Нежеланная, или Дар Небес (СИ)

– Только этого не хватало, – пробормотала себе под нос.
– Вот вы где! – Лео доскакал до нас, снял шляпу и издевательски поклонился. – Здравствуй, цыпленочек!
– Что ты тут делаешь? – рыкнул раздражённо Радгар
– А вы? Зачем вы ее искали? – прищурился он и спрыгнул.
– Не твое дело! – отбрил Орэт, подходя ближе к другу по несчастью.
– Как раз таки моё! – разозлился Лео. – Я считал это болезнью! Грешил на гены сумасшедшего дядюшки! Но вчера увидел её и все понял! Полагаю, и вы искали её по этому же поводу.
– Тоже, что ли, кастратом стал? – хихикнула, выглядывая из-за плеч двух друзей.
– Помолчи, лира, – шикнул Орэт, закрывая обзор.
– Тебе смешно, тварь иномирная! – у Лео глаза кровью налились, и он пошел в мою сторону. Явно не благодарить. – Ты сделала меня несостоятельным!
– Вот не правда! – открестилась от поклепа и попятилась, держа рубашку Орэта как щит и закрываясь им же. – А будешь орать – сделаю мужеложцем!
Как назло, на небе сверкнула молния. Громыхнул гром, и ветер ударил в лицо. Мужчины втроем вздрогнули и опять уставились на небо.
Лео премерзко засмеялся, шипя на мою голову проклятья. Его за грудки схватил Радгар, прижал к боку коня и прорычал что-то грозно.
– Можешь угрожать сколько угодно, Рад! Сейчас остальные подтянутся, и мы закончим то, что должны были сделать пять лет назад! – выкрикнул в лицо мужчина.
Интересно что? Очень надеюсь, не убить меня и прикопать в лесочке. Разжала сведённые судорогой пальцы, выпуская рубашку маркиза, и медленно попятилась. Орэт подошел к друзьям, пытаясь разнять их. Более не ожидая развития событий, развернулась, подхватила юбки и побежала к храму.
– Она убегает! – истерично заорал Лео.
– Богиня, помоги! – зашептала я, перепрыгивая буреломы и валяющиеся куски бетона.
До храма оставалось каких-то два метра, но я чувствовала, как нагоняют мужчины. Слышала топот копыт и тяжелое дыхание коня. Вновь громыхнул гром. Листья, ветки и прочий мусор, валяющийся вокруг, взметнулся от сильного порыва ветра. Прямо перед моим носом сверкнула молния. Попыталась остановиться и крепко зажмурилась, готовясь получить разряд, но все стихло. Пропали звуки леса, громкие голоса, шелест деревьев. Осторожно приоткрыла один глаз и удивлённо покружилась вокруг себя.
Я стояла в центре цветочной лавки. Моей цветочной лавки. Выглянула на улицу. Мимо проезжали экипажи, шли по своим делам горожане. Из соседней кофейни помахала знакомая подавальщица. А на небе ни тучки, ни облачка. И солнце ярко светит.
Не теряя времени, побежала на второй этаж, схватила большую сумку и начала швырять из шкафа все вещи, даже не разбираясь, что именно бросаю. Как только сумка заполнилась, подбежала к артефакту, но настроить связь не успела. Внизу послышался звон колокольчика. Полезла в тумбочку и достала кухонный нож. Дурная привычка сохранилась со времён моего скитания по этому миру. Жаль, конечно, что не пистолет. Я плохо представляла, как буду отбиваться холодным оружием, так как в принципе считала себя пацифистом. Но когда тебя загоняют в ловушку, тут уже не до моральных принципов.
Сжав посильнее рукоять, спряталась за шкафом и приготовилась выгрызать себе свободу и жизнь. Гости приближались к комнате. Их тяжелые шаги отдавались эхом в узком коридорчике. И, кажется, их было трое. Точно по мою душу. Молиться Богине бессмысленно, её влияние не настолько сильное. Она только возле храма может показаться. В закуток, где я пряталась, заглянули. Вскрикнула, зажмурилась и замахнулась ножом, чувствуя, как он протыкает грубую материю и мягкую плоть. Неужели попала? Распахнула глаза и ахнула.
– Ма-ма-стер Цвейг, – заикаясь, осмотрела милое сердцу, но искажённое болью лицо мужчины.
– Лира нашлась, – простонал он и, отступив, уселся на заваленную тряпьём кровать.
Ко мне тут же подошли констебли и схватили за локти. Они что-то зачитывали про нападение и прочее. Но я лишь испуганно смотрела на Бартольда, шепча извинения.
– Отпустите её! – рыкнул Бартольд. – В ваших услугах более не нуждаемся.
 
– Лир, вы уверены? Она напала на вас.
– Я уверен. Она защищалась. Мы вызовем лекаря. Идите! – отчеканил он.
Мужчины разжали клешни, выпустив меня. Ещё раз осмотрели, покачали головами и медленно вышли из комнаты. Тут же подбежала к нему, потом к тумбочке с артефактом, вновь к нему. Вспомнила про аптечку в ванной, метнулась туда.
– Натали, остановитесь! – рявкнул Барт, перекрикивая.
– Аптечка, вам нужна аптечка, – тараторила, совершенно не слушая, и носилась по квартире.
В коридоре мужчина схватил за плечи и встряхнул.
– Успокоилась? – как-то быстро перешёл на ты мужчина, получил кивок и, переплетя наши пальцы, потянул в комнату.
– У вас в плече нож торчит, – зачем-то напомнила ему.
Барт не ответил, посадил меня на кровать, выглянул в окно и позвал своего кучера. Пока я таращилась на полковника и восстанавливала дыхание, к нам поднялся мужчина. Бартольд же выудил из-под груды одежды наволочку и разорвал.
– Принеси аптечку и стакан воды, – приказал мужчина кучеру.
– Аптечка в ванной, – пробормотала и встала, намереваясь показать её.
– Сядь, – опять приказал Бартольд, и я плюхнулась обратно.
Кучер вернулся к нам, протянул стакан сначала Бартольду, но полковник показал на меня. Схватилась за тару дрожащими руками, во все глаза наблюдая, как сноровисто работают эти двое. Один из них вынул специальную настойку, похожую на спирт, и щедро окропил часть разорванной наволочки. Второй выдернул нож и разорвал часть одежды. Увидев, как хлещет кровь из раны, побледнела и машинально отпила воды, чтобы перебить металлический вкус во рту.
– Не падай в обморок, Натали, – попросил Барт и зарычал, когда его кучер начал накладывать тугую повязку.
– Простите, – прошептала я вновь.
Закончив с перевязкой, мужчина зафиксировал руку и подвязал её, чтобы Бартольд не двигал конечностью. Полковник слегка морщился, но стойко держался.
– Захвати сумку и жди внизу, – опять приказал Бартольд.
– Там ещё чемоданчик с канцелярией и шкатулка, - дрожащим голосом подсказала я, следя за тем, как мужчина сноровисто собирает мои пожитки.
Кучер быстро утрамбовал вещи, подхватил всё, что мне нужно было, и вышел, оставляя нас одних. Я подвинулась ближе и протянула полковнику стакан воды. Мужчина выпил одним махом, поставил пустую тару на тумбочку и, тяжело опираясь на трость, поднялся.
– Поговорим по дороге домой, – он протянул здоровую руку, вложила дрожащие пальцы и тоже встала.
– Нужно предупредить Мирабеллу, чтобы она не приходила сюда.
– Если ей негде жить, дай мой адрес, – предложил Барт и показал на валяющийся артефакт.
Кивнув, быстро написала письмо, свернула в трубочку и сунула в маленький железный тубус с рунами. В этом мире артефакт связи выглядел как тубус для свитков с вращающимися звеньями. Осталось покрутить специальные ячейки, задавая нужные координаты. Руны засветились, письмо улетело к подруге. Вот и всё. Мирабелла предупреждена.
Обвела быстрым взглядом комнату, посмотрела на мужчину и всхлипнула.
– Ты больше не одна, Натали!
Тихо и уверенно пророкотав, Бартольд широким шагом пересёк комнату и прижал к себе. Всхлипнула громче, просунула руки под сюртук, обнимая за торс, и разревелась в голос.
– Пойдём, расскажешь всё, и мы придумаем, как решить проблему.
Мужчине пришлось подталкивать меня, так как я, кажется, приросла к его торсу. Мы закрыли лавку и, кое-как помогая друг другу, взобрались в карету. Фаэтон дёрнулся, набирая скорость, и покатился по мостовой.
– Может быть, стоит заехать к лекарю, – предложила я, смотря, как морщится полковник.
– Вызовем на дом, - устало прикрыв глаза, откинулся на спинку скамьи Бартольд. – Рассказывай, лира, не бойся.
И я рассказала. Всё-всё. Захлёбываясь слезами, проглатывая куски истории, утыкаясь в здоровое плечо, когда мужчина пересел ко мне и обнял. К концу сбивчивого рассказа я просто задыхалась от избытка эмоций и просто шумно дышала, вцепившись в ворот его рубашки. А Бартольд гладил по спине и шептал что-то милое, ласковое своим тихим, уверенным, чуть рокочущим голосом. От которого я впадала в дрёму и расслаблялась.