В интересах государства. Орден Надежды (СИ)

— В салоне красоты я была, черт возьми! Маникюр, педикюр, стрижка, маски… В Аудиториуме, знаете ли, не до процедур было. А я хочу встретить Рождество в человеческом обличьи!
Я молча опустился в кресло, закрыв лицо руками. Испанский стыд. Накосячила она, а неловко было мне. Корф проглотил тираду и задал только один вопрос.
— Так почему до тебя было не дозваться?
— Не хотела, чтобы меня беспокоили. Можно мне хоть иногда побыть наедине со своими мыслями?
Пистолетыч устроился на диване рядом с Ириной. Молча налил себе кофе и снова закурил. Я разглядывал действительно немного посвежевшую Ирку. Не знаю, что там с ней сделали в том салоне красоты, но особой разницы я не заметил. Вроде волосы по-другому лежали, но остальное… Ох, женщины… Любовь и боль.
— Я прошу прощения, — наконец изрекла Ирина. — Следовало предупредить тебя, дядя Вальтер, но у меня попросту вылетело из головы.
— Что, свобода опьянила? — тихо огрызнулся я.
— Да. Не думала, что настолько соскучусь по Петрополю и простым человеческим радостям. Кстати, дядя Вальтер, у меня есть для тебя подарок!
Я развалился в кресле. Напряжение немного меня отпустило, и скукоженные мышцы чуть расслабились. Но под ложечкой все равно немного сосало. Если бабушка была права, то какая опасность сейчас угрожала Ире? Неужто Корф? Да ну, бред.
— Твой подарок под елкой, — сказал Пистолетыч. — Откроешь рождественским утром.
— Ага. А твой я подарю тебе сейчас, — улыбнулась Ирэн и покосилась на меня, словно не хотела дарить его при свидетелях. Я демонстративно отвернулся и уставился на портрет над каминной полкой. Детский сад.
Я слышал шорох ткани, затем зашелестела бумага.
— Вот. С наступающим, — услышал я.
— Спасибо, милая.
Судя по шорохам, Ирэн полезла обниматься. И в этот момент что-то ударило меня в затылок с такой силой, словно кто-то огрел меня медным тазом по голове. Только вот удар этот был ментальным.
Я резко развернулся и словно напоролся на непробиваемую стену. Сам воздух в гостиной дрожал и искажал контуры предметов и людей. Я попытался встать — пришлось даже зачерпнуть немного силы из источника, чтобы преодолеть это странное сопротивление.
— Что… Что ты делаешь?
Корф медленно повалился набок, держась за живот. Вроде бы глаза его были открыты, он беззвучно шевелил губами и не мог ничего сделать. Ирэн оглянулась на меня безумными широко открытыми глазами.
На меня накатила еще одна ментальная волна — такая мощная, что я рухнул на пол. Воспользовавшись этим, Ирэн тут же выбежала за дверь.
Я быстро поднялся и продрался к Корфу сквозь плотный воздух. Тайный советник лежал на диванчике, держась за стремительно алеющий бок.
— Эй! Корф! — позвал я. — Говорить можете?
Он лишь отнял одну руку и указал себе на голову.
Кровь из раны пошла сильнее.
  
Глава 30
 
Я оглянулся на двери, в которые выскочила Ирина — девчонка развила спринтерскую скорость и исчезла в анфиладе комнат. Лишь топот ее домашних туфель удалялся, да были слышны встревоженные возгласы слуг.
Но сейчас было не до Ирки и ее безумств. Корф истекал кровью и не мог говорить. Судя по всему, Ирэн шарахнула по нему ментальной силой так мощно, что тайного советника почти что парализовало.
А если так, то… Своевременно он меня предупредил. Вот уж не зря говорят, что у сотрудников подобных организаций с годами вырабатывается чутье.
— Вальтер, я сейчас попробую остановить кровь, — сказал я, опускаясь на колени возле пропитавшегося кровью диванчика. — Буду работать чистой силой, на другое времени нет. Будет больно.
Корф лишь вытаращил глаза и попытался что-то промычать, но, судя по всему, не возражал. Я сбросил пиджак, быстро задрал рукава рубашки и приложил обе ладони к ране, взывая к родовому Источнику.
“Он нужен. И нужен живым. Он — наша ниточка, чтобы весь этот бардак закончился, и нас оставили в покое”, — тараторил я духам, выторговывая доступ к резервам силы.
“Не медли”, — отозвался Род. — “Бери сколько нужно”.
На этот раз хотя бы быстро договорились. Я словно на пару секунд вышел из тела и оказался в пространстве, что занимали наши духи. Передо мной возникли потоки силы, и я тут же отделил толстую нить от целебного.
 
Не было времени на “Живую” и “Мертвую” воды, не было времени ни на что. Ирэн пронзила Корфа чем-то длинным и острым вроде иглы, спицы или заточки. А это означало еще и внутреннее кровотечение. Если не успею залатать вовремя, хирургия окажется бессильна.
— Терпите, — приказал я и протянул в реальное пространство поток силы. Визуализация выглядела потрясающе красиво — переливалась, искрилась, фонила… Я протянул конец потока прямиком к ране, как иной раз дачники тянут шланг от насоса из колодца. Сила полилась прямо в тело тайного советника, а мне осталось направлять ее в верное русло, корректировать поток и конфигурировать распределение.
Корф застонал.
— Ммм… Иииии…
— Тихо! — рявкнул я. — Не мешайте вам жизнь спасать! Потом матами крыть будете!
На удивление к нам в зал не прибежал никто из слуг. Что же с ними сделал Ирка? Или они просто испуганно попрятались, боясь хозяйкиного гнева?
Ладно, с этим разберемся чуть позже.
Кровь остановилась. Я разорвал рубашку на Корфе и в первый момент отшатнулся — весь живот и грудь тайного советника были исполосованы уродливыми старыми шрамами.
— В экую мясорубку вы попали, — шутил я, больше стараясь подбодрить себя, нежели его. — Ну, если такое пережили, то Ирка вам не страшна…
Поток продолжал литься, и судя по тому, сколько силы отдавал Источник, дела у Пистолетыча и правда были плохи. Кто знает, чем бы все это закончилось, не окажись я в комнате.
Наконец на лицо Корфа начали возвращаться краски.
— Вот что родовая сила животворящая делает, — улыбнулся я и осторожно дотронулся до раны. Она затягивалась прямо на глазах.
Корф уже смог пошевелиться и снова с мычанием постучал себя пальцем по виску.
— Ммммм!!
Чего он хотел? Неужели Ирка на него какой-то блок повесила?
Убедившись, что рана стала выглядеть гораздо лучше, я перенес руки на лоб Пистолетыча. Он дернулся от моего прикосновения, но стиснул зубы.
— Так… Сейчас посмотрим.
“Б… Бл…” — попытался кряхтеть он ментально?
— Вы о речевом блоке или просто материтесь?
Видимо, все же подразумевался блок. Я быстро пробил поверхностную защиту — многострадальный тайный советник дернулся, словно его долбануло током, но, встретившись со мной глазами, кивнул. Дескать, работай, парень. Сдюжим.
Отбросив ошметки защиты, поверхностных воспоминаний и прочей ненужной информации, я начал прицельно искать блок. У Ирки не было времени его прятать, значит, он будет похож на энергетическое уплотнение. Вроде нароста или узелка.
Ищи, Миха, ищи!
Я носился по разуму Корфа, судорожно осматривая все, что попадалось на глаза. И наконец нашел!
— Ох и ни хрена ж себе! — Вырвалось у меня, когда я увидел визуализацию созданного Иркой заклинания. — Это было не просто уплотнение. Это была чертова опухоль размером с половину мозга. Только спрятала она ее хитро.
Но не успела поставить защиту на свою работу.
— Сейчас тоже будет больно. Просто кошмар как больно. Она влепила этот блок вам прямо на живую. Держитесь, Макарыч.
Корф кивнул и вцепился пальцами в подлокотник и спинку дивана, готовясь принять боль.
Я старался действовать как можно аккуратнее, но в текущих условиях это было роскошью. Пистолетыч взвыл, когда я начал отрывать нарост с области разума, отвечавшей за мысли и речь. Прости, мужик, так надо.
 
Часть уплотнения сорвалась и отлетела прочь, и я для надежности испепелил ее боевым потоком. Ибо нефиг мусорить в голове. Осталась вторая половина — та, что блокировала контроль над телом.
В этот раз я просто зарядил в нее мощным потоком, словно вырезал лазером. Корф истошно завопил, забился подо мной, и пришлось навалиться на него всем весом, чтобы закончить начатое.