтобы собеседник мог рассмотреть.
— И? — вопросительно поднял бровь Влад.
— Конрад, — Лионелла ткнула пальчиком в мужскую фигуру. Потом показала на женский силуэт и похлопала себя по груди.
Парень усиленно думал, но не понимал, что ему хотят объяснить. «Ну да, Конрада я встретил ночью. Девушка появилась днём. Это ясно и без рисунков. А вот куда делся этот… хм… маг?» Лионелла тем временем вновь заскрипела пером: снова луна, условная человеческая фигурка, стрелочка, какое-то животное, смутно напоминающее собаку или волка. Она вскинула большие прозрачно-серые глаза на Влада, в их выражении было столько надежды, что молодой человек еле нашёл в себе мужество вновь непонимающе пожать плечами.
Лионелла качнулась вперёд, к Владу, как будто собиралась поцеловать, положила ему прохладные пальцы на виски, её лицо оказалось вдруг совсем близко. Она быстро, сбивчиво заговорила. У парня появилось ощущение, знакомое по разговору с Конрадом, словно внутри черепа скребётся мышка. И в потоке слов послышались три, которые были понятны — «поход», «инквизитор», «помощь». Девушка слегка побледнела, на лбу выступил пот, ладони слегка дрожали, когда она убрала их от лица Влада.
Парень неуклюже взял непривычный письменный прибор, макнул перо в чернильницу и, стараясь не посадить кляксу, изобразил ручки-ножки-огуречик, нарядил человечка в нечто балахонообразное и пририсовал крест на груди.
 
— Инквизитор, — полуутвердительно произнёс он.
В глазах Лионеллы вспыхнула ненависть, выхватив перо у Влада, она перечеркнула последний рисунок, прорвав острым кончиком бумагу. Несколько штрихов, под её рукой возникает изображение костра с человеческой фигуркой в центре, среди языков пламени. На ресницах девушки блеснули слёзы. Она опять говорила, на этот раз гневно. А потом выронила перо из ослабевших пальцев, закрыла лицо ладонями. Парень нерешительно обнял её за плечи:
— Не плачь. Всё хорошо…
Он сам не совсем понимал, что произошло. В голове крутились какие-то смутные общие представления об инквизиции, помнилось только то, что эта церковная организация существовала когда-то в средние века и боролась против ведьм и колдунов. А Конрад и Лионелла, судя по всему, как раз и принадлежат к тем самым отступникам, которых имели обыкновение сжигать на кострах.
Девушка доверчиво прижалась к груди Влада, дав волю слезам. Он ласково поглаживал её по спине и бормотал что-то утешающее. Выплакавшись, она не отодвинулась и предприняла ещё одну попытку донести информацию с помощью рисунков. Вновь и вновь её тонкий пальчик указывал то на солнышко, то на луну, то на волка, то на костёр, но слов парень не понимал, а без них не мог уловить логической связи.
Минут через пять Влад решительно отобрал перо у Лионеллы, решив выяснить другую волнующую его подробность. Он неумело и коряво нарисовал человека в мантии, усеянной звездами, в островерхой шапке и с зажатой в руке волшебной палочкой, с которой сыпались искры. Набросок должен был, по идее, изображать мага, волшебника, но Влад и сам видел, что получилось не очень-то похоже. У Лионеллы рисунок вызвал полное недоумение, круто изогнувшее светлую бровь.
Бессмысленность и безвыходность ситуации, когда невозможно понять друг друга настолько утомила парня, что он с новой силой захотел курить.
— Лионелла, мне нужны спички. Ну… огонь, — он пошевелил пальцами, попытавшись показать пламя. Ткнул пальцем в сторону очага. — Огонь.
Промучившись ещё немного, Влад чуть не закричал от радости. Девушка, кивнув, выбежала из дома, но почти сразу же вернулась, неся кремень и огниво. По крайней мере, парень решил, что это должно так называться. Лионелла умело высекла искру, сигарета затлела, и он, сделав глубокую затяжку, впервые за последние сутки почувствовал себя абсолютно счастливым.
Светловолосая что-то шепнула ему на ухо и, взмахнув подолом, пошла в сторону леса.
— Лионелла! — удивлённо позвал Влад. Но она даже не обернулась.
— Странная она какая-то… — пробурчал сам себе под нос.
Девушка, мелькнув белым пятнышком, скрылась за деревьями. Солнце жарило немилосердно, что казалось необычным после промозглой ночной погоды. Влад задумчиво докурил, раздавил окурок сапогом и решил осмотреть вторую часть строения — сарайчик. Дверь в него оказалась приоткрытой и немного покосившейся. В стенах зияли широкие щели, около порога устроилась пушистая шапка мха.
Петли взвизгнули, вызвав болезненную пульсацию в голове парня. Внутри было довольно темно — свет падал только из дверного проёма и из щелей. Открывшаяся взгляду Влада комната была маленькой и почти пустой. Узкий и низенький лежак да пыльный столик. Парень нерешительно шагнул в полумрак, под ногой протяжно скрипнула половица. На верёвочках были развешаны пучки засушенных трав, источающие приятный запах, а на столике выстроились неровными рядами разнокалиберные склянки. Убогость и ветхость стен явно контрастировала с обжитостью комнаты. Интерьер выглядел прямой противоположностью дому, где всё было крепким и добротным, но заброшенным. Здесь явно чувствовалась женская рука.
«Необычное место для жилья. Неужели это Лионелла здесь ночует? Судя по тому, что от неё пахло именно этим, — Влад тронул одну из травяных связок, — так и есть…»